Философский анализ социальной проблемы зависимостей
Автор: Гатаев Ринат ЯгфаровичОпубликовано: 28 апреля 2026
Гатаев Р.Я. Философский анализ социальной проблемы зависимостей: Научный доклад / Серия книг: Теория и методика профессионального обучения и воспитания взрослых. – Москва: Институт экологической культуры, 2026. – 46 с.
Рецензенты:
Чудаков Александр Юрьевич, доктор медицинских наук, профессор, академик Академии экосоциальных технологий, директор Института суицидологии
Горелов Александр Александрович, доктор педагогических наук, профессор, заведующий Лабораторией суицидологических экспертиз Института суицидологии
Барабанов Родион Евгеньевич, кандидат психологических наук, доктор философии психологии, академик Академии экосоциальных технологий, директор Института экологической культуры, учёный секретарь Академии экосоциальных технологий
В научном докладе осуществлён философский анализ социальной проблемы зависимостей. Показан кризис современной психологии: несоответствие методов масштабу проблемы. Раскрыты психопатия и социопатия как системные источники психологической проблематики. Нравственная и когнитивная инвалидность впервые обоснованы как расстройства психики и поведения человека.
Работа предназначена для специалистов медицинского и психологического профиля, осуществляющих терапию зависимостей.
ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ СОЦИАЛЬНОЙ ПРОБЛЕМЫ ЗАВИСИМОСТЕЙ
1. Кризис современной психологии: несоответствие методов масштабу проблемы
Зависимость в современной научной и клинической литературе традиционно рассматривается как многофакторное расстройство, формирующееся на стыке биологических, психологических и социальных причин. Такая постановка вопроса обладает значительной объяснительной ценностью, однако в условиях нарастающей распространенности аддиктивного поведения, расширения спектра химических и нехимических зависимостей, омоложения дебюта употребления и роста числа сочетанных психических нарушений становится очевидным, что одних только классических психологических и наркологических моделей уже недостаточно для адекватного описания происходящего [3; 44].
Зависимости человека — это состояния, при которых индивид теряет контроль над своими действиями, мыслями или поведением из-за сильной потребности в определённом объекте, веществе, действии или состоянии. Зависимости могут быть физическими, психологическими, социальными или даже технологическими. Они влияют на качество жизни, здоровье и отношения с окружающими. В этой статье мы рассмотрим не менее 50 видов зависимостей, их характеристики и влияние на человека.
Что такое зависимость?
Зависимость — это компульсивное стремление к повторению определённого поведения или потребления вещества, несмотря на негативные последствия. Зависимости могут формироваться из-за биологических, психологических или социальных факторов. Они часто связаны с поиском удовольствия, избеганием дискомфорта или попыткой справиться со стрессом.
Впервые компульсия упоминается Ф. Платтером в описании обсессивно-компульсивного расстройства (1614 г.), а ее подробное описание принадлежит Э.Д. Эскиролю (1834 г.). Поскольку компульсивное поведение может быть временным явлением, возникшим под влиянием стрессов, переутомления и психотравмирующих факторов, частота распространения навязчивых действий неизвестна.
Включающее компульсию обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) согласно последним данным Института психиатрии и информальной юстиции (2018-2026) наблюдается у 20-30 % населения.
Давайте разберёмся, какие виды зависимостей существуют.
В ходе обзора литературы нами определены следующие виды зависимостей: положительные и отрицательные.
Положительные зависимости нами не рассматриваются, так как они не причиняют людям вред, отражают степень социальной (общественной) связанности общества и взаимной поддержки. Пример таких зависимостей: члены семьи, рода, клана; участники движений нравственной солидарности, добровольцы нравственного пути, миротворцы; родители и дети. Однако исследования Института психиатрии и информальной юстиции (2018-2026) показали, что положительные зависимости могут деградировать в отрицательные, если в социальной структуру (семья, род, клан, движение) проник социопат-психопат. Отношения наполняются ложью, обманом, агрессией, в итоге у жертв социопата-психопата возникают зависимости, с помощью которых они пытаются сохранить свою зону комфорта от агрессии лишённого совести.
Критерий различения положительной и отрицательной зависимости задан глобальным экологическим принципом (ГЭП): человек не вредит человеку и среде обитания. Если при положительной зависимости человек способен на созидание и удерживается от причинения вреда себе, другим людям и среде обитания, то при отрицательной зависимости вред причиняется среде обитания, другим людям и в итоге самому себе.
Положительные зависимости необходимы для адаптации человека к социуму. Чувствуя свою нужность, востребованность, необходимость в общении, человек утверждается в существовании как нравственная личности. Он не вредит и созидает. Как только социальные связи разрушаются социопатами, человек входит в состояние нравственного кризиса, которые отражается в формировании отрицательной зависимости.
Отрицательные зависимости
1. Химические зависимости
1.1. Алкогольная зависимость — чрезмерное употребление алкоголя, приводящее к физической и психологической потребности.
1.2. Никотиновая зависимость — привыкание к курению табака или вейпингу.
1.3. Наркотическая зависимость — употребление психоактивных веществ (опиоиды, кокаин, марихуана и др.).
