Как кино формирует привлекательный образ скандинавского язычества — «природной» альтернативы христианству
#Бельтан, #кинообзор, #викинги, #язычество, #Поклонская, #Одинизм, #Асатруа, #Викка, #история, #христианство, #противостояние
Очень удачно и как раз к Бельтану вышла немаленькая ретроспектива фильмов и сериалов о викингах и язычестве. И Поклонской, "языческую" метаморфозу которой мой уважаемый редактор и соавтор А. Солдатов счёл достаточно пригодным поводом для продвижения этой публикации.
Кино формирует привлекательный образ скандинавского язычества — «природной» альтернативы христианству, которое стало модным не только на Западе, но и в России (и Наталья Поклонская — пророк его). Каков главный посыл наиболее популярных фильмов и сериалов о религии Одина?
Викинги-язычники — узнаваемый и в известной степени модный тренд современного масскульта. Всплеск интереса к этой традиции пришелся на начало XXI века — во многом благодаря сериалам «Викинги» и «Последнее королевство», играм The Elder Scrolls V: Skyrim; For Honor; Assassin's Creed Valhalla, стилю «викинг-металл» и множащейся год от года литературе разного качества. Религию викингов (одинизм, асатру) активно изучают религиоведы и пытаются практиковать адепты «Северной традиции», как они предпочитают себя называть в России.
Публичным амбассадором этого направления стала Наталья Поклонская (в язычестве — Радведа) — в прошлом прокурор Крыма, царебожница и духовное чадо ныне осужденного старца Сергия Романова, депутат Госдумы и посол в Кабо-Верде, а ныне — скромный советник генпрокурора Гуцана. Поклонская умеет эпатировать публику, подогревая интерес к своим идеям, что она снова успешно проделала в начале апреля в двухчасовом интервью Ксении Собчак. Свой уход из христианства Поклонская объяснила стремлением быть свободной, а язычество назвала «философией жизни». «Я туда попала, — говорит Поклонская, — потому что язычество хранит тайное знание и «обожествляет природу».
В условиях репутационного кризиса РПЦ все больше россиян, в том числе, непосредственно участвующих в СВО, увлекаются этой формой «альтернативной» религиозности, что вызывает в Московской патриархии серьезное беспокойство. «Новая» посвящала этому свое исследование. Тема религии и, в частности, столкновения язычества с христианством стала центральной в большинстве современных фильмов и сериалов о викингах.
Почему они так влиятельны, хоть и раздражают РПЦ
Начать ретроспекцию таких фильмов стоит с советско-норвежской картины 1985 года, снятой Станиславом Ростоцким, «И на камнях растут деревья» - культовой среди иных неоязычников (например, в "Доме Ясеня") эпической саги или «исторического фэнтези». Этот фильм - экранизация первой части романа Юрия Вронского «Странствия Кукши из Домовичей». История жизни простого славянского паренька, украденного из объятий березовой Гардарики суровыми викингами, умиляет не своими величественными пейзажами норвежских фьордов и не драматической любовной драмой главного героя. Не печалят вовсе материнско-сестринские слезы, не злят сердце, как должны бы кровожадные захватчики-викинги. А все потому, что картина – буквальная, подробная – и в тоже время красивая романтическая сага, иллюстрация мифа о рождении, посвящении и восхождении Героя. Даже его новый друг и добровольный помощник, раб из римлян вполне уместен в этой истории – он ради выживания и безопасности прикидывается юродивым, но не теряя разума, в нужную минуту спасает герою жизнь, жертвуя собственной. Немногочисленность собственно «языческих» моментов фильма – несколько мутных кадров, намекающих на идолы Одина да колдунья-ведунья, на фоне столь откровенной мифологичности картины, не так уж важна, куда важнее достоверность мифа. И обаяние старых фильмов, и красивые фьорды. Странно здесь даже не то, что и книга (как следует из аннотации, повествующая еще и о множестве христианских святых) вышла, и фильм получилось снять при советской еще власти, а ведь действие их происходит в IX веке. Замечательно именно то, что талантливому режиссеру Ростоцкому это удалось.
