Рецензия на альбом "Back For Good" группы Modern Talking
1998, BMG
Дуэт Modern Talking родил шесть альбомов и миллионы плачущих поклонниц по всему миру. В тёмную и невежественную в музыкальном отношении страну СССР Modern Talking попал в середине 80-х; наиболее продвинутые граждане уверяли, что их стиль называется "нью вэйв". Народной песней стала «You're My Heart, You're My Soul», по-русски называемая "Ю ма хо, ю ма со". Помнится, наша классная руководительница на полном серьёзе призывала девочек влюбляться в мужественного блондина Дитера Болена (несмотря на прилепленную к его лицу улыбку Кена), но ни в коем случае не в сладкого женоподобного брюнета Андерса. Девочки упорствовали и мечтали о Томасе.
Но не это главное. Примитивные клавишные партии в не блещущих разнообразием мелодиях, поставляемых г-ном Боленом с кроличьей плодовитостью, вдруг стали эталоном для советской эстрады, на добрый пяток лет увязшей в пучине тупой фонограммной долбёжки. Во главе толпы подражателей стояли абсолютно безнадёжные "Маки". На коммерческую основу интерес к модернтокингообразной музыке поставил вдохновитель проекта "Мираж" Андрей Литягин, который не стал искать похожий на андерсовский мужской тембр голоса, а наложил на псевдоболеновские клавиши дамский вокал. Апофеозом абсурда стал "Ласковый май". Примитивность аранжировок Андрей Разин возвёл в десятую степень по сравнению с первоисточником, на роль вокалистов набрал пухленьких и почему-то очень томных детдомовцев... На фоне творчества "Ласкового мая" песни Modern Talking без всякой иронии можно считать очень талантливыми произведениями.
Вряд ли догадываясь о степени своего влияния на зарождение уродца, ныне почти гордо именуемого "российским шоу-бизнесом", блондин и брюнет шли своим тернистым путём: выпускали диски, ругались, расходились и с переменным успехом творили сольные карьеры. Когда загибающийся в корчах ХХ век затребовал к смертному одру героев вчерашних дней, Modern Talking не могли не воссоединиться. Век проигнорировал расплывшиеся лица героев и едва заметные изменения их голосов не в лучшую сторону.
Новый альбом - чистой воды выполнение социального заказа на ностальгию. Даже его название говорит само за себя. Из 18 номеров только пять представляют собой неизвестные песни (скромно обозначенные в трек-листе как "new hit'98"). Остальные - "золотое старьё": «Geronimo's Cadillac», «You Can Win If You Want», «Give Me Peace on Earth», «Lady Lai» и т.п. Считается, что эти хиты публикуются в новой обработке. В реальности это означает, что чуть более современный компьютер чуть более чётко отстукивает ритм - ну и качество записи повысилось, конечно. Что касается "новых хитов", то композитор Болен верен себе - эти песенки он мог написать и десять лет назад. Некоторую известность уже получили «Anything Is Possible» и «We Take the Chance». Последнюю композицию скорее всего ждёт счастливая шлягерная судьба в России, поскольку в её аранжировке звучит тема, похожая на другое культовое произведение конца 80-х - композицию "Final Countdawn" группы Europe.
В годы своего триумф Modern Talking не были в Советском Союзе. Воссоединившись, они поспешили в страну, поп-музыку которой в своё время разрушили. Страна встала на уши. Теперь миссию Modern Talking можно считать выполненной полностью. Пора на покой. Это был бы лучший вариант финала этой истории.
Но есть и худший. Вдруг кому-то придёт в голову возродить "Ласковый май"?!
Алексей Мажаев, ИнтерМедиа, 3 июля 1998
