Семь лет в Израиле. Карьера в General Motors. Зарплата растёт, коллеги ценят, страна дала жильё, научила языку, обеспечила работой. Казалось бы – живи и радуйся. Но Екатерина Векслер собрала чемоданы и вернулась в Россию. В Красную Поляну, где снег, горы и леса…
Но прежде чем рассказать о её возвращении, давайте разберёмся, а как вообще живётся русскому IT-специалисту в Израиле? Сколько уходит на аренду и еду? Какие черты характера здесь ценятся, а какие – нет? Как тут относятся к русским, и какие стереотипы не работают?
А главное, почему опытный специалист добровольно уходит из израильского хайтека? Из-за климата, культуры, отсутствия полноценного отпуска или внутреннего выгорания? И что дальше: свой бизнес в России?
– Катя, сколько уходило ежемесячно на жизнь в Израиле: на аренду, еду, связь, развлечения?
– Траты, конечно, индивидуальны и сильно зависят от человека. Честно скажу, кто-то может жить «бюджетно», а кто-то – нет. После переезда, корзину абсорбции мы с бывшим мужем разделили на каждый день – сколько можем максимум потратить – и жили, а некоторым ребятам её не хватало. Скажу по себе: не люблю большие города, как Тель-Авив, поэтому мы жили в Модиине – городе поменьше, но современном, и в Кфар-Йоне – классном небольшом городе, рядом с Нетанией. В Модиине аренда трёхкомнатной квартиры стоила примерно 6,5-7 тысяч шекелей. В Кфар-Йоне – около 6-6,5 тысяч шекелей, то есть чуть подешевле. Еда, по-моему, была самая небольшая статья расходов: на семью из трёх человек – двое взрослых и ребёнок – уходило около 2-3 тысяч в месяц. На мобильную связь – шекелей 60 в месяц. Что касается развлечений – зависит от человека и того, как он развлекается. Если говорить про рестораны, то поесть хумус в простой кафешке одному человеку можно за 50 шекелей, не меньше. Поход в более-менее приличный ресторан обойдётся примерно в 80 шекелей на человека. В дорогом, но не «топовом» ресторане, возьмут 100-150 шекелей с человека..
– К слову об СНГ: какие навыки и черты характера могут пригодиться в Израиле?
– Израильтяне любят открытых, общительных людей, лёгких, на позитиве, очень дружелюбных и коммуникабельных – это, я бы сказала, маст хэв. С умным, но угрюмым лицом сидеть на собеседовании – наоборот, будет рэдфлаг, правда.
– Какие навыки из российского опыта не пригодились?
– Русские ребята работают очень качественно, засиживаются допоздна, они очень ответственные. Но это не всегда продвигает по карьерной лестнице. Можно быть «слегка несообразительным», но хорошо налаживать связи, завести дружбу с начальником, с другими коллегами – быть везде «своим» – и это поможет расти. То есть мне не пригодилось мнение, что «Если я буду лучше всех работать, то и зарплата у меня будет больше всех».
– Как вообще относятся к русскоговорящим в Израиле?
– Их любят. На самом деле, к русским хорошо относятся, потому что русские работают хорошо. Русские ребята умные, сообразительные и к тому же трудоголики.
– Существуют ли какие-нибудь стереотипы на этот счёт?
– Нет, я бы так не сказала. Евреи очень дружелюбные и ко всем нациям относятся дружелюбно. В Израиле много приезжих, и все друг другу помогают. И, если упадёшь на улице, например, нос разобьёшь, или закружится голова, то люди сразу подбегут, водичку принесут, позвонят родственникам, вызовут скорую. В Израиле очень заботятся друг о друге и уважительно относятся ко всем.
– Почему из Израиля вернулась в Россию?
– В Израиле я прожила семь лет. Вышло так, что у меня случился развод, и я решила уехать из Израиля. Мой бывший муж не хотел, а мне не прижилась эта страна. Почему? Всё индивидуально, но я скажу по себе. Я очень люблю зелень и природу, хоть в Израиле, конечно, и высаживают деревья, есть парки… но для меня этого мало. Я люблю горы, леса, и поэтому я переехала в Красную Поляну в России.
Мне было очень жарко в Израиле, правда. В стране полгода жарища от 30 до 35 градусов, иногда бывает и жарче, но не часто. Но полгода реально жарища: с 10-11 утра всё выжигает, и так до самого вечера. Особенно летом мне было тяжело, потому что я люблю гулять. Те люди, которые любят быть в офисе, сходить в кафешку – перемещаются под кондиционерами: в израильских автобусах есть кондиционеры, в торговых центрах – в целом, везде прохладно, но на улице жарко. Например, утром приезжаешь на работу – рядом кондиционер, вечером возвращаешься – уже не так жарко, и нормально. Но я любила и во время работы, во время перерыва, прогуляться на улице. И мне Израиль просто-напросто не подходит по климату. Я люблю снег, люблю кататься на сноуборде и поэтому живу сейчас в горах.
– Из компании пришлось уйти?