Четыре года спустя, в 1989-м, бывшие участники британской комикгруппы «Монти Пайтон» Терри Джонс и Джон Клиз сняли комедию «Эрик викинг», предложив сатирическую трактовку скандинавской мифологии. Накануне Рагнарёка (скандинавского конца света) молодой викинг Эрик влюбляется в Хельгу, которую случайно убивает во время очередного захватнического похода. Пережив катарсис, Эрик отправляется в легендарную страну Хай Бразил («острова блаженных» в ирландской мифологии), где собирается найти рог Громовержца, протрубив в который, можно разбудить богов и «отменить» конец мира. Эрику строит козни Локи, помощник кузнеца, которому внеплановое окончание Рагнарёка помешает производить оружие и наживаться на этом. Впрочем, у комедии счастливый конец.
Три фильма франшизы «Тор» (2011 — 2017) о скандинавском Боге грома и молний, спасающего мир на территории современной Америки в формате экранизации комиксов от монополиста и законодателя жанра Marvel – скандинавская мифология в фэнтезийной обертке, нафаршированная голливудскими нарративами.
Подобно «греческой» киношной теме, восторгаться в трилогии о громовержце можно разве что спецэффектами, нередко удачно изображающими персонажей скандинавской мифологии – например, инеистых великанов или бога-трикстера Локи и саму картину мироздания – ее, необходимо заметить, лишь местами. Первая часть «Тора» – местами даже милое фэнтези для детей среднего школьного возраста в типично американском духе – сам Бог грома спасает мир во многом из-за любви к смертной человеческой женщине. Образ Локи выписан хоть с натяжкой, но еще терпимо – сомнительной гендерной идентичности брат-хитрец в целом ведет себя в соответствии со своим эддическим (и архетипическим) прототипом – врет, изворачивается и обманывает всех и вся – но в итоге ложь его всем во благо. Сиквел трилогии тоже еще можно потерпеть, хотя градус «американщины» и фэнтезийности неприятно нарастает – земную любовь Тора награждают асгардовским бессмертием, по мосту-порталу Биврёст туда-сюда во все миры вселенной шныряет всякий сброд, Один всё собирается умереть, да каждый раз возвращается… . Последняя же часть трилогии - издевательство не только над мифологией священных Эдд, но и над хорошим вкусом и здравым смыслом смотрящего. Все боги настолько устали от своих привычных дел, что потихоньку слились – разбрелись из Асгарда кто куда. Да и людям они как-то… поднадоели, не до них. Локи, столь любимого многими фанатами, создатели вообще решили от нечего делать убить ни за что ни про что, чем вызвали фанатское отчаянье, гнев и слезы. Сам Тор прозябает в гладиаторском рабстве на планетке-помойке из каких-нибудь фантастических фильмов в стиле киберпанк на пару с потерявшим память Халком. Меж тем Рагнарёк таки грядет, и возглавит его несправедливо обиженная сестрица богов, сосланная в ад и правящая в нем богиня смерти Хель. Изображена Хель совершенно неубедительно – своею привлекательной частью она потянет разве что на недорогую и потрепанную шлюху, а вторая половинка, та, что – по Эддам - из разлагающейся плоти, ни разу не страшна. Придется божественному братцу тряхнуть стариной, вспомнить былые заслуги – и совсем как Гераклу, вновь поверить в себя и на пару с Халком спасти мир.
