Тайна, страх смерти и нагваль: о чём мы будем говорить
Недавно мы с моим товарищем, исследователем древних славянских, ведических и восточных культур Дмитрием Титаренко, обменивались голосовыми сообщениями. Разговор затянулся. И чем дальше, тем яснее становилось: мы говорим о том, что волнует и нас, и многих других. Мы оказываемся схожи в этом поиске. И оказывается — нас обоих это волнует.
Тайна страх смерти и нагваль о ч м мы будем говорить
О страхе смерти. О том, как разные традиции — от ведических до восточных — отвечали на этот вопрос. О тольтеках, на которых ссылаются и Кастанеда, и Рерих, и Блаватская. О том, почему народ, достигающий высокой духовности, вдруг становится уязвимым. И о том, куда исчезают целые цивилизации — вроде тех же динлинов, о которых сейчас не принято говорить.
О чём эта статья (и предстоящий разговор):
Почему мы боимся смерти. И почему тот, кто живёт так, как хочет — как сказал Лабковский, — уже не боится. Но можно ли честно сказать себе, что ты живёшь так, как хочешь?
Что такое нагваль. Дон Хуан говорил Кастанеде: когда конкистадоры вторглись во все сферы жизни индейцев, единственное, куда они не могли проникнуть, — это в нагваль, мир, с которым шаманы взаимодействовали. Туда они и ушли.
Страх смерти как индикатор. Если ты ещё боишься смерти — значит, ты не наладил отношения с духовным миром. Если боишься — значит, не успеваешь что-то сделать. А если успеваешь? Тогда и финал не страшен.
Тольтеки, лемурийцы, атланты и динлины. Народы, которые, согласно разным источникам, достигали высшего воплощения — и исчезали. Про динлинов, кстати, известно немного: упоминания о них встречаются в древнекитайских хрониках как о высокорослом народе, жившем на территории современной Монголии, Забайкалья и Северного Китая. Куда они делись — загадка. Дмитрий предполагает: их не завоевали, они просто ушли. Я в этом сомневаюсь. Но в одном мы сходимся — совершенствоваться надо самим.
Книга мёртвых — тибетская и славянская. О том, что ждёт человека за гранью. И почему знание этого может снять самый мощный манипулятор — страх смерти.
Путешествие по мирам. Инструкции, которые существуют в разных традициях, — от сект до ведических практик. Работа с вниманием, с центрами (пингала, сахасрара, аджна). Можно ли при жизни научиться перемещаться туда, куда уходят после смерти?
Намерение и творческое бессмертие. Дон Хуан говорил, что воин продолжает жить в виде конгломерата энергий. Если при жизни ты научился пользоваться своим намерением и реализовывать внутреннее во внешнем — ты становишься бессмертным творчески. А если вдруг наступит конец света? У тебя останется только намерение. Задумайся о месте, где хочешь оказаться, — и оно реализуется.
Что дальше?
Дмитрий планировал обсуждение на тему «Психология смерти или философия смерти в представлениях наших предков». Я должен был участвовать 14–15 мая, но не смог — уезжаю. Но тему не закрываем.
Если вам откликается этот разговор — пишите в комментариях. Может быть, мы соберёмся снова.
Потому что тема смерти — это не про смерть. Это про жизнь. Про то, что мы успеваем. Или не успеваем. Про то, почему умирающая бабка в полдень пришла с поля и сказала: «Я сегодня умру». И почему у некоторых перед смертью возникает благостное состояние и даже юмор мертвеца.
Это про самое главное, о чём мы боимся говорить. А зря.
Ваше участие: если вы хотите присоединиться к такому разговору в будущем — напишите. Тема очень экстравагантная, почти токсичная, но, возможно, именно в ней скрыто то, чего нам сейчас не хватает.
