Конечно, понятие справедливости весьма условно. Если одна из спорящих сторон считает решение справедливым то, в большинстве случаев, противоположная сторона почти наверняка будет иметь противоположное мнение. Что ж, действительно, понятие справедливости весьма расплывчато.
Но, это понятие чрезвычайно важно и касается всех сфер нашей жизни: в соответствия прав и обязанностей; труда и его вознаграждения; заслуг и их признания; преступления и последующего за ним наказания. И действующей силой, которая обеспечивает эту справедливость призвано быть правосудие.
Удивительно, что слово «справедливость» очень редко встречается в судебном законодательства. Во всех судебных кодексах упоминание справедливости можно пересчитать буквально на пальцах. Складывается впечатление, что закон буквы сильнее правила справедливости, хотя изначально, ещё в древние времена, суд и создавался для справедливого решения возникающих разногласий.
Судебная система базируется на принципе, основанном на заслугах: каждый участник судебного процесса получает то наказание, или то возмещение, которое соответствует степени его вины или понесённым убыткам. Под заслугой здесь понимается не только награда за достижения, но и то наказания, которое злоумышленник заслужил в результате своих противоправных деяний. И это необязательно причинение преступнику точно такого же вреда, который он причинил жертве. Это не тождество подобного же вреда, не принцип «око за око», а любое наказание, которое, как мы считаем, беспристрастный орган справедливости сочтет адекватным. То есть суд, как принципиально незаинтересованная сторона, призван решать как наказать преступника или кто, кому, и в какой мере должен возместить причинённый ущерб. Именно так должен действовать принцип справедливости.
Но этот принцип соблюдается только в том случае, что суд действительно беспристрастен, если судья не подвержен таким общечеловеческим порокам как стяжательство, угодливость и беспринципность. Увы, но судьи, как и все люди не безгрешны.
В последнее время все чаще появляются сообщения об арестах служителей Фемиды. По данным Судебного департамента, ежегодно десятки судей лишаются мантий из-за выявленных нарушений, но уголовные дела против судей возбуждаются крайне редко, что создает атмосферу безнаказанности. Кто должен судить тех, кто судит других? Этот вопрос повисает в воздухе, когда выясняется, что мантия часто служит не щитом закона, а броней для безнаказанности. Коррупция в судах — это не единичный факт, это скорее своеобразно сложившаяся среда обитания.
Основополагающими признаками справедливого судебного решения являются законность и обоснованность. Вот в обоснованности и скрываются подводные камни правосудия. Суд имеет право признать или не признать предъявляемые сторонами доводы, принять или не принять к рассмотрению улики, свидетельские показания или прилагаемые сторонами письменные свидетельства. И обоснованность такого решения очень трудно опровергнуть.
Закон не абсолютен, он гибкий инструмент. А там, где закон гибок, коррупция чувствует себя вольготно, поэтому контроль за правомерностью действия судей должен быть под особым надзором. И для этого нужно не просто громкое заявление, а системная реформа, одним из результатов которой была бы невозможность скрыть неподтверждённые доходы и тогда это станет реальным фактором, а не красивым лозунгом. В историях, бросающих тень на правосудие, необходимо "безжалостно ставить точку.
Возникает вопрос, а как бороться с коррупцией в судебной среде? По закону судебная власть является одним из трёх столпов, на которых и зиждется государство. И практически никто не имеет право вмешиваться в её деятельность. Да, непосредственно на судебный процесс воздействовать не может, но на судей осуществляющих сам судебный процесс может, но только в том случае, если доказан преднамеренный преступный или аморальный характер их деятельности.
А соблазнов у судей великое множество. Поэтому коррупция в судебной системе - довольно распространённое явление и это подтверждается многими громкими уголовными делами возбужденными против коррумпированных судей. Правда, в основном это касается самых высокопоставленных судей, которые просто потеряли всякие берега, и уже не знали куда потратить нажитое «непомерным трудом». Накопленные миллиарды не сложишь под кроватью или в сундук, их рассовывают по родственникам, друзьям, приобретают на их имя недвижимость, земельные участки, дорогие автомобили или приобретая предметы роскоши.
У менее высокопоставленных судей незаконные доходы поменьше, но и случаев привлечения к ответственности простых судей, в средствах массовой информации тоже не сыскать. Да такими изысканиями особенно никто и не занимается, обращаться с такими жалобами практически некуда, и добиваться справедливости в отношении этой категории людей себе дороже, при почти полной безнадёжности добиться нужного результата.