Гораздо серьезнее культовый канадско-ирландский сериал «Викинги» (2013–2020), снятый британским режиссером Майклом Херстом. Говорить много о «Викингах» незачем, ибо все возможное уже сказано официальными критиками и бесчисленными любителями. В том числе и о столь очевидной идиллизации, эстетизации и всевозможном приукрашивании тех, кто были, в сущности, лишь кровожадными бандитами, насильниками и головорезами, лишь по странной исторической случайности давшими имя целой исторической эпохе. Авторам все же удалось достичь интересного баланса между исторической справедливостью и художественной впечатлительностью. Рагнар Лодброк, или «Защитник Крепости Меховые Штаны», если дословно перевести его имя и прозвище, несмотря на злобный характер, последовательную жестокую кровожадность и супружескую неверность все же очаровывает зрителя, возможно, и за счет убедительного изображения душевных переживаний героя, споспешествующих ему на всем жизненном пути. Действительно, татуировки некоторых героев отображают сцены из скандинавской мифологии, имена женщин в начальных титрах – дочери божества моря; там же, в начальных кадрах мелькает Хель, в самом сериале постоянно присутствуют спутники Одина вороны и нередко фигурируют руны. Предположу, что успеху проекта способствовало сочетание вероятной историчности главного героя и его приключений (сериал основан на исландской мифологии, сагах и сказаниях о Рагнаре Лодброке), популярности романтизированных викингов и их эпохи, и обаятельному образу протагониста. Религиозная тема — одна из основных сюжетных линий. Сериал детально показывает скандинавские обряды (включая жертвоприношения в Уппсале), а одной из главных тем является духовный поиск Рагнара Лодброка, который мечется между верностью Одину и интересом к христианству. Его дружба с монахом Этельстаном служит метафорой столкновения двух миров. Уже выделяются как противники и даже ненавистники христианства, такие, как Флокки, так и интересующиеся — сам Рагнар Лодброк.
В спиноффе оригинального сериала — «Викинги: Вальхалла» (2022–2024) — действие происходит через 100 лет после событий сериала «Викинги». Скандинавия уже расколота: часть викингов стала ревностными христианами, тогда как другие отчаянно держатся за «старых богов». Конфликт между этими группами внутри одного народа — основной двигатель сюжета.
Свой вклад в формирование мифа внес культовый сериал «Американские боги» (2017–2021) — экранизация одноименного романа гениального Нила Геймана. Один из главных героев сериала — сам Один (в исполнении Иэна Макшейна), возглавивший со своим помощником Тенью Лун не то чтобы сам Рагнарёк (Армагеддон), но некую эпохальную, финальную битву между «воинством» разнообразных «этнических» богов, прибывших в Новый Свет вместе с эмигрантами и богами «нового мира».
Той же битве посвящен фильм «Вальгалла: Рагнарёк», снятый в 2019 году по мотивам комикса Питера Мэдсена режиссером явно не северного Сюжет и оригинален (для викингской темы), и банален для прочего фэнтези. Жанр заявлен как тёмное фэнтези, фильм снят по мотивам комикса Питера Мэдсена режиссёром явно не северного происхождения Фенаром Ахмадом.
В избушку небогатых северян в ночную бурю забредают никто иные, как сами боги - Тор и Локи. Тор здесь брутально далёк от голливудского златовласика Криса Хемсворта из описанной выше франшизы «Тор», а Локи играет жгучий брюнет с арабским именем Дульфи Аль-Джабури. За проступок юного Тьяльфи — и не какой-нибудь, как разломанную по наущению хитрого Локи одну из костей священного козла Тора во время пира Тьяльфи и его ещё более молодую сестрицу Рёскву сильно недружелюбныые к смертным боги забирают в услужение, а по сути в рабство в Вальгаллу. Там печальные и находящиеся в явном раздрае из-за апокалиптических событий боги сетуют на сбежавшего Фенрира (одного из основных участков финальной драмы) и близящийся из-за этого Рагнарёк. Между тем брат и сестра, явно недовольные презрительным отношением богов, решают сбежать в компании дурачка-тролля, но попадают к великанам и боги вынуждены их освобождать. Критическое отношение к смертным деткам сохраняется продолжительное время, пока Рёсква внезапно не осёдлывает самого Фенрира, и тут даже самому Одину остаётся признать, что она и есть то самое предсказанное некогда «Дитя Света», которое одно только и сможет предотвратить Рагнарёк. Однако и успех в битве с великанами, и предоставление девочке права восседать вместе с богами за пиршественным столом не удерживает деток в Вальгалле, и сам Один вынужден отпустить их в Мидгард (человеческий мир). Из плюсов фильма — немало красивых пейзажей и фактурных персонажей, из минусов — вполне человеческие размеры и богов, и «гигантов»-йотунов, и мрачный «чертог» Вальгаллы, скорее напоминающий пещеру Платона, скудно освещаемую при гигантских, в том числе и для богов, размерах, какими-то убогими факелами.
