Металлические объекты разной формы возвышаются в огромном кратере, будто кто-то вырвал куски из футуристического города со страниц и воткнул их в африканскую глушь. Ни камня, ни кирпича — только гладкий, тёмно-серый материал, холодный на ощупь и не похожий ни на одну известную марку стали. Он не ржавый, не покрылся мхом, а в трещинах видны слои: один блестит, как медь, другой отливает фиолетовым, третий вовсе матовый, словно поглощает свет, но явно с этим местом случилось нечто.
Раскопки идут уже третий год, и с каждым метром вглубь становится страшнее и удивительнее. На поверхности — плоские панели под углом к солнцу. Они не просто ловят лучи: в полдень от них исходит едва заметное гудение, а стрелка компаса рядом начинает бешено вращаться. Учёные называют их «преобразователями», но как они работают — никто не понимает. Никаких проводов, никаких движущихся частей — только узоры на краях, напоминающие схемы из учебников по квантовой физике.
Ниже — сеть тоннелей. Стены гладкие, будто были отлиты в форме. В стыках — гнёзда, возможно, для кристаллов: сами же кристаллы исчезли, но в углублениях остались отпечатки и слабый запах озона. В некоторых местах на стенах выгравированы символы: круги с точками внутри, линии, расходящиеся веером. Когда на них попадает солнечный свет, тени складываются в трёхмерные фигуры — треугольники, кубы, странные многогранники, которых нет в обычной геометрии.
На глубине 25 метров есть главный зал. В центре — сфера диаметром три метра, подвешенная без опор. Она не касается пола, висит в 20 см над ним, медленно вращаясь вокруг оси. Материал, похоже, многослойный, переливающийся. Внутри, если присмотреться, видны тонкие нити, пульсирующие тусклым синим светом. Рядом — панели с углублениями: в одних лежат осколки кристаллов, в других — капсулы с вязкой жидкостью цвета нефти. Жидкость не испаряется, не густеет, а при контакте с воздухом создаёт микроскопические разряды, похожие на миниатюрные молнии.
Учёные пробуют тесты: лазер отражается от поверхности блоков под непредсказуемыми углами, датчики фиксируют колебания магнитного поля каждые 93 секунды, а пробы грунта рядом с залом показывают аномально высокий уровень изотопов, которые в природе почти не встречаются. Никто не знает, кто построил это и зачем. Но одно очевидно: здесь не поклонялись богам и не прятались от врагов. Эти конструкции делали что-то. Собирали энергию? Передавали сигналы? Изменяли пространство? Неясно.
Рабочие отказываются спускаться глубже 30 метров: говорят, там «воздух давит на уши», а в темноте слышны странные звуки. Археологи смеются над суевериями, но сами замечают: часы в зоне раскопок отстают на 4 минуты в сутки, а фотографии получаются с искажённой перспективой — будто линзы камеры вдруг забыли, как работает геометрия.
Комплекс молчит, скорее всего, тысячелетия, а может, и больше. Но иногда, когда грозовые тучи закрывают солнце, из-под земли доносится низкий гул — как будто гигантская машина, погребённая в скалах, на мгновение вспоминает, как дышать. Всё это рассказал американский военный; о чём он рассказывал, так и не ясно до конца.