Замечали дом с полукруглым выступом на углу Большой Полянки и 2-го Спасоналивковского? Тот, что сегодня смотрит на прохожих витринами банка. С виду — добротный московский особняк, ничего вызывающего. Но если начать разбирать его прошлое слой за слоем, открывается сюжет, где переплелись купеческие миллионы, императорский указ и немецкая авиабомба.
Начнём с земли. В первой трети XIX века усадьбой здесь владела Анна Дмитриевна Засецкая, дама весьма состоятельная и со связями. При ней на участке стоял одноэтажный деревянный дом с мезонином — изящный, в стиле ампир, типичный для допожарной и послепожарной Москвы. Кто бы тогда мог предположить, что через сорок с небольшим лет здесь будут готовить учителей для всей империи.
Судьбу участка перевернуло решение Министерства народного просвещения. В 1872 году оно выкупило землю под Московский учительский институт. Заведение появилось не случайно — его учредили на капитал купца Андрея Алексеевича Алексеева. Истинно купеческая история: человек сколотил состояние, а вдова распорядилась деньгами так, чтобы память о муже осталась в веках. Набирали юношей от 16 до 22 лет, всех сословий, но обязательно православных. Казённые студенты потом шесть лет отрабатывали там, куда пошлют, — образование в обмен на служение.
К 1901 году старые стены перестали справляться с потоком будущих педагогов. Для нового корпуса пригласили Александра Никифорова — инженера-архитектора, выпускника Петербургского строительного училища. Он спроектировал здание в сдержанной неоклассической манере, без излишеств, но с чувством пропорции. В северном крыле на втором этаже разместили домовую церковь — освятили её в честь Андрея Стратилата, небесного покровителя того самого купца Алексеева. Алтарная часть как раз и выходила тем полукруглым выступом, который виден с улицы до сих пор. В 1921 году храм закрыли — стандартная судьба домовых церквей при советской власти.
Дальше — война. Осенью 1941-го во время налёта фугас угодил именно в северное крыло, туда где раньше молились студенты. Совпадение или нет, но удар пришёлся точно в бывший храм. После Победы корпус восстановили, хотя и с переделками. Позже внутри заседали райисполком и райком партии, читали лекции слушателям Университета марксизма-ленинизма, а с девяностых обосновался Политехнический институт.
Сегодня здесь «Столичный Банк Сбережений». Угол здания смотрит на город всё тем же полукружием апсиды — молчаливым напоминанием о том, что когда-то на втором этаже горели лампады и звучали молитвы о купце Алексееве. Москва вообще устроена так: снимаешь один слой штукатурки — а под ним чья-то судьба. Прогуляйтесь до Большой Полянки, 50/1, всмотритесь в этот выступ. Теперь вы знаете, что за ним стоит.
