Митрич и Лорд — первоходы. Они многое не знают, на полигоне их промурыжили недолго, напомнили как стрелять, бросать гранаты, дали по разу стрельнуть из РПГ и отправили в свободное плаванье, то есть, за ленту. Боевое слаживание должно было пройти на месте, обещали, что ещё потренируются на полигоне новых территорий, тем же составом. Но всех раскидало кто куда и из первичного состава остались вместе только они — Митрич и Лорд.
А на войне учить некогда, не до первоходов. Бывалые люди занятые, заполошенные заботами, никто ничего не объясняет и не учит. Делай как я, вот и весь разговор. И, казалось, что за несколько дней Митрич и Лорд освоились, вроде бы тоже стали бывалыми. Но так только казалось.
Митричу за сорок, дядька средних лет, невысокий, с круглым мягким лицом и с пегими кудрявыми волосами. Откуда-то из под Орловщины, раньше слесарил он на кирпичном заводе. Но платили мало, заводик был старенький, продукция его спросом не пользовалась, новые хозяева вкладываться в производство не хотели, выжимали из завода все соки, а деньги прятали за бугром. Заела бедность, пилила жена, и вот Митрич теперь тут, в новом для себя статусе. Срочку он служил давно, красил там траву и бордюры, а потому всё ему внове.
Лорд — другой коленкор. Высокий молодой парень, чёрнявый, смазливый, таких любят девочки. Бывший тусовщик из Москвы у которого случились неприятности с полицией, а избежать их помогла армия. Можно сказать, протянула руку помощи, когда следователь, повздыхав и поохав, пообещал Лорду внушительный срок, но затем, улыбнувшись, сказал, что выход есть. Пойдёт служить — дело закроют. Ну отчего бы и не послужить в таком случае? Лорд уже служил, совсем недавно, в роте охраны ВКС, охранял склады с горючим. Целый год служил на срочке. Вот и сейчас, по задумке Лорда, он отслужит примерно год, а служба эта станет незабываемым приключением, о котором можно будет рассказывать друзьям и знакомым. Но самое главное — отвалится проблема с полицией и можно будет жить как прежде, спокойно.
Казалось бы, совершенно разные люди, но первоходство притянуло их друг к другу, заставило держаться вместе, какие никакие, а знакомые лица. Так и держатся они парой — Митрич и Лорд. Причём верховодит больше молодой Лорд, он более активен и самонадеян, более нагл, в хорошем смысле этого слова. А Митрича вполне устраивает и второстепенная роль, он отсвечивать не любит. Зато он, как заводчанин, в хозяйстве дока, может всё наладить и починить. Тоже важное качество, которое уже приметили в роте.
И вот, прослужили они несколько дней и казалось, стали тоже бывалыми, освоились. Но так только казалось, до первого обстрела. Вот идут они вместе, тащат ракеты для ПТУРа, ведь на первых порах их задача — принеси, подай. Вот командир и послал к ПТУРщику, который работает где-то на высотке, с окраины деревни. Как раз ракеты с оказией привезли.
Куда точно идти — они не знают. Им сказали ориентир, Митрич не понял, а уточнять было неудобно. Лорд тоже не понял, но ему неловко было признаваться в недопонимании. Командир предлагал дождаться группу, которая потащит по тому же маршруту грузы для других бойцов. Но при этом торопил, ПТУРщик в боевом расчёте нынче один, срочно нужны боеприпасы, зашивается. Противник норовит прорваться на броневиках, как доберётесь — там и оставайтесь, до дальнейших распоряжений, будете осуществлять поддержку огнём. И Лорд, скорее по инерции и в браваде, молодцевато махнул рукой "найдём, не в первой!" А Митрич промолчал, раз старший Лорд — ему виднее.