1.4. Кофеиновая зависимость — потребность в регулярном потреблении кофе или энергетических напитков.
1.5. Лекарственная зависимость — привыкание к медикаментам, например, к опиоидным анальгетикам или бензодиазепинам.
1.6. Зависимость от ингалянтов — вдыхание токсичных веществ для получения эйфории.
2. Поведенческие зависимости
2.1. Игромания (лудомания) — компульсивное участие в азартных играх (казино, ставки).
2.2. Интернет-зависимость — чрезмерное время в сети, включая социальные сети и онлайн-игры.
2.3. Игровая зависимость (видеоигры) — зависимость от компьютерных или консольных игр.
2.4. Шопоголизм — компульсивная покупка ненужных вещей.
2.5. Рабочая зависимость (трудоголизм) — одержимость работой в ущерб личной жизни.
2.6. Сексуальная зависимость — навязчивая потребность в сексуальных действиях.
2.7. Порно-зависимость — чрезмерное потребление порнографического контента.
2.8. Зависимость от спорта — компульсивная потребность в физических нагрузках.
2.9. Зависимость от диет — одержимость контролем питания или голоданием.
2.10. Зависимость от социальных сетей — постоянная проверка лайков, комментариев и обновлений.
2.11. Зависимость от новостей — навязчивое отслеживание новостных лент.
2.12. Зависимость от сериалов — просмотр сериалов в режиме "запойного просмотра".
2.13. Зависимость от гаджетов — неспособность обходиться без смартфона или планшета.
2.14. Зависимость от татуировок — компульсивное нанесение татуировок.
2.15. Зависимость от денег – компульсивное накопление денег, их складирование, невозможность передать их близким и родным, обществу и государству для удовлетворения общественных нужд и безопасности. Применяется термин «приступы угрызений жадности» (В.А. Чигирев, П.И. Юнацкевич, 1991).
2.16. Зависимость от власти – компульсивное влечение к пожизненному пребыванию на руководящей должности, осложняется геронтологическими изменения и деградацией личности, доводит общество и государство до катастрофы.
2.17. Произвольное поведение – компульсивное влечение к осуществлению произвольных действий, нарушению любых норм права и этики. Возникает в ответ на внешние попытки дисциплинировать субъекта с помощью обратных связей.
2.18. Социальный паразитизм – компульсивное влечение к жизни за чужой счёт, не прилагая собственных усилий к обеспечению своей жизнедеятельности.
3. Пищевые зависимости
3.1. Сахарная зависимость — тяга к сладостям и продуктам с высоким содержанием сахара.
3.2. Зависимость от фастфуда — регулярное потребление высококалорийной еды.
3.3. Переедание — компульсивное потребление пищи сверх нормы.
3.4. Орторексия — одержимость "здоровым" питанием.
3.5. Булимия — чередование переедания и очищения организма.
3.6. Анорексия — отказ от еды из-за страха набрать вес.
3.7. Зависимость от жевательной резинки — постоянное жевание для успокоения.
4. Эмоциональные и психологические зависимости
4.1. Зависимость от флирта — навязчивая потребность в романтических отношениях, ухаживании. Субъект от одного увлечения переходит к другому. Не может остановиться и закрепить личные отношения.
4.2. Зависимость от одобрения — постоянная потребность в похвале и признании.
4.3. Зависимость от драмы — провоцирование конфликтов для эмоционального возбуждения.
4.4. Зависимость от стресса — привычка находиться в состоянии постоянного напряжения.
4.5. Зависимость от жалости — стремление вызывать сочувствие у окружающих.
4.6. Зависимость от контроля — потребность контролировать всё и всех вокруг.
4.7. Зависимость от фантазий — уход в воображаемый мир вместо реальности.
4.8. Зависимость от перфекционизма — навязчивое стремление к идеалу.
5. Социальные зависимости
5.1. Зависимость от развлечений — потребность в постоянном развлечении.
5.2. Зависимость от приключений — эмоциональная потребность в переживании острых ощущений от погружения в новые ситуации, обстоятельства и контакты.
5.3. Зависимость от публичного поведения — субъект навязывается в различные средства массовой информации для получения внимания общества, постоянно выступает перед аудиторией, чтобы удержать на своей личности внимание.
5.4. Социальная трусость — стремление всегда быть незаметным и внимания власти к себе не привлекать, неспособность к критике ошибок, допускаемых руководством.
5.5. Лидерство – навязчивое стремление быть везде первым, главным, не имея на то никаких оснований.
5.6. Зависимость от одиночества — избегание общения и предпочтение изоляции.
5.7. Наёмничество – получение частных заказов на убийства или издевательства, заключение контрактов для участия в летальных вооружённых конфликтах, вызванное стремлением к унижениям и издевательствам над людьми, удовольствие от убийств людей.
5.8. Насильник – осуществление насильственных действий по отношению к другим людям, вызывающее извращённое удовольствие от страдания жертв.
5.9. Умственная скромность – постоянное уклонение от умственного труда, утрата навыка чтения и письма.
5.10. Лень – безделье, постоянное уклонение от физического и умственного труда.