Но, в случае выявления реального незаконного дохода и проявляется ущербность нажитых незаконным путём денег - их довольно трудно спрятать. Они оставляют неустранимый след своего происхождения. Его нельзя скрыть под личиной дохода от бизнеса, ведь судьи не имеют права им заниматься, а круг людей по которым можно рассовать эти деньги тоже довольно ограничен. И судьи - преступники в основном и попадаются именно на невозможности доказать происхождение непонятно откуда взявшихся у них материальных ценностей..
Вот только просто так на основании подозрений возбудить дело против любого судьи, на основании лишь подозрений, что человек живёт явно не по средствам, практически невозможно. Судья очень мощно защищен законом, для того, чтобы исключить возможность им манипулировать. Неприкосновенность судов в нашей стране – это правило, которое закреплено в разных статьях и законах, в том числе и в Конституции РФ. Даже после отставки на них распространяется неприкосновенность.
И это, с одной стороны правильно, но с другой стороны такая безнаказанность превращается в уклонение от наказания за умышленные нарушения с личной выгодой, то есть за коррупционные действия. Более того, например, если в суде рассматривается случай, когда один человек обокрал другого, то в коррумпированном суде именно преступнику легче повернуть дело в свою пользу, поскольку у него, в отличие от пострадавшего, есть украденные деньги, чтобы подкупить суд. И это нарушает всю справедливость судебных решений.
В силу пункта 7 статьи 12.1 Закона о статусе судей решение о наложении на судью дисциплинарного взыскания принимается исключительно квалификационной коллегией судей, к компетенции которой относится рассмотрение вопроса о прекращении полномочий этого судьи на момент принятия решения. Но до таких мер дело доходит печально редко.
Нет большой тайны в том, что возле судебной деятельности постоянно отираются подозрительные личности, которые обещают помощь в решении вопросов в нужном направлении. Возможно, что большинство из них просто мошенники, выдающие себя за посредников, но отчётливо проявляется круг почти профессиональных «решал» и, к сожалению, по большей части, этот круг состоит из адвокатской среды, сумевшей сблизится с судейским окружением. Судья первой инстанции не боится принимать неправомерное решение если знает, что такой ловкач имеет подходы в апелляционном суде и это крайне порочный путь решения судебных споров.
Когда воруют чиновники, это плохо. Но, когда воруют судьи, это означает крах самого механизма правосудия. Поэтому жёсткость закона по отношению к судьям, нарушившим закон должна быть выше, чем ко всем другим категориям людей. Но, к сожалению, коррумпированные судьи обычно просто лишаются своих должностей и предусмотренных для судей социальных льгот, правда, справедливости ради надо сказать, что у многих из них изымались неподтверждённые материальные ценности, (из тех, что удалось обнаружить), но всё же пока закон довольно мягок к выявленной коррупции в судейской среде.
За последние два года инициировано уголовное преследование нескольких десятков судей, замешанных в коррупции. Вопрос, а кто кроме квалификационный коллегии судей имеет право инициировать возбуждение уголовного дела против судей за нарушение ими закона при исполнении своих обязанностей и о возмещении причинённого этим ущерба? Практически никто. И это тоже большой дефект судебной системы. Удивительно, но в большинстве случаев инициатором вышеуказанных разбирательств были средства массовой информации. Именно они обратили внимание на чересчур роскошный образ жизни высокопоставленных судей, что вызвало громкий резонанс и, наконец обратило внимание на назревший гнойник. Значит общественное влияние тоже как-то ещё может влиять на состояние судебной системы.
В российской судебной системе за последние месяцы произошли масштабные кадровые перестановки. После того как Игорь Краснов занял пост председателя Верховного суда РФ в сентябре 2025 года, десятки судей по всей стране были вынуждены покинуть свои должности, и причиной стали выявленные коррупционные связи и неправосудные решения, а также грубые нарушения профессиональной этики.
При необходимости наладить изменения в судебной деятельности для приведения её в более справедливое русло возникают по крайней мере два главных вопроса Вопрос первый, где их взять столько честных и справедливых судей, ведь назначить судьёй человека, только на основании его честности и безупречной репутации невозможно даже просто потому, что юриспруденция сложная и довольно запутанная сфера деятельности, требующая, как минимум высшего юридического образования. Вы скажете, что юристов в нашей стране с явным избытком. Это может быть и так, но большинство из них обычно узко специализированы, а для работы в суде, нужны специалисты широкого профиля и со значительным опытом работы. Словом, кадровый голод здесь налицо.
