— Гош, можно я сама куплю билеты? — Рита листала журнал, не поднимая глаз. — Хочу выбрать удобное место.
— Зачем? Папа уже всё оформил, — муж даже не отвлёкся от телефона.
Вот так, одной фразой, Георгий перечеркнул последнюю надежду жены отказаться от поездки. Рита закрыла журнал и посмотрела в окно. Через неделю их ждала Италия, роскошная вилла на побережье и месяц в компании свекров. Месяц, который она предчувствовала заранее, будет испытанием.
Познакомились они три года назад на корпоративе общих знакомых. Георгий сразу выделялся — дорогие часы, уверенная речь, привычка заказывать лучшее вино, не глядя в меню. Рита была обычной девушкой: офисная работа, съёмная квартира на двоих с подругой, отпуск раз в год в Турцию по горящей путёвке.
Когда через полгода Гоша сделал предложение, мама Риты всплеснула руками:
— Доченька, ты понимаешь, в какую семью идёшь? Они же из другого мира!
Понимала. Поэтому после регистрации Рита не отказалась бросать работу. Ей нужны были свои деньги — не миллионы, просто способ купить мужу подарок на собственную зарплату, а не протянуть руку за купюрами.
— Риточка, ну зачем тебе этот офис? — удивлялся Георгий. — Я могу переводить тебе любую сумму.
— Мне важно работать, — она обнимала его. — Пойми, это для меня очень важно.
Гоша пожимал плечами, но не настаивал. А вот его родители восприняли это решение как личное оскорбление.
Элеонора Марковна и Аркадий Борисович построили бизнес с нуля, заработали состояние и свято верили: деньги — единственный показатель успешности человека. Невестка с зарплатой менеджера среднего звена казалась им чем-то вроде благотворительного проекта сына.
Первый семейный обед Рита запомнила на всю жизнь. Элеонора Марковна разливала кофе из старинного сервиза и мило улыбалась:
— Рита, милая, а ты где стрижёшься? Хочу свою домработницу к хорошему мастеру отправить, у неё волосы совсем испортились.
— В салоне возле дома, — растерянно ответила Рита.
— Ну конечно, — свекровь кивнула с пониманием. — На твою зарплату в нормальные места не походишь. Ничего, сейчас запишу контакты, Валечке передам.
Аркадий Борисович одобрительно хмыкнул. Георгий рассеянно улыбнулся, явно не уловив подтекста. А Рита сжала под столом салфетку так, что побелели костяшки пальцев.
Возвращались домой молча. Только у подъезда Рита не выдержала:
— Твоя мама сравнила меня с домработницей.
— Да ладно тебе, — Гоша обнял её за плечи. — Просто спросила про салон. Ты слишком чувствительная.
Через месяц Элеонора Марковна подарила Рите блузку.
— Видела в магазине, подумала — тебе подойдёт, — протянула коробку. — Я такую носила года три назад, потом надоела. Но для тебя самое то, ты ведь предпочитаешь скромные вещи.
Рита развернула — дорогая шёлковая блузка, действительно красивая. И совершенно не в её стиле. Слишком яркая, слишком вызывающая.
— Спасибо, — выдавила она.
Дома рассматривала блузку и понимала: это не подарок. Это напоминание — ты носишь чужие обноски, потому что своё купить не можешь.
Но Рита молчала. Любила мужа и боялась, что жалобы на родителей разрушат их отношения.
Первый совместный отпуск случился год назад. Дубай, пятизвёздочный отель, рестораны, яхты. За день до вылета свекровь приехала с огромным пакетом.
— Рита, дорогая, мы будем посещать закрытые заведения, — Элеонора Марковна выложила на диван платья. — Твои простые наряды там не подойдут. Надень это, пожалуйста, не хочу краснеть перед знакомыми.
Платья были из последних коллекций известных брендов, усыпанные стразами и пайетками. Совершенно не то, что носила Рита. Ей хотелось отказаться, но вошёл Георгий:
— О, мам, отлично придумала! Рит, теперь не надо тратиться на новый гардероб.
И она согласилась. Весь отпуск провела в чужих платьях, чувствуя себя манекеном. Георгий пропадал с родителями — обсуждали бизнес, курили кальян, фотографировались. Рита плелась следом, безмолвная и ненужная.
Вернувшись, дала себе слово: никогда больше.
Но прошло время, обиды притупились. В июне Аркадий Борисович объявил: арендовал виллу в Италии на август. Едут всей семьей.