6. Религиозные секты
6.1. Зависимость от секты — утрата критики и фанатичное следование иррациональным доктринам религиозных сект, сопровождаемое нарушением социальной адаптации.
6.2. Зависимость от медитации — чрезмерное увлечение телесно-ориентированными практиками и техниками остановки мыслительной деятельности.
6.3. Зависимость от эзотерики — одержимость гаданиями, астрологией или магией.
6.4. Навязчивое распространение религиозного контента в светских организациях.
7. Финансовые и материальные зависимости
7.1. Зависимость от денег — одержимость накоплением или тратами.
7.2. Зависимость от статуса — стремление к демонстрации богатства или положения.
7.3. Зависимость от коллекционирования — компульсивное собирание предметов.
7.4. Приоритет материального над духовным – компульсивное собирание материальных ценностей для обеспечения доминирования над окружающими.
8. Другие зависимости
8.1. Зависимость от адреналина — поиск экстремальных ощущений (прыжки с парашютом, гонки, риск собственным здоровьем и жизнью).
8.2. Зависимость от музыки — постоянная потребность в прослушивании музыки.
8.3. Зависимость от путешествий — навязчивое желание постоянно менять место пребывания.
8.4. Сверхстерильность — компульсивное стремление к постоянной чистоте и определённому размещению предметов быта.
8.5. Зависимость от риска — тяга к опасным ситуациям.
Как зависимости влияют на человека?
Зависимости, независимо от их типа, часто приводят к нарушению баланса в жизни. Они могут вызывать:
Физические проблемы: от ухудшения здоровья (например, при алкоголизме или переедании) до истощения организма, постоянных приступов головной боли.
Психологические последствия: аномическая депрессия, тревожность, низкая самооценка, суицидальное поведение.
Социальные проблемы: аномия, криминал, административная преступность, дезадаптация, разрыв отношений, изоляция, конфликты.
Финансовые трудности: траты на азартные игры, шопинг или наркотики, недостаток или переизбыток денег.
Как бороться с зависимостью?
1. Оценка собственной проблемы (честный ответ на вопрос: этими действиями причиняю себе вред?). Это первый шаг к выздоровлению.
2. Обращение за помощью — консультации с психологами, терапевтами или группами поддержки. Обсуждение со специалистами своей проблемы и получение от ним эмоциональной и профессиональной поддержки.
3. Замена привычек — поиск здоровой альтернативы, связанной с участием в социально-значимой деятельности, например – практическая реализация глобального гуманного социального проекта нравственного пути человечества.
Глобальный гуманный социальный проект нравственного пути человечества предлагает всем жителям планеты Земля использовать в личном поведении и регулировании социальных отношений новую этику, связанную с глобальным экологическим принципом (ГЭП): человек не вредит человеку и среде обитания. Каждый человек становится нужным обществу и государству. Нормальные люди ограничивают произвол лишённых совести в органах публичной власти с помощью экосоциальных технологий.
4. Создание поддерживающей среды — избегание триггеров и окружение себя понимающими нормальными людьми.
Нормальные люди - это люди, у которых есть совесть. Человек с совестью - нормальный человек. Человек без совести - больной общественно-опасным психическим заболеванием социопатией. Несёт угрозу обществу, нуждается в профессиональной помощи. Недопустимо, чтобы такие лица в силу общественной опасности их психического состояния занимали социально-значимые и профессионально-важные места в обществе и государстве.
5. Медицинское вмешательство — в случае химических зависимостей может потребоваться детоксикация.
Зависимости — это сложный феномен, который затрагивает разные аспекты жизни человека. От химических до поведенческих, от социальных до духовных — их разнообразие огромно, но все они имеют общую черту: они ограничивают свободу и мешают полноценной жизни. Осознание, поддержка и работа над собой могут помочь преодолеть зависимость и вернуть контроль над своей жизнью.
Современная ситуация свидетельствует не только об увеличении количества лиц с аддиктивными расстройствами, но и о том, что сама система профилактики, психологической помощи и социальной коррекции демонстрирует выраженное отставание от масштаба и глубины проблемы [5; 7].
В этой связи зависимость целесообразно рассматривать не исключительно как индивидуальную патологию саморегуляции и не только как следствие биохимических нарушений, а как симптом нравственного кризиса человека, семьи, общества, государства, психологической науки и общественного устройства. Данный подход предполагает перенос аналитического центра тяжести с частного клинического проявления на среду, в которой формируется зависимое поведение, на нравственные и когнитивные искажения, предшествующие аддикции, а также на те формы деструктивного социального воздействия, которые постепенно разрушают способность личности к внутренней автономии, критическому мышлению и нравственному выбору [4; 10; 79].
Социально-философский ракурс исследования зависимости приобретает особое значение в контексте новой социальной теории и связанных с ней экосоциальных технологий, развиваемых в трудах В.А. Чигирева, П.И. Юнацкевича, Р.Е. Барабанова и других представителей Академии экосоциальных технологий. В рамках данного направления зависимость интерпретируется как один из частных, но чрезвычайно значимых результатов деструктивного влияния среды, в которой действуют носители психопатических и социопатических паттернов поведения, а также формируются устойчивые очаги нравственной, когнитивной и социальной дезадаптации [3; 35; 73; 80; 89]. Такой подход расширяет исследовательскую оптику и позволяет выйти за пределы узкоклинической модели, ставя вопрос о кризисе всей психологической парадигмы, о необходимости перехода к новейшей психологии, ориентированной не только на сопровождение внутреннего состояния индивида, но и на обеспечение жизнедеятельности социума в условиях растущих деструктивных угроз [7; 10; 47].
