Автор: Иван Клевцов
Истина познается в сравнении
Начало фильма. Приходит комдив Котов к Сталину на отдых и приносит ему большой шоколадный торт. Сталин такой подход оценил -доволен, улыбается, рассматривает шоколадного себя. Чтобы помочь вождю более детально “изучить” подарок, Котов резко макает его лицом в этот самый торт.
После чего в припадке истерической радости начинает орать и, просыпаясь, падает с тюремных нар… Ой, извините… “Секретные документы” Михалкова “в глаз” попали…
На 17-й минуте от начала “Битвы”, после основной сюжетной завязки, оповещающей о начале вторжения империалистов США, последующей демонстрацией преимущества их военной техники перед КНР, к председателю Мао Цзэдуну приходит один из самых прославленных командиров Красной армии Китая Пэн Дэхуай, и начинается важный сюжетный диалог:
Цзэдун: “Ну что, Пэн? Тоже не спишь? И что ты думаешь обо всем этом?”
Дэхуай: “Хотелось бы сначала узнать ваше мнение”.
Цзэдун: “Государство у нас молодое. Впереди еще много дел. В связи с этим (тяжело достает новую сигарету, подавляя слезу горечи) я не хочу воевать, но для обеспечения мира и процветания нашей страны на годы вперед придется ответить. Соседи смотрят на нас свысока. Доказывать свою мощь придется в бою”.
Дэхуай: “Согласен. Я поддерживаю ваше решение помочь Корее”.
Цзэдун (тихонько кивает): “Я очень этому рад” (жмет руку Дэхуаю).
Закадровый монолог Дэхуая: “Товарищ председатель, думаю, нам нужно войско и на восточном фронте. Можно расположить его на Чосинском водохранилище и дать бой американцам”. Конец диалога.
Далее сын Мао Цзэдуна Мао Аньин просится на фронт, мотивируя свой отважный порыв тем, что: “Тысячи гражданских мальчишек защищают свою страну. Почему же мне нельзя?” Пэн Дэхуай против. Но тут аккуратно вмешивается Цзедун и дает “добро” для отправки сына на фронт…
27-я минута. После поджога деревни замученная “благородными” фашистами Зоя Космодемьянская на вопрос предателя “ради чего ты воюешь” отвечает: “Ради брата Шурки. Чтобы школу окончил и в институт поступил. Художественный. Ради мамы. Чтобы спички не считала, когда закончатся. Ради таких, как ты (предателей, видимо). Чтоб не сомневались. Ты понял? Ради трамвайчика от Сокольников до Стрешнева. Ради булочки ржаной. Горячей, прямо из печки”. Вот предателя увели и… Да что ты будешь делать, опять кино перепутал…
Вернемся к “Битве”. Перед отправкой солдат на фронт приезжает еще один прославленный китайский военачальник Сунь Шилун. Похвалив командира “седьмой пробивной роты” У Цянь Ли за доблесть, командующий восходит на трибуну, затем с помощью важного монолога начинает двигать сюжет дальше:
Шилун: “Товарищи. Сегодня я встретил здесь одного новобранца, который настаивал, чтобы ваш комдив записал его в армию. Когда комдив спросил его, почему тот хочет быть солдатом, он ответил: отец сказал, что КомПартия Китая и Мао Цзедун выделили нам землю, а теперь кто-то пришел эту землю отнять. Этого допускать нельзя! Вот что сказал тот парень. Мы только что одержали великую победу (речь про победу в гражданской войне с Гоминьданом). Не успели мы выдохнуть, как американские империалисты начали боевые действия прямо у нашей северной границы, в соседней Корее. Они раздувают жар войны на пороге нашего молодого государства. Что же мы станем делать?! Председатель Мао и главнокомандующий Чжу Дэ отдали приказ нам отправляться на фронт, сразиться с врагом, помочь Корее и защитить свой народ”.
Солдаты в ответ громогласно произносят: “Защитим народ — победим врага” и начинают хором петь военную песню. Сунь Шилун, отдав честь, уезжает, после чего солдаты готовятся к отправке на фронт. К слову, тем самым “новобранцем” оказывается родной брат командира У Цянь Ли по имени У Ван Ли, возрастом 19-ти лет.
Далее следует сцена, в которой новобранцы решают перед отъездом на войну “затянуться зельем”, вмазать водки и хором “оприходовать” Белоснеж...
Да блин! Федя Бондарчук! Только тебя здесь не хватало...
Китайские солдаты без какого-либо намека на “у нас будет своя 9-я рота с китайским блэкджеком и китайскими шaлaвaми" проводят перекличку, мирно беседуют и садятся в поезд.
Однако в поезде прапорщик Дыгало начинает устраивать “дедовщину”. С точностью до минуты Дыгало озвучивает время исполнения воспитательного акта мужеложства, чтобы в дальнейшем сделать заключительный вывод глубокого философского содержания о своих солдатах.
Запомните его: В армии людей нет. Есть только кишечная субстанция, из которой Дыгало обещает слепить человека. Сразу вспоминается шуточное определение “скульптора”, связанное с вышеупомянутым “произведением” организма отходного свойства… Эх, Федя, Федя, снова ты…
Знал бы Сергей Федорович, какой “крубуа” из тебя выйдет, — так еще бы до съемок “Войны и мира” с инфарктом “познакомился”. В твоем случае хватило бы только покалывания в сердечной зоне. Ты ведь не только своего отца позоришь. Ты, Федя, не только афганцев в лице киношной “девятой роты” оскорбил, но и ее командира Валерия Востротина.