Норвежский сериал «Пришельцы из прошлого» (2019–2022) позиционируется как «научная фантастика» и «криминальная драма». Но больше он похож на драму историческую и даже религиозную — лежащее в основе сюжета массовое перемещение и смешение выходцев из каменного века, эпохи викингов и XIX столетия однозначно не вписывается ни в какую научно-фантастическую модель. А столкновение обитателей различных эпох с современным миром как бы актуализирует конфликт скандинавского язычества с победившим христианством.
Жанр сериала позиционируется как «научная фантастика» и «криминальная драма». Я бы скорее классифицировал его как фэнтези и драму культурно-историческую и даже религиозную, ведь массовое перемещение обитателей прошлых эпох, а именно из каменного века, эпохи викингов и века 19-го однозначно не вписывается ни в какую «научно-фантастическую модель». А столкновение различных эпох, представленных массой их обитателей, они же вынужденные «эмигранты», с современным миром со всей очевидностью является как раз культурно-исторической, но не «криминальной» драмой, не говоря уж о конфликте скандинавского язычества с победившим христианством – одной из основных тем скандинавской кинопродукции, посвященной эпохе викингов.
В какой-то не самый счастливый момент в норвежском водоёме всплывают люди — и после долго разбирательства выясняется, что это … викинги из их эпохи.
Именно они наряду с современными норвежцами являются здесь главными действующими лицами. Так, «эмигрантка» из 11-го века Альфхильдра, бывшая в своей эпохе женщиной-воительницей (или даже «щитоносицей», в тех традициях), спустя тысячу лет устраивается на работу в полицию и становится напарником детектива Ларса.
Теперь по долгу службы она расследует подозрительные истории то ли несчастных случаев гибели новых мигрантов, то ли их преднамеренного убийства. А по долгу совести – права бывших знакомых соплеменников, пока ещё не усвоивших современные нравы и порядки. Однажды Альфхильдра и её напарница-щитоносица Урд встречают лидера повстанцев – противников нового христианского миропорядка Торира Собаку, убийцу Олафа Толстого (в христианской версии Олафа Святого, крестителя скандинавов, по версии второго сезона сериала «Викинги. Вальгалла», убитого в поединке хранительницей веры и жрицей «Новой Уппсалы» Фрейдис. Но эта версия не является историчной). Святой Олаф является последним по времени западным святым (до Великой схизмы 1054 года), почитаемым также и на христианском Востоке (Святой благоверный Олаф II Харальдссон, король Норвегии, креститель и просветитель норвежцев) (Вики).
Противостояние между новоприбывшими «мигрантами» и современными людьми усугубляется пропагандой современных принципов толерантности среди новоприбывших – мультикультурности, национального, гендерного и религиозного разнообразия, что возмущает некоторых олдскульных средневековых христиан даже более, чем язычников.
Религиозное противостояние нарастает – язычники поджигают и оскверняют христианские церкви, а христианские фанатики пытаются убить Торира Собаку, чтобы отомстить ему за убийство Олафа Святого тысячелетней давности.