Актуальность подобного разворота особенно заметна в семейной сфере. Лица с аддиктивным поведением, как правило, не формируются в нравственно и психологически благополучной среде. За аддикцией часто стоят хроническое эмоциональное пренебрежение, отсутствие безопасной привязанности, дефицит подлинного контакта, подавление субъектности ребенка, а также длительное сосуществование с фигурами, обладающими выраженными социопатическими или психопатическими чертами [144; 201; 203]. В таких условиях зависимость возникает не как случайный сбой, а как способ адаптации к разрушенной системе отношений, как патологическая форма компенсации хронической тревоги, дефицита признания, внутренней пустоты и неспособности к здоровой саморегуляции.
Следовательно, социально-философское исследование зависимости предполагает решение ряда взаимосвязанных задач.
Во-первых, необходимо показать, что кризис современной психологии связан с несоответствием традиционных методов масштабу и сложности аддиктивной проблематики.
Во-вторых, требуется раскрыть роль психопатии и социопатии как системных источников психологической проблематики, проявляющихся не только на уровне индивидуального контакта, но и в семейных, образовательных, управленческих и культурных структурах [80; 83; 88].
В-третьих, необходимо обосновать, что семья нередко становится первичным пространством воспроизводства зависимого сценария, если в ней господствуют нравственная деформация, дефицит эмпатии, насилие, манипуляция и хроническое нарушение базовых условий безопасности [12; 104; 138].
В-четвертых, необходимо ввести в анализ понятия нравственной инвалидности, когнитивной инвалидности и социальной трусости как состояний, способствующих закреплению аддиктивного поведения и препятствующих выходу из него [35; 51].
В-пятых, требуется показать значение нравственной парадигмы, дискурсивно-оценочного метода, экосоциальных технологий и глобального экологического принципа III-C для выработки новой модели профилактики и преодоления зависимости [31; 62; 89; 90].
Таким образом, первая глава направлена на формирование социально-философского основания исследования, в рамках которого зависимость понимается как результат пересечения личностной уязвимости, семейной дисфункции, деструктивного социального влияния и кризиса самой психологической науки. Данный ракурс необходим для последующего перехода к рассмотрению новых технологических подходов к преодолению аддиктивного поведения.
Кризис современной психологии: несоответствие методов масштабу проблемы.
Современное состояние психологической науки характеризуется заметным противоречием между количественным ростом специалистов психологического профиля и недостаточной эффективностью реальной психологической помощи в отношении наиболее тяжелых и социально значимых форм дезадаптации. В течение последних десятилетий наблюдается расширение образовательных программ, увеличение числа практикующих психологов, рост популярности психотерапевтической и консультативной помощи, однако данные процессы не сопровождаются сопоставимым снижением распространённости зависимостей, девиантного поведения, хронической тревожности, расстройств саморегуляции и социальных форм деструкции [5; 7; 10]. Это обстоятельство позволяет говорить не просто о частных ограничениях отдельных психологических школ, а о системном кризисе института психологии в целом.
Классические подходы к объяснению зависимости, включая бихевиористские, когнитивные, психодинамические и гуманистические модели, внесли значительный вклад в понимание механизмов аддиктивного поведения. Однако в условиях современной цивилизационной динамики их объяснительный ресурс оказывается недостаточным, если зависимость продолжает рассматриваться преимущественно как проблема индивида, его дефицита самоконтроля, внутреннего конфликта или нарушения системы подкрепления [8; 9]. Подобный аналитический фокус сужает картину и недостаточно учитывает тот факт, что аддиктивное поведение во многих случаях формируется и закрепляется в пространстве системного социального давления, нравственной дезориентации и хронической деструктивной среды.
В трудах Р.Е. Барабанова кризис психологии описывается как утрата ею способности адекватно отвечать на наиболее опасные вызовы современности, включая разрушение социальных связей, расширение девиантных практик, рост психопатологических форм поведения и снижение эффективности традиционных методов психологической коррекции [5; 7]. Новейшая психология, в предлагаемом им понимании, должна быть ориентирована не только на внутрипсихические процессы, но и на защиту жизнедеятельности социума, на профилактику социопатизации и депсихопатизации социальных отношений, а также на повышение способности общества различать и блокировать деструктивные формы влияния [4; 10; 11]. В этом состоит принципиальный отход от узкоиндивидуалистической парадигмы в сторону социально-философской и технологической модели психологии.
Зависимость в данном контексте выступает как одна из наиболее массовых форм проявления кризиса саморегуляции и разрушения субъектности. Психологические и психотерапевтические практики, сосредоточенные только на эмоциональной поддержке, снижении симптоматики или улучшении качества адаптации индивида к уже патологической среде, часто не затрагивают сам источник дезадаптации. Между тем зависимый человек нередко живет и формируется в условиях, где деструктивные отношения нормализованы, нравственные ориентиры подменены, а внутренние и внешние границы систематически нарушаются [12; 79; 89]. В таких условиях терапия, не учитывающая вопроса о качестве среды, об этической архитектуре отношений и о разрушительном воздействии психопатических фигур, оказывается заведомо неполной.
Дополнительным свидетельством кризиса является фрагментация знания. Современная психология часто распадается на множество школ, техник и локальных интерпретаций, каждая из которых предлагает собственный язык описания и собственный инструментарий. При этом реальная зависимость как социально-психологический феномен требует не только междисциплинарности, но и мировоззренческой цельности. Она затрагивает нейробиологию, семейную систему, травматический опыт, социальную иерархию, моральное развитие, способность к критическому мышлению и саморегуляции [3; 39; 44]. Разрозненные подходы, не объединенные общей философской и нравственной рамкой, неизбежно теряют системное видение.
Кризис психологии также проявляется в ослаблении ее воспитательной и профилактической функции. В значительной части современного дискурса психологическая помощь мыслится как сопровождение уже сформированной проблемы, тогда как вопросы раннего распознавания деструктивной среды, профилактики нравственной деформации, распознавания социопатических и психопатических паттернов, защиты ребенка и семьи от хронического разрушительного контакта остаются на периферии внимания [75; 79; 86]. Между тем именно ранняя профилактика, основанная на новой этике и экосоциальных технологиях, способна существенно сократить масштабы последующего формирования зависимого поведения [63; 64; 89].
Важным методологическим следствием кризиса становится необходимость перехода от описательной психологии к психологии технологической и нравственно ориентированной. Дискурсивно-оценочный метод, предложенный в работах А.М. Сафиоллина и развитый в контексте экосоциальной школы, позволяет рассматривать поведение не как нейтральный психологический материал, а как предмет оценки с точки зрения последствий для самого субъекта, окружающих людей и среды [62; 66]. В этом подходе зависимость перестает быть исключительно вопросом индивидуального страдания и становится также предметом социально-нравственного анализа: насколько конкретные действия, практики, формы взаимодействия и модели воспитания наносят вред самому человеку, его окружению и более широкому социальному контексту [31; 62].
С указанной логикой непосредственно соотносится глобальный экологический принцип III-C, формулируемый как требование не вредить себе, соседу и среде [31; 89; 90]. Для психологии это означает смену исходной оптики. Вопрос заключается не только в том, почему человеку плохо, но и в том, какие формы отношений, влияния и социального устройства систематически разрушают его способность к здоровой жизни. Таким образом, преодоление кризиса психологии возможно лишь при условии, что она будет переосмыслена как наука и практика защиты человека и общества от деструктивных форм воздействия, а также как инструмент восстановления нравственной и когнитивной способности к выбору.
Показательно, что в нормативном поле современной России усиливается внимание к духовно-нравственным основаниям общественной жизни. Указ Президента Российской Федерации № 809 фиксирует необходимость сохранения и укрепления традиционных духовно-нравственных ценностей как основы государственной политики [67; 68]. Распоряжение Правительства Российской Федерации № 1734-р ориентирует практические меры на реализацию соответствующих ценностных приоритетов в социальной и культурной среде [59; 60]. Эти документы создают более широкий контекст, в рамках которого психологическая наука уже не может оставаться ценностно нейтральной и вынуждена отвечать на вопрос о нравственных предпосылках психического здоровья и социальной устойчивости.
Именно в этом направлении и разворачивается идея новейшей психологии. Ее задача состоит не в замене всей предшествующей психологической традиции, а в преодолении ее ограничений путем включения в анализ таких переменных, которые раньше оказывались вытесненными или второстепенными: нравственной деформации, социальной деструкции, психопатических и социопатических форм влияния, когнитивной инвалидности, социальной трусости, разрушения семейной системы, дефицита ответственного общественного воспитания [4; 5; 7; 10]. Для проблемы зависимостей это означает выход к более глубокому пониманию причин, которые лежат за пределами самого акта употребления или компульсивного поведения.
Таким образом, кризис современной психологии проявляется в несоответствии существующих методов масштабу проблемы зависимостей, в недостаточности индивидуалистических моделей, в игнорировании нравственно-социального измерения деструкции и в слабости профилактической функции. Преодоление этого кризиса требует перехода к новейшей психологии, способной соединить научную строгость, социально-философский анализ, нормативную этику и технологические способы защиты личности и общества от деструктивных воздействий.
Психопатия и социопатия как системные источники психологической проблематики
Одним из ключевых положений новой социально-философской рамки исследования является понимание того, что значительная часть психологической проблематики не возникает спонтанно и не сводится к частным личностным дефицитам субъекта. Во многих случаях ее источником выступают систематические разрушительные воздействия со стороны лиц, обладающих психопатическими или социопатическими чертами. Если классическая психология часто акцентирует внимание на внутреннем мире пострадавшего, то социально-философский анализ переносит исследовательский акцент на источник травматизации, дезадаптации и разрушения [80; 83; 88].