Главное, сказал командир, не уйти случайно на сторону противника. Эта деревня за нами, а следующая — уже за противником, и одна деревня плавно перетекает в другую, между ними лишь небольшой пустырь и таблички на дороге, издырявленные пулями. Но по дороге идти нельзя — срисуют сразу, предупредил командир. Идти надо окольными путями.
Вот и продираются они сквозь бурьян и кусты, через рощицы и пустыри, по едва заметной тропке, с тяжеленными ракетами за спинами, и как тут понять, что из этого тот самый пустырь, разделяющие враждующие деревни. Но у них есть рация, в случае чего, уточнят диспозицию.
Эфир нынче неспокоен, в нём кричат наперебой неизвестные позывные. Кто-то монотонно просит эвакуировать трёхсотых, кто-то требует подтянуть БК, кто-то объясняет, что нужно пробраться к старому КРАЗу-автокрану и занять новый сектор обстрела, а кто-то материт товарищей, которые куда-то испарились. Увлекательное дело слушать рацию, когда ты не при делах, но когда ты идёшь в самый эпицентр событий в первый раз — немного боязно.
Впереди кто-то стреляет из автоматов и пулемётов. Но пули не свистят над головами Лорда и Митрича, и от того кажется, что стрельба эта безобидная, как на полигоне. Но рация утверждает, что там всё же опасно. Из Лорда никудышный старший, он вечно лезет вперёд. А Митрич идёт следом за ним, думая, что за Лордом можно спрятаться, в случае чего. Он где-то слышал, что на войне первым делом убивают высоких. А вот уже и первые домики отчётливо показались.
Лорд улыбается, наконец дошли, всего лишь за один перекур, идти и в самом деле оказалось недалеко. А найти тут ПТУРщика дело плёвое, на худой конец спросят у кого-нибудь, ведь здесь тоже где-то держат оборону наши бойцы. А быть может даже и наступают. Митрич надеется, что они не дали случайно кругаля и не вышли с фланга в деревню противника. Всё так непонятно и немного боязно. Можно сказать, они впервые на боевом задании.
Перед последним броском вперёд они останавливаются, стягивают вьюки с плеч, усаживаются прямо в траву, покурить и отдохнуть. Лорд выключает рацию, ему хочется хоть на какое-то время абстрагироваться от этой какофонии, в которую их неумолимо затягивает, как травинки в воронку омута.
— Как думаешь, тут водятся клещи? — спросил Митрич.
— Какие клещи? — лениво переспросил Лорд, выдыхая дым колечками. Он лежит на траве и ему хорошо.
— Ну эти, кусачие, — объяснил Митрич. — Которые в людей впиваются из травы и заразу разносят.
— Понятия не имею, — отвечает Лорд. — Мне кажется, что клещи это последнее, о чём тут стоит беспокоиться.
Вскоре они снова топали вперёд, Лорд включил рацию. Никакой дороги они не видели и вышли на задки огородов. Тыны здесь подзаброшены, развалены, никто их не чинит, в изгороди провалы целыми секциями, которые лежат на земле, ходи — не хочу. Можно обойти огородики по периметру и выйти прямо на ближайшую улицу, но Лорд решил, что безопаснее пробираться насквозь, ведь просветы могут простреливаться. А стрельба уже слышится более громко. И там уже не только автоматные и пулемётные очереди, но и что-то взрывается, что каждый раз заставляет их приседать и втягивать головы в плечи.
Они перешагнули через остатки изгороди и идут прямо по огороду, среди огромных листьев кабаков, Митрич замечает в зарослях садового фарфорового гнома и ему кажется, что он тут явно неуместен, ведь уже как-то явственно чувствуется опасность.
Лорд выпростал вперёд автомат, клацнул затвором, на всякий случай. А Митрич идёт следом, но свой автомат не вытягивает. Обеими руками он поддерживает вьюк с контейнерами за спиной, ему кажется, что так будет легче. Он уже порядочно устал, спина ноет, а лямки натёрли плечи, ещё и этот автомат болтается сбоку, так и норовя сползти и брякнуться вниз, и разгрузка поверх броника с магазинами и гранатами тоже тянет, обрела свой вес.