Существует мнение, что судья — это очень высоко оплачиваемая должность и желающих занять её всегда с избытком. В действительности же бо́льшая часть судей получает на руки всего лишь чуть больше ста тысяч рублей. При этом нагрузка на них колоссальная. Ввиду этого в стране образовался огромный дефицит судей - приблизительно в 20% от имеющегося штатного расписания. Из этого напрашивается вывод, что судьи должны получать значительно большую зарплату, такую, чтобы боязнь потерять высокооплачиваемую должность, была сильнее соблазна манипуляции законом с личной выгодой. Брак в работе судебной работе намного хуже выпуска бракованной детали рабочим или небрежного обращения персонала с техникой. Это сломанные судьбы, потерянные годы жизни или утраченное имущество, накопленное за многие лета.
Одной квалификационной коллегии судей, которая существует для рассмотрения нарушений этики и злоупотреблений в судебной системе крайне недостаточно. Это как один фельдшерский пункт на город-миллионник. Или как один участковый на сто тысяч населения. Безусловно, обнадёживает, что есть определённые сдвиги в работе судебной системы в этом направлении, особенно после назначения Игоря Викторовича Краснова председателем Верховного суда Российской Федерации.
Одним из первых громких случаев стало прекращение полномочий судьи Верховного суда РФ и главы Совета судей Виктора Момотова который, к слову сказать, был одной из важнейших персон обязанных обеспечивать честность судебной деятельности. Уже через несколько дней после смены руководства московский суд постановил изъять у него в доход государства 97 объектов недвижимости на сумму 9 миллиардов рублей, которыми, по данным следствия, Момотов управлял через подставных лиц. Эта история стала сигналом для всей системы: новые стандарты работы не оставляют места для компромиссов.
Вскоре Высшая квалификационная коллегия судей РФ признала бывшего председателя Краснодарского краевого суда Александра Чернова виновным в нарушении антикоррупционных ограничений. Суд обратил в доход государства 89 объектов недвижимости и другие активы, принадлежавшие Чернову и его родственникам, общей стоимостью более 7 миллиардов рублей. Под пристальное акцент попали и другие члены его семьи:
За полгода после назначения Краснова десятки судей в различных регионах России были уволены или лишились почетной отставки. Новое руководство Верховного суда заявило о необходимости регулярной ротации кадров и ужесточения контроля за соблюдением антикоррупционных стандартов. Краснов подчеркивает, что любые проявления коррупции и злоупотребления доверием будут пресекаться максимально жестко, а компромиссы в этом вопросе невозможны.
Но пока такие серьёзные меры принимаются в основном в отношении очень высокопоставленных судей, а когда же чистка в судейской среде дойдёт до рядового судейского состава, совершенно непонятно. Это требует серьёзной и кропотливой работы по реформе судебной системы не только со стороны Верховного суда, но в первую очередь от законодательных органов Российской Федерации.
После развала страны наши судебные органы уже подвергались серьёзным реформам, следуя опыту западных стран, и надо сказать, что опыт оказался не совсем удачным и слепое следование чужим законам нам принесло немало вреда. Наша страна отличается высокой общественной активностью, традиционным укладом жизни, приверженности общечеловеческим моральным ценностям и обострённым чувством справедливости. Именно справедливость, должна стать краеугольным камнем судебной реформы, которая уже прямо стучится в наши двери.
Принято считать, что закон беспристрастен, но дорога к справедливому решению, к сожалению, может быть сложным квестом, и на пути к нему, по причине недобросовестных судей, можно растерять все припасённые доказательства своей правоты. Ведь в полномочиях судьи принять или не принять все приготовленные для справедливого решения доводы. И с этим очень сложно бороться.
Ваше мнение о справедливости судебной системы? Что ещё необходимо для того, чтобы суд был справедливым? Напишите пожалуйста в комментариях.
Приложение. Некоторые законы РФ где упоминается справедливость.
УК РФ Статья 6. Принцип справедливости.
1. Наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.
Верховный Суд Российской Федерации в Постановлении Пленума 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре» впервые сформулировал понятие справедливого судебного разбирательства. А в Постановлении Пленума от 19 декабря 2017 года № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» данные идеи были развиты.