В мировой психологической и психиатрической литературе психопатия традиционно рассматривается как устойчивая личностная организация, включающая дефицит эмпатии, поверхностность аффекта, манипулятивность, нечувствительность к страданию других, склонность к использованию людей как инструмента, эмоциональную холодность и отсутствие устойчивого нравственного торможения [144; 201; 202; 203]. Работы H. Cleckley заложили клиническую основу понимания психопатической личности как социально внешне адаптированной, но внутренне лишенной полноценных моральных и эмоциональных механизмов, необходимых для ответственного взаимодействия с другими [144; 145]. В дальнейшем P. Babiak и R.D. Hare показали, что подобные личности могут успешно функционировать в профессиональной среде, занимать организационные позиции и использовать социальные институты как площадку для скрытого деструктивного воздействия [108; 109; 201; 203].
Для исследуемой темы важно, что психопатия и социопатия имеют не только клиническое, но и системное значение. Они способны выступать факторами формирования хронически патогенной среды, в которой ребенок, партнер, подчиненный или иной зависимый субъект оказывается лишенным базовых условий психологической безопасности. В такой среде систематически разрушаются доверие, предсказуемость, чувство собственного достоинства, право на границы, право на ошибку и право на автономное эмоциональное существование. Психопатические и социопатические фигуры нередко создают атмосферу постоянной тревоги, стыда, давления, эмоциональной неясности и нравственной путаницы, что в долгосрочной перспективе формирует у жертвы выраженные нарушения саморегуляции [144; 201; 204].
В контексте экосоциальной школы социопатия интерпретируется как общественно опасное расстройство, связанное с утратой совести, способности к сопереживанию и ответственности перед другими людьми [76; 78; 79]. Социопатизация при этом понимается как процесс заражения нормальных социальных отношений деструктивными паттернами поведения, когда контакт с носителем социопатических качеств постепенно разрушает нравственные ориентиры, эмоциональную устойчивость и способность к критической оценке происходящего [10; 11; 19; 89]. Подобная трактовка особенно значима для анализа зависимости, поскольку зависимое поведение часто формируется именно как ответ на хроническую внутреннюю дестабилизацию, вызванную деструктивным близким контактом.
Социопатия (социопатическое расстройство) – психическое заболевание, характеризующееся нарушением мышления и поведения человека, ведущее к систематическому нарушению социальных норм.
Эта патология психики характеризуется утратой совести, нравственности и сопереживания (эмпатии) другим людям. Социопаты не уважают прав и чувств окружающих, манипулируют ими ради своей выгоды, не испытывают чувства вины и ответственности за совершенные поступки. Заболевание приводит к серьезным проблемам в личных, профессиональных и общественных отношениях людей, организаций, государств и народов, с которыми взаимодействуют социопаты. Социопаты постоянно нарушают законы, так как испытывают дискомфорт при любой попытке других ограничить их произвол. Обладают хорошей социальной маскировкой, используют умственную скромность и социальную трусость граждан для своего доминирования в регулировании распределения ресурсов и благ.
Диагностические критерии состояния социопатов, объясняемые утратой совести, нравственности и эмпатии к окружающим:
а) дефект коммуникационной сферы: аффективность, возбудимость, утрата контроля над стремлением к потреблению, развлечениям и доминированию;
б) хронический характер безнравственного стиля поведения, проявляемый в стремлении причинить вред другим людям для сохранения своего произвола, доминирования, безудержного потребления, развлечений, социального паразитизма;
в) безнравственный стиль поведения, маскируемый от окружающих, проявляется в форме интриг, сговоров по причинению вреда и нарушению законов и нравственности общества, разжиганию взаимной ненависти и противопоставления людей друг другу в социальных ситуациях;
г) вышеупомянутые проявления всегда возникают в детстве или подростковом возрасте как наведённые состояния, вызванные подражанием конкретным социопатам в семье, образовательной и профессиональной средах;
д) социопатическое расстройство приводит к значительному вреду для всех лиц и организаций, сталкивающихся с социопатами;
е) расстройство сопровождается существенным ухудшением духовного и материального состояния лиц, вступивших в отношения с социопатом, депрофессионализацией, оглуплением специалистов; выражается в имитации профессиональной деятельности, утрате чувства долга и личной ответственности перед обществом и государством.
Для постановки диагноза необходимо, чтобы были определены как минимум три критерия:
G1. Указание на то, что характерные и постоянные типы внутренних переживаний и поведения индивидуума в целом существенно отклоняются от нравственной нормы, заданной нравственным правилом III-C: индивид причиняет вред другим (-С2) и среде обитания (-С3). Такое отклонение должно проявляться более чем в одной из следующих сфер:
1) в когнитивной сфере наблюдается негативный образ мыслей об окружающих людях и среде обитания, ненависть к другим людям и боязнь их, компенсация этого страха манипуляциями, захватом власти, ресурсов, денег, ― с целью лишить других возможности сопротивляться произволу социопатов;
2) в различных ситуациях (тайных сговорах, интригах) проявляются отрицательные эмоции социопатов: злоба, ненависть, зависть, раздраженность, угрызения жадности по отношению к другим;
3) отсутствует контроль над влечениями и удовлетворениями основных потребностей в питании, потреблении, развлечениях, доминировании; имеют место попытки перехватить власть в личной и публичной сферах;
4) отношения с другими и манера решения интерперсональных ситуаций носит характер эксплуатации, унижения, ограбления и прочих форм причинения общественного вреда.
G2. Отклонения такого рода выглядят тем симптоматичнее, если носят изощренный характер и замаскированы под общественно-важные цели и популярные лозунги, не сводимые к отдельно взятым ситуациям.
G3. Они оказывают неблагоприятное воздействие на социальное окружение.
Личностное расстройство обращает на себя внимание грубым несоответствием между поведением и господствующими социальными нормами. При этом оно характеризуется наличием общих диагностических критериев расстройства личности по ряду пунктов:
а) утрата совести, бессердечное равнодушие к чувствам других;
б) грубая и стойкая позиция безответственности и пренебрежения социальными правилами и обязанностями;
в) неспособность поддерживать взаимоотношения при отсутствии затруднений в их становлении, несоблюдение любых договоренностей с людьми, организациями, обществом и государством;
г) крайне низкая способность выдерживать фрустрацию (психическое состояние, вызванное неуспехом в удовлетворении потребностей), а также низкий порог разряда агрессии, включая насилие;
д) неспособность испытывать чувство вины и извлекать пользу из жизненного опыта, включая такую его форму, как наказание;
е) склонность во всем и везде обвинять окружающих и выдвигать благовидные объяснения своему деструктивному поведению, приводящему к конфликту с обществом, с государством, с законами («меня все предали», «обманули», «подставили» и прочие тому подобные оправдания);
ж) наличие постоянной раздражительности, озлобления, конфликтности;
з) расстройство в детском и подростковом возрасте поведенческих норм, дальнейшие затруднения в обучении и поверхностность знаний, отсутствие профессиональных умений, компенсируемое многословием с употреблением необычных слов и терминов, отражающих дилетантство;
и) игнорирование социопатом этических норм и правил, объясняемое обычно тем, что общество и государство причинило ему якобы вред и теперь он, таким образом, свободен в выборе любых способов и методов достижения своих целей. При этом выбор способов и методов носит криминальный, безнравственный характер.
Технология профилактики социопатии.
Для профилактики социопатии используется технология формирования коллективов на всех уровнях государственного управления и общественного самоуправления. В коллективе осуществляется минимизация социопатических проявлений.
Коллектив – социальная группа, в которой сформирована нравственная атмосфера, характеризующаяся следующими признаками:
внутренним единством идей, целей, задач;
совместным способом деятельности;
взаимовыручкой и поддержкой друг друга по принципу «один за всех и все за одного»;
самоуправлением, где каждый член коллектива играет роль исполнителя при решении одной задачи, и руководителя при решении другой задачи;
возможностью каждому члену коллектива завоевать авторитет в форме общего признания социального и профессионального соответствия занимаемой должности или роли;
дружбой, спокойствием и уверенностью в будущем каждого члена коллектива;
конструктивным поведением членов коллектива, обеспечивающим им сохранность психического и соматического здоровья;
чувством гордости за принадлежность к коллективу;
совместным обсуждением и принятием управленческих решений.
Коллективы (учебные, трудовые, служебные, профессиональные, управленческие, деловые и другие) формируются руководителями органов государственной власти и общественного самоуправления во всех сферах жизнедеятельности общества и государства.
Регулирование коллективных отношений осуществляется в соответствии с принципами добровольности, равенства прав и обязанностей, разрешения внутриколлективных вопросов путем общего обсуждения и оценки, совместного принятия решений, по взаимному согласию. Соблюдается приоритет нравственного воспитания и самовоспитания членов коллектива, забота об их благосостоянии и профессиональном развитии, обеспечение приоритетной защиты прав и интересов молодых и опытных членов коллектива, ветеранов труда и службы.
Коллектив вправе обсуждать, оценивать и совершенствовать решения, направленные на выполнение поставленных перед ним задач. Права граждан в коллективе могут быть ограничены на основании решения руководителя организации, сформировавшего коллектив, только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты нравственности, здоровья, прав и законных интересов других коллективов и иных граждан.
В коллективах осуществляется профилактика и пресечение распространения деструктивной идеологии.
Признаки деструктивной идеологии:
корыстные мотивы и устремления;
приоритет материального над духовным;
гедонизм, паразитизм и безответственность.
В учебных, профессиональных и управленческих коллективах осуществляются мероприятия по формированию у учащихся, сотрудников и руководителей необходимых социально-важных качеств для успешной социализации и профессиональной деятельности.