Впереди — два дома, а между ними навес. Один домик старенький, мазанка, а второй более основательный, кирпичный. Митрич внезапно почувствовал, что хочет потрогать эти тёплые гладкие кирпичи рукой, отыскать на них клеймо. Он вспомнил свой завод, на его заводе кирпичи клеймили знаком из трёх чёрточек и он почему-то подумал: какого чёрта он сейчас не в цеху, а пробирается среди зарослей кабаков с ракетами за спиной. На заводе сейчас наверное обед, рабочий люд сидит в столовке и трескает макароны с гуляшом, а здесь нещадно палит чужое солнце и из зарослей придурковато таращится садовый гном.
Возле грядок Митрич видит садовую тачку на двух колёсах и ему в голову приходит идея — сгрузить вьюки в неё. Облегчённый Лорд пойдёт впереди, а Митрич покатит тачку следом и ему будет не так тяжело, как нести это барахло на плечах, и продвигаться вперёд они начнут живее. Лорд соглашается и они укладывают контейнеры в тачку. Стало действительно легче. А до домиков всего метров тридцать, не боле. Где-то за ними должны быть ворота или калитка на улицу.
И тут началось. Выходы они, конечно, слышали, но ещё не знали, что это выходы и есть. Первый взрыв взметнул землю метрах в пятидесяти от них, подняв в воздух черноту, куски растений и забора. Митрич как шёл с тачкой, так и повалился с ней набок, а Лорд впереди прижался к земле. Следом ухнул второй взрыв, ещё ближе, и засыпал их комьями земли.
— Бежим! — крикнул Лорд.
И они, позабыв о тачке и контейнерах с ракетами, ринулись наперегонки в сторону домиков, будто домишки эти сулили спасение. Взрыв справа и взрыв слева мотали их из стороны в сторону, но они уже не останавливались, ровным счётом до тех пор, пока взрыв впереди не раскидал мазанку. Тут они упали на землю, закрывая головы руками поверх шлемов. Что-то шлёпало сверху по стали каски. Митрича рвало под себя, Лорд норовил забиться в любую щель, забуриться в землю головой.
Мазанки впереди больше не было, навес рухнул, но кирпичный домик устоял, хоть и без окон (оконные рамы выдавило), но вполне устойчиво. Митрич вскочил на ноги первым и потянул за собой Лорда. Они снова бежали вперёд, не зная, что делать, то ли завалиться в кирпичный дом, то ли просто прижаться к его стене. И тут Митрич увидел кошек, которые тоже наперегонки куда-то бегут, огибая стороной кирпичный дом. Кошек было сначала две, потом он увидел и третью. Митрич, проследив взглядом за кошками, увидел дыру в земле, куда эти кошки и сиганули, и понял, что это их с Лордом спасение.
Он подхватил Лорда и потащил его к этой дыре, и откуда только силы взялись. Но Лорд упирался, его похоже здорово приложило взрывной волной, он не видел лаза, что-то бессвязно мычал и норовил укрыться в кирпичном доме. Тем не менее, Митрич поднатужился, словно борец сумо, пересилил Лорда, подтащил его к распахнутому люку. Он увидел скобы лестницы, ведущие вниз, но мешкать было некогда и Митрич скорее бросил Лорда вниз, понимая, что тот не сообразит сам спуститься по лестнице, а затем быстро скатился в яму следом.
В яме, а это был какой-то погреб, царил полумрак, в квадратном просвете открытого люка кружились пылинки. Хорошо было бы закрыть за собой крышку люка, подумал Митрич, но он видел, как на люк сверху рухнула яблоня. Тем не менее, здесь точно надёжно. Вероятность, что именно в погреб попадёт снаряд или мина — крайне мала, и их точно не посечёт осколками.
— Ты как? — спросил Митрич Лорда.
Тот что-то невразумительно мычал в ответ и тряс головой, вжимаясь в кирпичную стену. Сверху по-прежнему грохотало, сотрясая всё вокруг. Но Митрич уже отдышался, успокоился и огляделся. Погреб был небольшим, а полумрак позволял видеть. Но прежде чем увидеть, он скорее почувствовал, что тут кто-то есть ещё. А затем увидел глаза. Помимо кошек, испуганно жавшихся к стенам погреба, здесь находились и местные, старик и старуха. Митрич кивнул им, те не отреагировали и молчали.
Надо бы завести разговор, раз мы товарищи по несчастью, подумал он, но грохот сверху прервал его мысли. Затем он услышал шорох среди веток яблонь, учащённое дыхание и в яму влетел ошалевший пёс, который тоже пытался укрыться от этого ужаса снаружи. Пес приземлился прямо на плечи Митрича. Оба они испугались от неожиданности, бросились в разные стороны, собака пыталась выпрыгнуть из ямы обратно, но не смогла забраться по отвесной лестнице наверх, а следующий взрыв прижал её к полу и она жалобно заскулила.
— Это соседский, — сказал дед. — Барсик. Испугался, бедный. Он хороший, не кусается, не бойся, солдат, он и сам сейчас всех боится.
— Я вижу, — сказал Митрич. — А кошки?
— Кошки наши, — сказала бабка.
— Ясно, — сказал Митрич, прислушиваясь к звукам снаружи. — Кажется, обстрел утих. А мазанку вашу развалило, старики.
— Та она не жилая, как сарайка у нас, — сказала бабка. — Мы всё равно собирались уже уезжать к детям, та вот не успели.
— Ничего, успокоится всё и уедете, — пообещал Митрич.
— А вы кто? Наши чи не наши? — спросил старик.
— А кто ваши? — спросил в ответ Митрич, пристально глядя на деда.
— Хороший вопрос. Наши это те, кто за правду.
— Так мы и есть за правду, дедушка. Только правда у каждого своя. Мы русские, как такое, устраивает?
— Вполне, — кивнул дед.
— Вот и договорились.
— Где мы? — тихо спросил Лорд.
Кажется, он стал приходить в себя.
— В погребе сидим, — ответил Митрич. — Ты как?
— Голова трещит, мутит, а так вроде нормально, — ответил Лорд.
— Обстрел закончился, надо идти, — напомнил Митрич. — Забрать контейнеры с ракетами и идти, нас ждут.
— Да, надо идти, — отозвался Лорд и снова опустился на землю.
Чувствовалось, что ему ещё не хорошо.
— Хлопчики, помогите собаку вытащить, она сама не сможет вылезти, а у нас уже сил таких нет, — попросила бабушка.
— Какую собаку? — тихо спросил Лорд, увидел пса и удивился: — А он как здесь?
— Да так же как и все, — ответил Митрич. — Да, надо как-то помочь псине, иначе она тут застрянет.
— Укусит же, — призадумался Лорд.
— А что делать, не пропадать же ему тут, — пожал плечами Митрич. — Давай, я его сейчас в обхват под брюхо, и на плечи, а ты помогай, вытолкнем наружу.
Так начинался их первый день настоящей войны.
2023-2026 гг. Андрей Творогов
От редакции. Желающие поддержать нашего автора военных рассказов могут это сделать, отправив какую-нибудь символическую сумму для А.Творогова на карту редактора ( Сбер 2202 2032 5656 8074 редактор Александр К.), или перевести донат через кнопку Дзена "Поддержать". Автор очень ценит Ваше отношение и участие и всегда выражает искреннюю благодарность. Вся помощь от читателей передается автору, за апрель она фиксируется тут, вместе с вашими пожеланиями.
Рассказы А.Творогова публикуются только на нашем канале, прочитать их можно в этой подборке.