Мистическая драма была представлена на 48-м Московском международном кинофестивале в программе «Русские премьеры». 7 мая картина выйдет в широкий прокат.
Критики отметили необычный синтез фольклора, психологической драмы, детектива и визуального эксперимента. Главное достоинство фильма – новый подход к мистическому жанру. Картина избегает прямолинейного хоррора. Ни мрачной тревожной музыки, ни пугающих теней. Это вам не триллер с Камбербетчем «Сущность», где ворон и т.д.
Мифологический пласт соседствует с бытовой историей. Тут и мистика, и кокетливое заигрывание с темой экологии: безответственное отношение к лесу пробуждает древние темные силы. Расплата неминуема.
Тревога и мистика проступают очень тонко, как побочная тема в музыке. На первом плане вполне житейская история. Молодой, красивый и успешный мужчина собирается жениться на странной девушке. Она немного не от мира сего. Задумчивая, холодноватая. Поэтесса, одним словом. И живет с своем воображаемом мире.
В действие врывается детективный поворот. Пропадает ее сводный брат.
Духи леса вселяются в людей, заставляя их действовать иррационально. При этом есть вполне бытовые темы: мы знакомимся с работой лесопилки, наблюдаем за самодуром местным авторитетом. Рассматриваем роскошный дом в стиле хай-тек, где предстоит жить молодеженам.
Наблюдаем за растерянным молодым мужчиной, который ничего не может понять про свою невесту. В этой роли Максим Матвеев. (Уверена, что именно его участие сделало кассу этому странноватому фильму дебютантки.) Максим как всегда прекрасен. Жаль, что сценарий для него тесноват, мелковат. Из таких "коротких штанишек" он давно вырос, и достоин чего-то более весомого.
В невесту вселился дьявол. (Психологам, психиатрам и семейным консультантам не рекомендую этот фильм.)
Тема экзорцизма витает в воздухе, но не находит разрешения. Как тут не вспомнить прекрасную работу Виктории Исаковой в фильме «Остров». Ее героиня приехала на Валаам с диагнозом: бесноватая. Точнее ее привез отчаявшийся папаша. Там героиня корчится в муках и ест снег. Здесь молодая татарка Айша бьется в похожих судорогах и ест грязь. Причем пугающе натуралистично. (Ведь не темный же шоколад ей дают в качестве суррогата.)
Мистика переосмыслена. Тревожность создают не привычные клише, а скорее тряская ручная камера оператора, намекая на документальность. Особую атмосферу создает татарская речь. Есть в ней что-то нездешнее, даже потустороннее. Причем актеры явно озвучивали своих героев сами.
Актриса Мария Мацель появилась в роли ресторанной певицы, исполняет «татарский шансон» в кабаке местного авторитета дяди Жени (Роман Михайлов). Национальные костюмы ей придумали роскошные. (Слава Богу, она уже отошла от ролей бунтующих подростков.)
Тут и там мелькает татарская шапочка на голове актера Сергея Гилева. Колоритное пятно. Жаль, что талант актера использован очень куце. Тут вообще нагнали медийных актеров по понятным причинам. А режиссер по неопытности не знает, что с ними делать.
Особое внимание уделили подбору живых декораций. Создатели искали места, где лес выглядит одновременно притягательным и тревожным. Корявое черное дерево на фоне голубого неба – роскошный кадр. Однако красивостью тут не увлекаются. Все очень лаконично, приземленно, что несколько странно для мистической драмы.
Алина Насибуллина – как режиссер слабовата. Даже со скидкой на дебют. Однако она прекрасна в главной роли. Есть в ней редкая жилка – умение играть одухотворенных, но бесноватых женщин. Ее бледное лицо и отстраненный взгляд реально завораживают. В роли Панночки была бы незаменима.