Жил в одной сибирской деревне охотник по имени Михалыч. Был он уже в годах, но силён и ловок, как молодой. А уж собаку свою — рыжую лайку по кличке Шарик — любил без памяти. Шарик был не просто пёс, а настоящий друг: умный, бесстрашный, с чутьём, что твой радар. Вместе они в тайгу ходили не раз, и всегда удача была на их стороне.
Однажды осенью, когда уже первые заморозки землю прихватили, собрался Михалыч на глухаря. Взял ружьё, патронташ, сухарей да соли, кликнул Шарика — и пошли они вдвоём в дальний лес, где птицы было видимо-невидимо. Шли долго, по тропкам да буреломам, пока не вышли к старой вырубке. Тут-то и сел на ветку здоровенный глухарь — загляденье! Михалыч прицелился, затаил дыхание, а Шарик замер рядом, только глазами следит.
Вдруг из чащи — треск, хруст, будто кто-то тяжёлый ломится. Михалыч оглянулся — а там медведь! Огромный, бурый, шерсть клочьями, глаза злые. Встал на задние лапы, ревёт, а лапа уже к охотнику тянется. Михалыч ружьё вскинул — осечка! Замешкался на миг, а медведь уж совсем близко.
Тут Шарик не растерялся. С громким лаем бросился прямо под ноги зверю, стал метаться, кусать за пятки, отвлекать на себя. Медведь на пса отвлёкся, замахнулся лапой — да не попал. Шарик юркий был, как молния: то слева зайдёт, то справа, то отскочит и снова в атаку. Михалыч тем временем ружьё перезарядил, прицелился — и как грохнет! Медведь взревел, развернулся и — только его и видели.
Вернулись домой. С тех пор вся деревня про Шарика байки рассказывает: мол, не охотник пса спас, а пёс — охотника. А Михалыч с тех пор Шарика с рук кормил и говорил:
— Не ружьё да сноровка жизнь спасли, а собачья верность да отвага!
С тех пор в тех краях говорят: «На охоту без верной собаки не ходи — медведь не дремлет!»