– В Израиле я уволилась из корпорации, потому что мне стало тесно, я захотела заниматься собственным делом и самостоятельно регулировать, как растёт моя зарплата и количество отпускных дней. В General Motors по зарплате у меня был постоянный рост, а с отпускными днями – «засада».
Наряду с прогрессивным налогом в Израиле, зависимость количества отпускных дней от опыта в стране может выглядеть непривычно. Количество таких дней может зависеть и от того, как договоришься с руководством. Но у компании, в которой я работала, были строгие правила – договориться нельзя, если у тебя нет достаточного опыта в стране. В итоге мне дали отпуск, равный 16 дням в году, не считая выходных. И каждый год количество отпускных дней растёт, примерно, на два… в общем, не сильно, но растёт. Чтобы получился полноценный отпуск на 30 дней, чтобы можно было два или три раза в году съездить на отдых, в Израиле придётся довольно долго работать. Мой начальник не соглашался увеличить отпускные дни, но соглашался на премии и увеличение зарплаты. Говорил: «Я тебе деньгами заплачу». В итоге мне не удалось быстро увеличить количество отпускных дней.
– Помогает ли тебе израильский опыт?
– После немецкой компании прийти в израильскую, несмотря на то, что она была американской – но именно в израильскую среду – с неким присущим ей «пофигизмом», беспорядком, мол, «и так сойдёт» – было немножко сложно. Я привыкла, что всё чётко, вовремя, по делу, а они такие ребята, что любят, например, поболтать. И после этого опыта я стала более лояльно относиться к самой работе. В Израиле люди не особо переживают из-за неё: может быть, «горит» поставка, «пожар», а все ушли домой, потому что Шаббат. Евреи более спокойно относятся к рабочим моментам и не переживают, и мне это качество передалось – оно точно помогло.
– Чем занимаешься после возвращения в Россию?
– Сейчас я четвёртый год провожу собственные IT-курсы. У меня есть курс по SQL-базам данных – то, чем я занималась практически семь лет в немецком телекоме: работала с базами данных, заглядывала как тестировщик и готовила тестовые данные с помощью языка SQL. И второй курс у меня по API, но я его сейчас приостановила на неопределенный срок, потому что хочу создавать новые продукты. Скорее всего, они будут по профориентации в IT и по основам автоматизации.
– Что бы посоветовала тем, кто только думает о переезде с целью работать за границей?
– Я считаю, это наикрутейший опыт – работать в зарубежной компании. Сейчас в России это невозможно, поэтому, работая за рубежом, приобретаешь совсем другой взгляд на свою работу, по-иному взаимодействуешь с людьми – это классно. И сложности, с которыми сталкиваешься, и усилия – они реально стоят того. За границей можно изучать язык, работать на другом языке и с другими людьми, сравнивать. Например, в России есть такое, что ребята могут быть немного грубыми друг к другу на работе, чаще открыто критиковать. Я работала с людьми разных наций: немцами, румынами, американцами, японцами, израильтянами, индусами – у них всех такой подход, что, если критику нужно высказать, то её скажут максимально мягко и очень дружелюбно. Например, «А давайте попробуем по-другому решить этот вопрос?»
Самый главный мой совет: обязательно учите язык той страны, в которую едете. Зная язык на должном уровне, можно максимально комфортно себя чувствовать в другой стране. Намного проще решать проблемы, знание языка экономит деньги. Станет легче договариваться, понимать, что и как устроено, торговаться. Язык реально выручает – в том числе, и в работе. Знание языка – на первом месте. Собственно, благодаря знанию языка я попала в IT – потому что всё было на немецком, а я знала немецкий.
Подведём итоги:
Как показывает опыт Екатерины Векслер, жизнь в Израиле подразумевает не только карьеру, но и конкретную бытовую математику: аренду квартиры, покупку еды, перекусы кафе. Ко всему этому надо быть готовым.
И дело не только в деньгах. В Израиле ценят открытость и позитив больше, чем нахмуренные брови и интеллектуальный вид. Русских здесь любят за трудолюбие и сообразительность, а стереотипов практически нет. Однако привычка «работать лучше всех и допоздна» не всегда ведёт к повышению. Иногда важнее быть «своим».
Но даже после успешной карьеры, стабильной зарплаты и полной государственной поддержки можно осознанно вернуться в Россию. Причины бывают разными: климат, личные обстоятельства, система или просто любовь к горам и снегу.
Хотите репатриироваться в Израиль?
Израильский опыт помог Екатерине понять, что ей ближе спокойное отношение к работе и желание строить собственное дело. Сегодня она четвёртый год развивает IT-курсы в России и не жалеет о своём решении.
Выбор, где жить и работать, остаётся за вами. Если хотите построить карьеру в Израиле, самый надёжный путь – подтвердить еврейские корни и репатриироваться. Центр репатриации «Шалом» поможет собрать все необходимые документы, с первого раза пройти консульскую проверку и получить израильское гражданство. Для этого не обязательно быть евреем по маме! Получить израильский паспорт может еврей в третьем поколении. Сомневаетесь в праве на гражданство? Пройдите тест на сайте, чтобы узнать ваши реальные шансы.