Моего земляка, про которого до сих пор моя бабушка с восторгом вспоминает, как она его в детстве нянчила по просьбе матери Валерия Александровича. Мир его праху. Они соседями были. В его честь даже школу назвали, в которой я учился…
Наказать тебя надо было “по-кутузовски” — “мордой и в г…но” — и держать там “двадцать четыре часа в сутки, не вынимая”. Пожалел тебя Валерий Александрович… А я тебе еще за “Сталинград” с истеричным красноармейцем, “пожалевшим” убитого фашиста, сверху “накину”.
На самом деле в “Битве” никакой “дедовщины” нет. Чтобы слегка остудить дерзкого У Ван Ли, солдаты, не прибегая к побоям и издевательствам, с долей безобидного юмора решают его проучить. Затем следует “посвящение” в виде душевных рассказов о подвигах “седьмой прорывной” и напутствий о важности товарищеской дисциплины. Для У Ван Ли этот момент становится первым уроком поведения в коллективе.
Далее, на 68-й минуте, начинается первая серьезная баталия. Комдив Котов личным примером воодушевляет солдат на героический штурм цитадели. Сцена начинает приобретать зрелищность, когда начинается демонстрация оружия в виде “черенков от лопат”. Не спрашивайте, почему. Так надо, чтобы подвиг выглядел более героическим, нежели если бы оружие носило огнестрельный характер. Это у фашистов была “самая мощная армия мира”, вооруженная передовой техникой, а у наших — только “черенок да вера в Христа”.
Ну и случайный паучок. Не тот, который Питер Паркер, а обычное насекомое... Наше “родное” буржуазное государство врать не будет, не то что “китайские комуняки”. Правда ведь?!.. Кстати, о паучках. Пока “деревянная армия” пафосно приближается к цитадели, фашист, держащий столь могучее войско на мушке, добросовестно ЖДЕТ приказа на отстрел. Они ж “добрые” были, не то что “злЁй рЮсЬкИ бОлШевикС”. Большевики в приказах не нуждались. Им достаточно было команды “фас” от Виссарионовича на истребление народа. “Огнестрел” только заградотряду да командирам выдавали, чтоб не покорное стадо под угрозой расстрела на убой гнать. Привет от “Штрафбата”. Гитлер-то хотя бы своих не трогал… Так ведь Никита Сергеевич?
Вернемся к пауку. Пока “плюшевый” фашист добросовестно ждет команды, паучок предстает перед его взором и привлекает его внимание. Но от добра добра не ищут. За несвоевременное движение сентиментальной немецкой души к русскому паучку, внезапная пуля выписывает ему пропуск в “рай”. Затем труп “арийца”, падая на пол, задевает керосинку, выливая ее содержимое на стол. Фашистское войско неторопливо, словно собирается в гости к барышням, готовится к бою. Нашим в это время помогает СОЛНЫШКО. Его яркий лучик просвечивает сквозь очки на столе и поджигает листок бумаги. Далее направляемый режиссером огонь добирается до проводки и устраивает “большой бадабум”. Конец. Только не “Битвы”. Это Никита Сергеевич снова “подлянку” подсунул...
Еще чуть-чуть поиздеваемся. На 98-й минуте в штаб заваливается вечно злой и пьяный Мадянов в форме НКВД и с визгами “Твою мааать!”
Знаю, надоел. Обещаю, это в последний раз. Дак вот… Один из генералов заходит в штаб и начинает ругать другого генерала. Происходит следующий диалог:
Генерал 1: “Какого черта вы строите аэродром?”
Генерал 2: “Я строю аэродром, потому что он нужен, если я несу ответственность за жизнь солдат”.
Генерал 1: “Фатальная ошибка — вести войну, не желая победить в ней”.
Генерал 2: “Посмотрите вокруг, генерал. Наши солдаты в ловушке между адскими горами и адским холодом”.
Генерал 1: “У вас приказ — идти вперед”.
Генерал 2: “Эта война не будет быстрой, как того ожидает командование”.
Генерал 1: “У войны есть график (чего?) и вы обязаны блюсти его”.
Генерал 2: “Что касается обязанностей, то именно я возглавляю эту часть операции”.
Генерал 1: “Когда все кончится, вы столкнетесь с последствиями”.
Генерал 2: “Как и мы все”.
Генерал 1 (пауза): “25 ноября мои люди выйдут на Восточный рубеж, и если вас там не будет, то (внимание!) Я СНИМУ С ВАС СКАЛЬП своими руками”.
Столь забавный диалог взят уже из “Битвы”. Только беседу вели американские генералы ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКОГО государства на глазах у своих подчиненных.
Для сравнения. 106-я минута. Седьмая рота после выполнения задания по доставке раций своим товарищам отдыхает на привале. Прибывший секретарь Лю находит У Цянь Ли, чтобы передать ему важное сообщение от главнокомандующего. Поздоровавшись с командиром, секретарь Лю выражает признательность в героизме. Следом тут же доводит приказ о необходимости выдвижения роты к Чосинскому водохранилищу, чтобы соединить фронты. Проходит секунда. У Цянь Ли на свой же вопрос о сроках выхода, адресованный от своего имени секретарю, без какой-либо угрозы “лишиться скальпа” получает молчаливый ответ. Снова проходит секунда, и командир объявляет о сборах к выходу в течение пяти минут. Еще секунда. Солдаты отвечают: “Есть” — и начинают оперативно собираться в поход. И никаких тебе пьяных китайских мадьяновых. На этом сцена заканчивается. Еще что-то надо добавлять?...
Далее доблестная седьмая рота находит по пути попавших в беду товарищей. После недолгих раздумий У Цянь Ли принимает решение о выручке, что служит началом зрелищной и захватывающей (уже без шуток) батальной сцены продолжительностью в 26 минут. Начинается “экшн”, искренний восторг от которого я постараюсь описать менее сумбурно, чем написана первая часть статьи.
Продолжение: