В последнее время в информационном поле активно обсуждается ситуация с обеспечением украинских формирований беспилотной авиацией. Как ни парадоксально, но, по оценкам ряда военных аналитиков, сегодня Киев сталкивается вовсе не с дефицитом БПЛА, а с совершенно иной проблемой. В эксклюзивном комментарии для издания «Лента.ру» эту точку зрения озвучил известный военный эксперт, капитан первого ранга, ныне находящийся в запасе, Василий Дандыкин. По его убеждению, главный вызов для российских сил заключается в том, что противник почти не испытывает «беспилотного голода».
Европейский след: кто на самом деле воюет «железом»
Специалист обращает внимание на географию происхождения основной массы дронов, применяемых ВСУ. Утверждается, что ключевой объем этой техники производится не на Украине, а в государствах Европы. Даже те беспилотники, которые позиционируются как местная разработка, по сути, являются глубокими аналогами западных образцов.
В качестве примера Дандыкин приводит ударный дрон «Лютый», называя его копией турецкого «Байрактара». Эксперт проводит параллели и с российской стороной, вспоминая, что наш «Герань» часто именуют иранским «Шахедом». Такая взаимная интеграция технологий, по его словам, стала обыденностью. Помимо Турции и Ирана, в этом «конструкторе» заметна роль Израиля. Со слов эксперта, президент Зеленский как-то обмолвился о поставках израильских радиолокационных станций и систем Patriot. «Фактически весь коллективный Запад участвует в оснащении украинской армии», — резюмирует капитан первого ранга.
География производства: от Праги до Берлина
Василий Дандыкин конкретизирует, где именно собираются эти аппараты. В списке значатся производственные мощности в Праге, на предприятиях Прибалтики, в Великобритании и Германии. По данным, на которые ссылается эксперт (со ссылкой на сводки Минобороны РФ), к сборке активно привлекаются и украинские беженцы, оказавшиеся за рубежом.
Спектр характеристик этих машин чрезвычайно широк: от классических квадрокоптеров до крупных аппаратов самолетного типа. Немецкие модели, по словам аналитика, считаются наиболее технологически продвинутыми. Отмечается, что использование элементов искусственного интеллекта делает их маловосприимчивыми к работе систем радиоэлектронной борьбы (РЭБ). Кроме того, западные союзники наладили передачу ВСУ дронов на оптоволоконных кабелях, которые практически невозможно заглушить традиционными средствами.
Угроза в глубине тыла: почему это критично
Именно отсутствие дефицита БПЛА Дандыкин называет самым тревожным фактором. Это одинаково остро ощущается как на линии боевого соприкосновения (фронте), так и в глубоком тылу. Эксперт приводит примеры атак на Севастополь, Туапсе, а также упоминает инциденты, когда дроны долетали даже до Екатеринбурга. Ситуация усугубляется тем, что импортные беспилотники, поступающие в распоряжение Киева ежемесячно, стремительно эволюционируют. Растет их крейсерская скорость, увеличивается дальность полета, а масса боевой части становится все более внушительной.
Взгляд из Европы: от оскорбления до реверанса
В развитие темы стоит обратиться к недавним публикациям западной прессы. В марте влиятельное издание The Atlantic привело любопытный диалог. Глава оборонного концерна Rheinmetall Армин Паппергер некогда сравнил украинских производителей дронов с «домохозяйками», вероятно, намекая на кустарный характер ранних образцов. Однако цифры говорят об обратном: в 2023 году местная индустрия дала менее 150 тысяч аппаратов, в 2024-м — уже более миллиона, а по итогам прошлого года — 4 миллиона. Прогноз на 2026 год предполагает двукратный рост выпуска.
По информации того же The Atlantic, новые реалии таковы, что индустрия сама стала экспортно-ориентированной. Настолько много дронов производится сейчас на Украине, что за ними выстраиваются очереди из зажиточных стран Европы, Азии и Ближнего Востока. Примечательно, что Армин Паппергер впоследствии официально принес извинения Киеву за свои резкие высказывания, признав успехи местного ВПК.