Социально-важные качества личности, за формирование которых несут равную ответственность руководители организаций с их коллективами и органами самоуправления коллективов:
нравственное мышление – особый настрой мышления и поведения, позволяющий не причинять вред себе, окружающим, среде обитания; формируется с помощью других граждан и организаций, постоянно корректирующих поведение и самооценку человека;
чувство долга и личной ответственности за порученное дело;
семейственность – чувство принадлежности к крепкой семье (устойчивому союзу мужчины и женщины), гордости за свою семью и предков, которое проявляется в способности не вредить своим членам семьи и созидать для них, сохранять историческую память и преемственность поколений;
приоритет духовного над материальным, выражаемый в преобладании нравственных идей в регулировании поведения человека над материальным стимулированием этого поведения;
совесть – способность человека критически оценивать свои поступки, мысли, желания, осознавать и переживать свое несоответствие должному поведению;
справедливость – чувство человека, возникающее в ответ на нравственное поведение других людей, при котором поступки, мысли и слова едины, соответствуют представлениям людей о должном и нравственном поведении;
созидательный труд – деятельность человека, в ходе которой создаются материальные и нематериальные блага для других людей. Даёт положительные обратные связи при потреблении создаваемых благ;
честь – обладание человеком ряда морально-психологических качеств, которые другими людьми оцениваются как качества, заслуживающие уважения, образующие репутацию такого человека; бесчестие – утрата таких качеств, разрушение репутации человека в результате его безнравственных действий;
здоровый образ жизни, выполнение трёх положений нравственного правила трёх С:
не вредить себе мыслью, словом, делом и созидать для себя мыслью, словом, делом;
не вредить другим людям мыслью, словом, делом и созидать для других людей мыслью, словом, делом;
не вредить среде обитания мыслью, словом, делом и созидать для среды мыслью, словом, делом.
Лица, занимающие руководящие должности в системе органов публичной власти, должны иметь следующие знания и умения для управления коллективом:
личный пример нравственного поведения и ответственного отношения к порученному делу, приоритет духовного над материальным в поведении руководителя;
руководитель лично соблюдает нравственное правило трёх С: не вреди себе (С1), соседям (С2), среде обитания (С3) ни мыслью, ни словом, ни делом; созидай для себя, соседей, среды мыслью, словом, делом;
в управлении подчиненными использует дискурсивно-оценочный метод: способ регулирования социальных отношений, основанный на групповой экспертной и массовой оценке при обсуждении социально-значимых решений;
в коллектив подбирает сторонников идеи нравственного пути, чтобы быть едиными и непобедимыми;
все решения выносятся на общее обсуждение и оценку;
все члены коллектива участвуют в обсуждении, оценке, совместном принятии, исполнении и контроле исполнения принятого решения;
в коллективе регулярно подводятся итоги исполнения принятых решений;
дается общая оценка каждому члену коллектива и руководства, принимавшего участие в исполнении принятого ранее решения;
ставятся новые задачи, поддерживаемые всеми членами коллектива;
Подготовка кадров и их воспитание, а также профессиональное использование осуществляются в коллективе и через коллектив.
Технология формирования и обеспечения деятельности коллектива:
постановка, обсуждение и общая оценка членами коллектива идей, целей и задач совместной деятельности (учебной, профессиональной, управленческой);
принятие всеми идей, целей и задач совместной деятельности;
обучение совместному (коллективному) действию по достижению намеченных целей и решению поставленных задач;
практика взаимовыручки и поддержки друг друга по принципу «один за всех и все за одного»;
самоуправление: каждому члену коллектива поручается несколько ролей руководителя и исполнителя разных задач;
регулярная общая (коллективная) оценка каждого члена на предмет его социального и профессионального соответствия занимаемой социальной или профессиональной позиции;
проведение мероприятий, направленных на возникновение дружественных связей между членами коллектива;
забота о каждом члене коллектива, чтобы была уверенность в нравственном настоящем и будущем;
конструктивным поведением членов коллектива, обеспечивающим им сохранность психического и соматического здоровья;
награждения и поощрения членов коллектива для формирования чувства гордости за принадлежность к данному коллективу;
совместное обсуждение, оценка, принятие и исполнение учебных, профессиональных, управленческих решений.
Социопатизация населения как фактор роста зависимостей.
Социопатия – общественно-опасное заболевание, сопровождаемое утратой совести и чувства сопереживания другим людям.
Социопатизация – процесс заражения нормальных людей психическим заболеванием через контакт (визуальный, аудиальный, очный и дистанционный) с социопатом. Защита от социопатизации осуществляется путём прекращения патогенного контакта.
Кризис отношений возникает, когда в них пробираются социопаты (лица без совести и сострадания) и психопаты (лица с очевидными дефектами характера, из-за которых они вредят всем окружающим). Они разваливают все договоры и соглашения, не выполняют взятые на себя обязательства, предают друг друга.
Отношения стабильны и позитивно развиваются, укрепляются и обеспечиваются нравственной солидарностью, когда их создают и поддерживают нормальные люди с совестью.
Психопатии – общественно-опасные психические заболевания, сопровождающиеся выраженными дефектами характера, побуждающие человека причинять вред окружающим, создавать невыносимые условия для взаимодействия.
Психопатизация – процесс заражения нормальных людей психическим заболеванием через контакт (визуальный, аудиальный, очный и дистанционный) с психопатом. Защита от психопатизации осуществляется путём прекращения патогенного контакта.
https://iec.ast.social/attachments/article/435/Научный%20доклад2.pdf