Старая деревня стояла в стороне от трассы, почти у самого забора заброшенного аэропорта. Ржавые вышки, покосившиеся ангары и гулкий, пустой горизонт, словно граница между миром живых и чем-то ещё. В единственной жилой избе на окраине жила бабка Марфа. К ней раз в год приезжал внук - полноватый, тихий парень по имени Игорь. Он не любил деревню, но мать настаивала: “Надо бабушку проведать”.
Марфа была другой - бодрая, неутомимая. Целыми днями копалась в огороде, ходила за грибами, что-то бормотала себе под нос. В этот раз она и Игоря потащила с собой.
- Пойдём, - сказала она, протягивая корзину. - Лес богатый нынче.
Лес был тёмный и густой, с поваленными деревьями и запахом сырости. Игорь шёл следом, стараясь не отставать, но вскоре потерял бабку из виду.
Он остановился, прислушался. Тишина. Только шелест листьев да далёкий гул - то ли самолёты, то ли что-то другое.
И тут он увидел на старом дубе зеркало. Оно было большим, в резной деревянной раме, будто кто-то специально повесил его здесь. Оно не выглядело заброшенным - стекло было чистым, блестящим, словно его только что протёрли.
Игорь подошёл ближе. В отражении он увидел не лес, а поляну. На ней стояла палатка, а рядом сидел старик в длинном серо-коричневом плаще. Игорь огляделся. Реальность не совпадала с отражением - вокруг не было ни палатки, ни старика, да и поляны не было, только заросли леса.
Он протянул руку к зеркалу и дотронулся до него. Пальцы прошли сквозь стекло, как сквозь воду.
Что-то подсказывало ему: “Не надо”. Но он шагнул вперёд, прямо в зеркало.
Старик поднял глаза.
- А, пришёл, - сказал старик спокойно, будто ждал. - Помогай костёр развести.
Когда они развели костёр, то сели около него. Старик заварил чай в закопчённом котелке.
- Пей, - протянул он кружку Игорю.
Игорь выпил. Всё поплыло перед глазами. В темноте зашевелились какие-то силуэты. Люди в масках зверей - лисы, волки, медведи - вышли из-за деревьев. Они водили хоровод, напевали что-то на непонятном языке. Слова звучали, как со старых пластинок на патефоне.
Кто-то схватил Игоря за руки. Его повели к костру. Он шагнул сквозь пламя, но не почувствовал жара.
Очнулся Игорь в своей постели. За окном шёл дождь.
Бабка Марфа вошла, поставила тарелку с супом, молча развернулась и вышла. Она не сказала ни слова. Даже не взглянула на внука.
- Вот бы дождь кончился, - пробормотал Игорь.
Тут дождь прекратился.
Игорь замер.
- Вот бы вышло солнце.
Небо прояснилось, и тёплые лучи коснулись его лица.
Игорь выбежал на улицу.
- Пусть пойдёт дождь! - прокричал он.
Тучи сгустились, и первые капли упали на землю.
Он задохнулся от восторга и ужаса.
- Хочу крутую машину! - крикнул Игорь.
Но ничего не произошло. А дождь продолжал моросить.
- Хочу чемодан денег!
Снова ничего.
Он махнул рукой.
- Бесполезно.
В тот же день он уехал в город.
Год спустя Игорь шёл по улице с другом. Вдалеке заклубился дым - горел старый дом на окраине. Люди кричали, кто-то звонил в пожарную.
- Пусть пойдёт дождь, - прошептал Игорь.
Небо тут же заволокло чёрными тучами, и хлынул дождь. Огонь зашипел и погас. Но дом уже обгорел почти дотла.
Игорь вошёл внутрь. На обугленной стене висело то самое зеркало, которое он видел в лесу год назад. Игорь коснулся его - рука прошла сквозь стекло. Он шагнул внутрь.
Игорь очутился в том лесу. Горел костёр, всё та же палатка, но старика не было.
Он стал искать выход, но нигде не мог найти то зеркало. Временами он видел по сторонам силуэты в звериных масках - они наблюдали, казалось, они беззвучно смеялись.
Наконец он нашёл зеркало. В отражении Игорь увидел себя. Но не парня, а старика. Седые волосы, морщинистые руки, глаза, полные тоски. Он ощупывал себя, не веря, что это он.
В отчаянии он ударил по стеклу. Оно было твёрдым.
- Нет! - кричал Игорь.
Игорь увидел движение за зеркалом. Там шёл он сам - молодой, живой. Рядом шла бабка Марфа. Они шли по тропинке из леса. Вдруг парень обернулся. Увидел его. Махнул рукой - не в знак прощания, а будто узнал. И ушёл.
Игорь остался один. Он постучал в стекло. Ничего не произошло.
Дождь шёл и шёл, здесь он не кончался никогда. Капли падали на землю, но не впитывались - они стекали по стеклу, собираясь в чёрные лужи, в которых отражались не деревья, а силуэты в звериных масках.
Время для Игоря остановилось. Сколько он провёл в этом лесу в образе старика, он не знал, но это казалось вечностью. Воспоминания о школьных годах, о матери, о бабке Марфе таяли, как дым костра. Оставались только лес и зеркало.