Вы когда-нибудь слышали, как кипит океан? Не на сковородке, а в открытом море? А видели, как небо сползает на землю и ломает мачты?
Добро пожаловать в Большую Ньюфаундлендскую банку — место, которое называют «фабрикой туманов» или «фабрикой смерти». Здесь природа создала условия, в которых не выживают даже спасательные жилеты.
+28°C и -2°C: Когда океан не хочет смешиваться.
Всё начинается с двух течений. Холодное Лабрадорское течение несёт арктическую воду и айсберги на юг. Тёплый Гольфстрим тащит тропическую жару на север. И где-то у берегов Ньюфаундленда они встречаются.
- Казалось бы, ну встретились и что?
Но нет. Вода с разной температурой, солёностью и плотностью не смешивается, как масло и уксус. На границе образуется слой резкого перепада — океанологи называют его «фронт». Именно здесь рождается туман.
Туман, от которого у людей останавливается сердце.
Влажность воздуха настолько высока, что за 15 минут пребывания на палубе одежда становится мокрой, как после ливня. Капли конденсата забивают дыхательные клапаны, обжигают лёгкие, вызывают кашель и удушье. Местные рыбаки рассказывают, что у новичков на третьи сутки начинается одышка, а тошнота не проходит даже на берегу.
Океан кипит? Да, если ты стоишь на дне.
Второй сюрприз этой зоны — метановые воронки. Десятки тысяч лет бактерии перерабатывали органику на дне, выделяя газ метан. Он скапливается в рыхлых осадках пузырями до 30 метров в диаметре. Иногда эти пузыри прорываются.
Океан буквально начинает кипеть.
Пузыри метана вырываются на поверхность с такой силой, что над водой поднимаются фонтаны брызг. Но это не просто красивое зрелище. Газ вытесняет воду, плотность падает, и любой корабль, попавший в такое место, теряет управление — винты крутятся в пустоте. А ещё метан создаёт инфразвук, от которого у людей паника и галлюцинации.
- На тот самый вопрос — сколько можно продержаться в тумане без спецкостюма?
Добровольцы без защиты выдерживали в среднем 40 минут. Потом начиналась потеря сознания от гипергидратации лёгких. Тех, кто оставался дольше, госпитализировали.
Маяк, который покорился туману.
Самое знаменитое сооружение в этих краях — старый маяк на мысе Рейс. Его построили в 1856 году англичане. Свет лампы был виден за 40 километров. Но туман оказался сильнее.
Даже с прожекторами в 200 000 свечей туман рассеивал свет до жёлтого марева, а звуковые сирены глохли в мокром воздухе. В 1914 году здесь разбился трансатлантический лайнер «Флоризан». Он шёл из Ливерпуля в Нью-Йорк, но сбился с курса из-за того, что туман заглушил сигналы маяка. Из 320 человек спаслись только 7. Их нашли через три дня в шлюпке, облепленной мокрым инеем.
Что там делают киты и почему они не боятся?
Один из самых неожиданных фактов: В этой адской зоне — крупнейшая в мире популяция горбатых китов. Они приплывают сюда именно из-за тумана. Там, где два течения встречаются, поднимается планктон, а за планктоном идёт рыба, а за рыбой — киты. Но хищники используют туман как маскировку.
Оказывается, горбачи охотятся в полной темноте тумана, ориентируясь только на звук. При этом они выпускают из дыхала струи пара, которые создают микро-туман вокруг себя, чтобы сбить с толку рыбу.
Зрелище, когда гигантское животное выпрыгивает из молочно-белой пелены в трёх метрах от борта — не для слабонервных.
Так почему же рыбаки всё равно туда идут?
Потому что рыба. В этой зоне водится треска, палтус, морской окунь и крабы. Одного улова хватает на год жизни. Риск оправдан деньгами.
Но с каждым годом штормов и туманов становится больше.
С 2015 года в районе Большой Ньюфаундлендской банки зафиксировано 43 исчезновения рыболовных судов. Только у 12 нашли обломки. Остальные пропали без следа.
Канадские власти ввели новые правила: Запрет на одиночное плавание, обязательные спутниковые маяки и тест на психоустойчивость. Но браконьеры всё равно выходят тайно.
Что бы вы сделали на его месте? Рискнули бы ради заработка или остались на берегу?