Мне было важно сыграть спектакль именно в Москве и я изначально знал, что это задача сложная, особенно в нынешних реалиях. Со мной делились опытом люди, занимающиеся продвижением театральных проектов. Они говорили, что порой и 10 человек сложно собрать на спектакль, лишенный громких имен и брендов, не говоря уже о двадцати. Я удивлялся.
Спрашивал:
- А что если сделать бесплатным вход? Может по началу, ради привлечения публики поработать в минус?
Мне говорили, что это тупиковая стратегия. Оказывается, на условного московского зрителя бесплатных предложений приходится больше, чем платных. Да и в целом у московского зрителя глаза разбегаются от количества развлечений самого разного пошиба. Театральная сфера стоит обособленно. В ней фактор сарафана выходит на первый план. То есть пока о тебе не заговорили, о полных залах можно не мечтать. А вот если заговорят!
Получается типичная проблема из анекдота "про секс и прыщи". Нет сарафана, потому что нет зрителей. Зрителей нет, потому что нет сарафана. Это всё при том, что сейчас я не беру во внимание качество и востребованность самого спектакля. Создать нужно что-то действительно стоящее. И это лишь пол дела. То есть с берега это выглядит, как архисложная и невероятно рискованная задача. А если учесть, что на сцене не предполагается толпы массовки в шикарных костюмах, голых баб, постановки по раскрученному произведению, медийности за счет телеящика или шального интернет-вируса... просто выходит один человек на сцену и начинает говорить без цели дать поржать...
да тут, наверное, надо умом тронуться, чтобы на такое решиться.
Я как-то сам садился и честно прикидывал в какой ситуации меня мог бы заинтересовать артист, работающий на сцене в одного. Некто, читающий произведения бессмертных классиков? Сомнительно. Классику я готов воспринимать лишь от мэтров, уровня Юрского и Филиппенко. Слышал, что хороший моноспектакль есть у Константина Райкина. Уверен, не пожалел бы денег и времени. А вот на новую постановку Гришковца пожалел, несмотря на что, Евгений Валерьевич в коем веке привозил её в мой город. Причина - предыдущая сценическая работа Гришковца (спектаклем её не назовёшь), где он читал по бумажке в жанре Жванецкого. Не смог я принять и понять эту вторичность. Короче, сложно это всё. Действительно, должно прилететь по сарафанному радио подтверждение, что та или иная постановка хороша и достойна внимания. Ну и еще увиденное на сцене должно проникать до самого сокровенного в душе.
Не раз я говорил близким, что сам с удовольствием сходил бы на свой спектакль. И на большой концерт своего барабанного шоу сходил бы. Если бы не было этого чёткого понимания, поверьте, я бы не занимался подобными мероприятиями. К тому же я вижу, что зрителям нравится моя работа. Их отзывы уж точно сам себе не нафантазируешь. Обратная реакция на спектакль особенно важна, поскольку она всегда приходит от думающих и остро чувствующих людей. Возможно, мои слова выглядят, как самовосхваление. В оправдание могу лишь сказать, что я никогда не спрашиваю у зрителей: "Ну как вам?" Получилось или нет, можно понять по тому, подходят ли ко мне зрители сами, чтобы поделиться впечатлением. После московского спектакля была очень живая реакция, которая меня в очередной раз убедила, что не зря я взялся за столь замороченное дело. Эта реакция компенсирует все волнения и переживания, связанные с реализацией спектакля. Не перестаю повторять, что игра спектаклей в одного - это самое сложное, что мне пока доводилось делать в профессиональной карьере. В то же время - это и самое счастливое действие.
Спасибо всем, кто пришёл на мой первый спектакль в Москве. Передал от вас костромскому настоятелю отдельную благодарность. Он тоже доволен, что и его творчество оценили по достоинству) #касатыч #славныепарни