Заканчивается первый сезон явлением Олафа Харальдссона, он же Олаф Толстый, Святой и Креститель – его торжественно встречает подружка Мэдди, подружка дочери Ларса Ингрид, и вручая только что выкопанные реликвии – его меч и нательный крест.
Во втором сезоне создатели включили креативность и начали его с поисков Джека-Потрошителя в Лондоне 19-го века, откуда под видом секретных агентов МИ-6 двое «времигрантов» прибывают в Осло для расследования новых убийств. Да, «временные мигранты» получают новое и незамысловатое имя «времигранты». Один из них, Айзек Бен-Джозеф, получает благословение на своё путешествие у раввина, другая – времигрантка из Нигерии и активистка-неолуддитка.
Для восстановления генетической идентичности королю Олафу пришлось раздобыть, ограбив усыпальницу, череп собственного сына – Магнуса Доброго. И, конечно, он совсем не производит образа исполненного всеми христианскими добродетелями правителя, но напротив – это суровый, жестокий и амбициозный северянин. Это немного напоминает сюжетный поворот из комедийного вампирского сериала «Что мы делаем в тени», где лидер вампиров пытается натурализоваться и получить американский вид на жительство, но все его усилия оказываются бесплодны, поскольку он не в состоянии произнести фразу со словом «Бог» из американской конституции. Однако выглядит Олаф в фильме сильно старше того возраста, в котором был убит Ториром Собакой – как минимум раза в полтора, то есть не на 35 лет, а на все пятьдесят.
Итог второго сезона тоже закономерен – хотя в «обычной» реальности «святой», кровожадный, гордый и властолюбивый наркоман король Олаф и погибает в автокатастрофе вместо со своей возлюбленной ведьмой, встреча Альфхильдры с безумным учёным Джоном Робертсом, путешественником во времени создаёт реальность параллельную, где тиран Олаф превратил Норвегию в тоталитарное «христианское» государство, и теперь щитоносице предстоит всё исправить….
Как написал один из рецензентов, попутно опустив по мелочам весь проект (во многом, считаю, заслуженно), создатели сериала изображают короля Олафа как жестокого и властолюбивого наркомана, а его супротивников – героями, то есть хотят сказать, что христианство – это плохо, а языческое поклонение Одину – хорошо. Однако если посмотреть на множество других кинопроектов этой и родственной тематики, и фильмов и сериалов, начиная с культовых «Викингов», продолжая «Радбодом», «Рагнарёком» и «Маргаритой – королевой Севера» и заканчивая «Американскими богами» и совсем свежими «Сумерками богов», нельзя не заметить нынешнюю отчетливую ностальгию по языческому прошлому Скандинавии и весьма критичное отношение к её христианизации. И это наводит на очевидные размышления – а неспроста ли это всё?
«Бог грома»
Драматическое фэнтези 2020 года, снятое при поддержке правительства Норвегии, рассказывает о современной реинкарнации бога грома и молний Тора. Американец норвежского происхождения Эрик приезжает на родину предков, влекомый странным зовом, и с ним начинают происходить очень странные события. Сначала в его присутствии сгорает ферма вместе с людьми, потом от его рук гибнет пацан-хулиган, обугливается полицейский участок и, наконец, падает в озеро и тонет вертолёт американского посольства. Лишь психолог Кристин относится к нему с пониманием и уважением, постепенно перерастающем в романтические чувства. А когда в подвале той фермы находят десятки глыб — рунических камней и молот Тора, а Кристин случайно убивают неразумные американцы, Эрик приходит в ярость и сжигает всю округу, а затем исчезает. В Норвегии же распространяется культ Тора…
«Рагнарёк»
В небольшом горном селении (назвать его деревней язык не поворачивается), раскинувшейся в уютной бухте среди живописных норвежских скал, начинается Рагнарёк. Или репетируется, не суть важно – селенье называется Эдда, знающему достаточно.