— Нет, — сразу сказала Рита. — У меня проект на работе.
Георгий начал уговаривать. Обещал, что в этот раз всё будет иначе, у них отдельное крыло виллы, родители не будут вмешиваться.
— Мы возьмём машину, объедем всё побережье, — глаза мужа светились. — Представляешь, виноградники, маленькие траттории, только ты и я...
Рита поверила. Купила новые платья, босоножки, шляпы. Предвкушала романтику.
За два дня до вылета Георгий работал за ноутбуком, потом пошёл в душ. Рита хотела закрыть окно и случайно увидела на экране открытый чат. Название: "Родители". Её туда, естественно, не добавили.
Последнее сообщение от Элеоноры Марковны:
"Я отменила повара и уборщицу на вилле. Зачем переплачивать? У нас Рита едет, она девочка простая, привычная к кухне. Пусть готовит, заодно делом займётся. А то весь отпуск болтаться будет без пользы".
Ответ Аркадия Борисовича:
"Правильно, Эля. Хоть какая-то от неё польза будет".
И последнее сообщение. От Георгия. Смеющийся смайлик и текст:
"Мам, ты гений!"
Рита стояла и чувствовала, как внутри что-то ломается. Не деньги были причиной — Аркадий Борисович мог нанять десять поваров. Дело было в унижении. Они хотели превратить её в бесплатную прислугу. А муж... муж смеялся вместе с ними.
Она открыла чемодан и начала доставать вещи. Аккуратно развешивала платья в шкафу.
Из ванной вышел Георгий, вытирая волосы полотенцем:
— Передумала, что брать? Бери красное, оно тебе идёт.
— Я никуда не лечу, — Рита закрыла пустой чемодан.
— Как не летишь? — улыбка сползла с лица мужа. — Ты заболела?
— Нет. Просто больше не буду вашей кухаркой.
Георгий побледнел. Метнул взгляд в сторону ноутбука. Понял.
— Ты лезешь в чужие переписки?! — он сразу перешёл в атаку. — Делаешь из ерунды трагедию! Мама просто любит твои котлеты, это была шутка! У тебя совсем нет чувства юмора!
Рита смотрела на него и видела не взрослого мужчину, а мальчика, боящегося маминого гнева.
— Твои родители хотят меня унизить, — сказала она тихо. — А ты смеёшься вместе с ними. Лети один.
Георгий обиделся. Улетел, хлопнув дверью. Был уверен — жена через пару дней позвонит с извинениями.
Рита не позвонила. Она осталась дома, работала, встречалась с подругами, читала книги. Впервые за долгое время чувствовала себя свободной.
Муж вернулся через неделю. Вместо месяца. Вымотанный, с потухшим взглядом.
— Прости, — сел на кухне. — Ты была права. Я всё понял.
Неделя на вилле превратилась для него в кошмар. Родители скандалили, требовали нормальной еды, пилили сына с утра до вечера. Вся та ядовитость, которую годами принимала Рита, обрушилась на Георгия.
— Я люблю тебя, — спокойно сказала Рита. — И никогда не заставлю выбирать между мной и родителями.
Георгий выдохнул.
Рита ввела правила. Никаких совместных поездок. На семейные праздники — максимум на два часа. Вручить подарок, поддержать лёгкую беседу, уехать.
— Хочешь общаться с родителям, пожалуйста, — объяснила она. — Но если на встрече в мой адрес прозвучит хоть одна колкость, я встаю и ухожу. А ты сам решаешь, когда вставать — со мной или после десерта.
Георгий молча кивнул.
Прошло полгода, Элеонора Марковна праздновала круглую дату. Рита приехала в элегантном платье, подарила дорогие французские духи, час поговорила о погоде.
— Риточка, а почему вы до сих пор без внуков? — вдруг спросила свекровь. — Или на твою зарплату детей не потянуть?
Рита допила шампанское, поставила бокал и встала.
— Элеонора Марковна, спасибо за вечер. Мне пора.
Развернулась к двери. Через секунду услышала, как отодвигается стул — Георгий пошёл следом.
В машине он взял её за руку:
— Извини. Больше не повторится.
— Знаю, — улыбнулась Рита.
Она не стала жертвой и не объявляла войну. Просто перестала играть по чужим правилам. Сохранила семью и достоинство, элегантно выйдя из токсичной игры победителем.