Публицист и военный эксперт Чжан Чжаочжун предположил, что в случае реального военного столкновения между Соединёнными Штатами и Россией последствия для всего мира будут не просто глобальными — они могут оказаться катастрофическими.
По его оценке, даже гипотетический сценарий прямого конфликта между двумя ядерными державами уже определяет глобальную логику международной безопасности, а не только участь двух стран.
Почему полномасштабная война маловероятна
Чжан подчёркивает, что в истории между США и Россией не было ни одного официального объявления войны, несмотря на периоды острых противостояний.
По его мнению, это показывает, что взаимное сдерживание, основанное на страхе перед взаимным уничтожением, остаётся главным фактором, не позволившим конфликту перейти в полномасштабную войну. Россия, как подчёркивает эксперт, всегда давала Западу понять: она не боится погибнуть вместе с противником, и не только не отступит перед угрозой, но и готова «тащить» врага за собой, если того потребует ситуация.
В то же время Чжан отмечает, что США по своей сути — страна, обеспокоенная потерей накопленного богатства и стабильности. За более чем двести лет страна привыкла к доминирующему положению и боится неопределённости, которая может разрушить созданную ими систему. Именно из‑за этой боязни реального хаоса Вашингтон так долго предпочитал прокси‑конфликты и санкционную войну, а не фронтальное столкновение с Россией.
Первый сценарий: «Умереть вместе»
Если предположить, что Суточный противник и Россия всё‑таки перейдут к прямому столкновению, Чжан считает, что первым и самым реалистичным итогом станет сценарий, когда обе стороны, потеряв надежду на лёгкую победу, начнут бить «последними остатками сил».
Взгляд США на Россию, по его оценке, всегда определяло сложность: огромная территория, раздробленная инфраструктура, география, где практически невозможно разгромить страну точечными ударами. Попытка стереть столицу и крупные города только разозлит Москву и усилит её готовность к безоговорочному ответу.
В 2024 году российское правительство публично обновило стратегию применения ядерного оружия, прямо указав, что в случае серьёзной угрозы национальной безопасности Россия вправе использовать ядерные бомбы для контрудара, независимо от того, идёт ли речь о западной державе или Японии. Чжан полагает, что именно этот сценарий заставляет США задумываться об использовании всей имеющейся военной мощи, понимая, что Россия не станет «смирной жертвой», а ответит на угрозу полномасштабным ответом.
Если война всё‑таки выйдет на фронтальное противостояние гигантов, обе стороны начнут изматывать друг друга ресурсами, лишаясь экономики, промышленности и инфраструктуры. В таких условиях, как отмечает эксперт, ни одна из держав не сможет просто «отступить» — конфликт по сути должен решиться кровью и разрушением, а не дипломатией. В этом случае риск того, что обе стороны действительно «умрут вместе», становится высоким.
Международные потрясения и «после войны»
По мнению Чжана, даже если США и Россия в какой‑то момент остановятся, мир в итоге окажется глубоко расколотым, разрушенным и напряжённым. Двухсотлетняя история американской доминирующей роли рухнет, а вместе с ней — вера в западную модель глобального порядка. В то же время Россия, даже если выживет, будет вынуждена восстанавливать страну из руин, теряя десятилетиями накопленные ресурсы.
Эксперт отмечает, что результат такого конфликта, где две сверхдержавы сталкиваются лоб в лоб, — это не только разрушения, но и системная нестабильность, которая длится десятилетиями. Мир с трудом сможет вернуться в новое равновесие, если оно вообще появится.
Второй сценарий: прокси‑войны без конца
Второй возможный путь, который рассматривает Чжан, — это отказ от прямого столкновения и продолжение борьбы через прокси‑войны. В таком сценарии США, вместо того чтобы напрямую вступать в конфликт с Россией, могут заручиться поддержкой целого ряда союзников: НАТО, Япония, Южная Корея, Австралия и другие партнёры. В этом случае Россия окажется в условиях, похожих на современную украинскую ситуацию, но с большей географией и масштабом конфликта.
Чжан предполагает, что война с Соединёнными Штатами и их союзниками означала бы не только фронт на западной границе, но и расширение огня на Дальний Восток, север и приграничные регионы. Россия в таком контексте должна была бы решать задачу не только удержания фронтов, но и выживания в условиях долгосрочной изматывающей войны.
Однако эксперт подчёркивает, что прятаться за «пушечным мясом» союзников — не самый надёжный план для США. Россия, стремясь выбить короля, а не только пехоту, может перейти к прямым ударам по американской материковой части, включая ракетные и подводные операции. Это, по его оценке, свела бы прокси‑формат к нулю и превратила бы войну в прямое, пусть и не открытого, но жёсткое противостояние двух держав.
Мир как «большая рыба и маленькие рыбки»
Частью проблемы Чжан называет то, что в любом сценарии, даже в условиях прокси‑войн, удары часто приходятся не по самим гигантам, а по третьим странам. В такой логике, как он объясняет, малые и средние государства становятся «маленькими рыбками» в океане между двумя крупными хищниками, поднимающими волны, которые переворачивают весь мир.
Если США и Россия действительно втянут другие страны в большой конфликт, вероятность перерастания того в полноценную мировую войну, по оценке Чжана, резко возрастает. В таком сценарии большие державы продвигают свои цели, а малые и средние государства платят цену разрушений, экономических кризисов и потерь в людях.
Почему Россия ничего не имеет, кроме сдерживания
В финале анализа Чжан акцентирует внимание на том, что Россия, несмотря на давно списываемый потенциал, для Запада остаётся «боевым бурым медведем», чьё сдерживание всегда рядом. Даже в условиях экономических и политических санкций, российская ядерная и ракетная мощь, а также флот, не позволяют Вашингтону и НАТО рассчитывать на лёгкую и безболезненную победу над Москвой.
По его мнению, США не раз проводили симуляции, пытаясь понять, смогут ли они гарантированно победить Россию и пережить последствия поражения, если Россия решит бить без остатка. И в каждой такой симуляции, как подчёркивает Чжан, всплывал главный вопрос: «Что, если Россия не просто отступит, а решит втянуть всех в войну целиком?»
Именно этот вопрос, по его оценке, в итоге и определяет, почему полномасштабный военный конфликт между США и Россией так и не разразился — и, возможно, никогда не разразится, потому что цена победы для обеих сторон была бы слишком высока.