Само действо размеренно в типичном для скандинавской кинопродукции стиле, если не сказать – заторможено, создавая при этом ощущение диссонанса. При том каждая из 6 серий насыщена бурлящими событиями, что не устраняет ощущения странной тягучести, вязкости процесса. Возможно, создатели намеренно добивались такого эффекта. Да и сам протагонист Магне - подчёркнутый «тормоз». Явный анабиоз, в который погружён, приморожен парень до нужного времени – пробуждения в нём Тора.
Возвращение Магне на родину, в Эдду - подготовка к инициации и пробуждению его истинного Я – Тора. Что немедленно и отмечают встречавшие и ждавшие его провидица – Вёльва и одноглазый старик в инвалидной коляске – Вотан (то есть Один). Что и происходит в тот же вечер молотометаньем на … полтора километра.
Родной братец Магне-Тора – конечно же, придуривающий и подзуживающий увальня андрогинный Локи. Унисексуальный провокатор что надо – на вечеринку одевает старую мамину блузку, а в финале пародийно провоцирует директриссу.
Злые «снежные» великаны-йотуны здесь - семейство Йодалей, владеющее градообразующим и природогубящим предприятием, подстать друг другу – гладкие, чистенькие, ладные, вечно молодые – или моложавые, аж до противной фальши. Но это на людях, а у себя в Ётунхейме (мире снежных великанов, миф.) не скрывают истинных личин. То папа сына за непослушание изобьёт, то мама неожиданному гостю истинный лик стращенной старушенции явит. Полудохлая с виду собаченция вторит хозяевам, оборачиваясь по приказу хозяина Фенриром, но против Тора не сдюжила – пасть порвал.
Мамаша Тора и Локи, напротив, подчеркнуто тупая профанная клуша, да и прочие жители Эдды так, мимо проходили. А те, кто не мимо, как экологиня Изольда, тех в расход, в жертву.
Вот и завязывается репетиция Рагнарёка – злобный йотун Видаль сам пробудил в Магне Тора, сначала убив его подругу, а затем напоив сакральной медовухой в своём Ётунхейме. Всё по Эдде, по писанию. Да ещё золотой сынок-мажор против папки бунтует, то со смертной переспит, то мемориал злополучной Изольды описает.
Если «Рагнарёк» и проигрывает голливудской трилогии про Тора накрученным псевдодинамизмом и зрелищностью спецэффектов, то уж никак не набором смыслов. Во франшизе с Хэмсвортом сюжет комиксно банален и затёрт до блевотности – небожитель жертвует раем ради смертной, попутно спасая её сородичей, а Рагнарёк норвежский суров и реалистичен – например, как экологическая катастрофа.
Финал первого сезона ожиданно предсказуем – природогубец поражён молнией, злодеи посрамлены, природа и правда торжествуют. А в третьем и последнем сезоне, кажется, грядёт настоящий Рагнарёк…
Итак, на примере рассмотренных кинокартин можно наблюдать следующие отчётливые темы в викингском кино: ностальгия по тем временам, однако с пересмотром в современном духе взаимоотношений богов и людей в пользу последних — именно человек и его свободное, независимое от божественного произвола, волеизъявление теперь выходит на первое место; и однозначное предпочтение языческого прошлого Скандинавии и негативная оценка её христианизации.
…Несмотря на разнообразие жанров и сюжетов, современное кино о скандинавском язычестве явно имеет какую-то общую основу. Это не просто романтическая ностальгия и «реконструкторство».
Утверждение свободы человека через равноправие в его отношениях с богами предлагается как «здоровая» альтернатива христианству, пришествие которого на север Европы массовая культура склонна трактовать негативно.
Не пересекая, по возможности, рубежей политкорректности, но постулируя: «Новое поколение выбирает Одина». Ну или сына его Тора.
Полная авторская версия статьи, сокращённая опубликована в "Новой газете":