ПО СЕКРЕТУ... С T0Г0 СВЕТА
- Исследования, о которых мы сегодня, рассказываем,— не более чем гипотезы.
Раймонд Моуди становится все популярнее. Вот и в почте все чаше появляются письма, где так или иначе вспоминается его «Жизнь после жизни».
«Когда я умерла, мое сознание вытекло из моего тела и зависло под потолком реанимационной палаты. Я наблюдала, как врачи пытаются реанимировать мой труп, слышала, как они спорят при этом: есть ли смысл, далее продолжать работу. Затем я почувствовала, что внизу, в вестибюле больницы, сидит моя сестра и плачет по поводу моей кончины. Своим сознанием я устремилась к ней сквозь железобетонные стены, не ощущая никакого сопротивления. Мне было в таком состоянии неописуемо хорошо и не хотелось возвращаться к бывшей земной жизни, но мне стало жаль сестру, и тогда какая-то сила вновь вернула меня в физическое тело...».
«Я почувствовала, что наступает смерть, и в следующий момент мой дух, мое сознание как бы отделилось от тела и под неприятный шум с огромной скоростью понеслось сквозь темное, замкнутое пространство навстречу яркому свету...»
Примерно такими рассказами людей, побывавших в состоянии клинической смерти, наполнена книга врача- психиатра доктора философии Раймонда Моуди «Жизнь после жизни». Составлена она на основе рассказов 150 опрошенных автором человек. Все они либо были возвращены к жизни после констатации их смерти, либо оказывались на грани смерти в результате несчастного случая или болезни. Разумеется, подобные исследования ни в коей мере не могут являться убедительным доказательством существования «загробной жизни».
Но надо ли их по привычке отметать, как нечто антинаучное, хотя бы только за то, что они противоречат материалистическим представлениям о жизни?
Да скорей наоборот: куда приятней размышлять о возможности продолжения своего существования, чем предаваться мрачным думам о неизбежном уходе в небытие. Мы не ученые в данной области и поэтому позволим себе вольность в таких размышлениях. Но нам кажется, что любой достаточно рассудительный человек не возьмется начисто отрицать теорию возможности существования разума вне физического тела, если даже эта теория глубоко не соответствует его внутреннему убеждению. В мировой науке нет данных ни «за», ни «против».
Если даже размышления о «той жизни» не больше, чем красивая сказка, то и они все равно имеют право на существование. Человечеству нельзя жить без сказки, нельзя без легенды о бессмертии. Иначе жизнь превратится в тяжелое бремя ожидания мрачной безысходности смерти.
Сегодня многие ученые - материалисты доказывают со своих позиций, что в природе космоса может существовать множество форм, если можно так выразиться — «бестелесной» жизни. То есть наше физическое тело может служить для нас лишь временным «рассадником» для формирования и вызревания нашего разума. А затем созревший и высвобожденный из умершего тела разум в виде сгустка энергии принимает другую форму жизни.
Все это, опять же, не более чем наши предположения, гипотезы. А что скажут на этот счет специалисты, работающие в области реаниматологии. Как они могут прокомментировать и приведенные здесь из книги Р. Моуди рассказы людей, побывавших на пороге смерти, и наши размышления по этому поводу? С этими вопросами мы обратились к кандидату медицинских наук, старшему научному сотруднику Института общей реаниматологии АМН СССР Галине Владимировне АЛЕКСЕЕВОЙ:
ФОРМУЛА «этого не может быть, потому что этого не может быть никогда или потому, что я в это не верю» несостоятельна при обсуждении явлений, объяснение которым не дает современная наука. Мы слишком мало знаем о человеке и с расширением и углублением наших знаний о нем еще больше убеждаемся в недостатке этих знаний. Вероятно, сократовское «Я знаю только, то, что ничего не знаю» — вечно. В явлении, которое здесь представляется, существует пока только опыт, не заключенный в строгие (известные) рамки, и некая нечеткая статистика. Они говорят, что действительна некоторые люди (приблизительно около 10 процентов), перенесшие критические для жизни состояния, могут «вспомнить» о том, что с ними происходило в то время, когда окружающие считали, что больной умер. Также известно, что часть «воспоминаний» у людей, различных по характеру, принадлежности к различным социальным группам носят общий характер (коридор, труба, туннель, свет в конце туннеля, нежелание «возвращаться» в этот мир, тяжесть при «возвращении», голос сверху, чувство долга, которое заставляет возвращаться). У женщин «воспоминания» чаще носят семейно-бытовой характер, у мужчин — профессиональный. Это статистически достоверно, хотя и в том, и в другом случае могут быть исключения. Отношение к вероисповеданию в характере «видений», вероятно, также имеет существенную роль: люди из регионов с православной религией в своих галлюцинациях «видят» ангелов, ангелов смерти, «божественное сияние», «сияющий образ», «Его» и т. д. При этом нет достоверной закономерности в том, что галлюцинации религиозного характера возникают только у верующих.
Ни врач, ни больной, перенесший критическое для жизни состояние, почти никогда не могут сказать, на каком этапе умирания, оживления, или на каком этапе в период после оживления были те или иные «видения», ощущения. Только в единичных случаях человек, «вернувшийся из иного измерения», может рассказать об обстоятельствах своего «умирания» Развитие нарушений функции мозга при умирании имеет определенные закономерности на различных уровнях и системах мозга. Вероятно, то общее, что представлено в рассказах больных, в какой - то степени отражает эти общие закономерности. Следует отметить, что больные, вспоминающие процесс умирания, перенесли короткие эпизоды кислородного голодания — инфаркт миокарда с критически низким артериальным давлением, кратковременная остановка кровообращения, «...тело становится легким, ощущение, что высоко поднимаешься, где-то издали гулко звучат голоса врачей, еще различимы слова и фразы, они повторяются эхом, потом остаются далеко внизу, начинается стремительное движение тела вверх и вперед к ослепительному небу, по бокам стоят березы, их кроны высоко, все краски точны — никогда ни до, ни после не удалось видеть такой белизны стволов и зелени листвы. Движение все ускоряется, деревья и листья сливаются, темнеют, превращаются в туннель, впереди яркая вспышка света! И все... Пробуждение ужасно и потому нежелательно, свинцовая тяжесть сковывает все тело. Голоса окружающих слышны «сквозь вату», открыть глаза невозможно. Открываю глаза. Во всем теле усталость, разбитость...»
Мне кажется, «видения» наших больных не подтверждают и не утверждают, что есть другая форма жизни. Они скорее говорят о том, как мало мы знаем о нашей жизни и как она коротка, и могла бы быть во многом лучше, чем есть, и что в определенной степени это зависит от нас. А вот что касается ноосферы, «высшего разума», то лично мне было бы приятно думать, что есть продолжение лучших свойств человечества хотя бы в виде бестелесных форм. Их необнаружение — вероятно, претензии к физикам?
Материал подготовили: Н. ВАРСЕГОВ, Э. МЕЛЬНИКОВА.