Меня зовут Денис. И три года моей жизни превратились в ад, который назывался «братская любовь».
Двоюродный брат Виталик — золотой человек. По крайней мере, так говорила вся наша родня. На самом деле Виталик — профессиональный наглец с лицом оскорблённой невинности. Два метра росту, голос как у диктора, и привычка закидывать ноги на мой журнальный столик, даже не снимая кроссовок.
Всё началось с фразы: «Дэн, мы на пару месяцев, у нас ремонт затянулся». У них была двушка в панельке, но Виталику с женой Ленкой и двумя пацанами захотелось «пожить в центре, ближе к школе». Я, дурак, пожалел. У меня трёшка от бабушки, сам тогда жил у девушки, квартира пустовала. «Конечно, братан, заезжай. Только аккуратно».
Через три месяца я приехал проверить. Картины мои висели в кладовке. На стенах — постеры пьяных реперов (детям 4 и 7 лет). На кухне воняло котами, хотя своих котов у меня не было. Виталик сидел в моём любимом кожаном кресле, пил пиво и смотрел футбол.
— Ты бы предупредил, — говорю.
— О чём? — он даже голову не повернул.
— Картины, Виталь. Их надо было убрать, а не швырять в кладовку.
Он усмехнулся, допил пиво и поставил банку прямо на полированный стол, оставив мокрый круг.
— Дэн, ты искусствовед, что ли? Тут дети живут, им твои мазни не нужны. И вообще, не ссы, всё нормально.
Я сглотнул, но промолчал. Первая ошибка.
Год первый: «Ты чё, жадина?»
Через полгода я попросил их освободить хотя бы комнату — девушка моя ушла, решил вернуться к себе. Виталик устроил представление:
— Ты гонишь? Куда мы? Детей из школы выдирать? А ну-ка сядь, не позорься!
Он говорил со мной как с нашкодившим щенком. Взял с полки мою кружку (памятную, с гонок) и налил себе чай, даже не спросив.
— Слушай сюда, мелкий. Пацаны привыкли к садику. Мы тут ремонт делаем у себя, но деньги не резиновые. Если тебе так нужна хата — иди снимай. А мы семья, нас много. У тебя одного три комнаты, ты один.
Я попробовал возразить про газ. Он меня перебил:
— Ты чё, маме нажалуешься? Дядя Саша тебе мозги прочистит. Живи, раз дают.
Виталик обладал даром: любая моя просьба превращалась в мою же вину.
— Не дашь ключ от гаража? Ты чё, там же стояк детям на лыжи поставить. Ой, Денис, какой ты стал меркантильный. Наши бабки вон до сих пор тебе на день рождения по тысяче дарят, а ты нам отказываешь.
Гараж он занял без спроса. В моей кладовке хранилась его старая стиралка, три покрышки и велосипед с погнутой рамой. Когда я заикнулся, что сам хочу поставить машину, он ответил:
— Да кому нужна твоя «Королла»? Стыдоба. Поставь на улице, не король.
Год второй: Откровенное хамство
Я завёл новую девушку, пригласил её на ужин. Предупредил Виталика — уберите бардак, мы посидим тихо. Что я увидел? Коридор завален детскими ботинками, на столе — крошки и тарелка с остывшими пельменями. Ленка, его жена, сидела в халате и смотрела «Дом-2».
— Ой, Денис, а мы думали, вы не приедете. У нас роллы заказаны, так что телевизор громко, пацаны играют в коридоре.
Я говорю: «Лен, мы договорились».
Тут вышел Виталик. Грузный, в семейных трусах, чешет живот.
— Слышь, ботаник. Это ты в гости пришёл. К тебе пришли? Нет. Хочешь романтики — иди в кафе. Я тут хозяин — детям мультики важнее твоей девки.
При моей девушке. Она покраснела. Я взял её за руку и ушёл. Мы поужинали в забегаловке. Там она спросила: «У тебя правда нет прав на свою квартиру?» Стыдоба была нечеловеческая.
Попытка поговорить по-мужски кончилась тем, что Виталик схватил меня за ворот:
— Ты чё, выёбываешься? Квартира бабушкина. Она меня тоже любила. А ты вообще племянник никчёмный. Живёшь на всём готовом, а тут семья пропадает. Ещё раз заикнёшься про выезд — я тебя сам отсюда вынесу, понял? Я твой старший брат.
Страшно? Да нет. Противно до тошноты.
Год третий: Скандал при всей родне
Продать квартиру я не мог, потому что там жили они. Юрист объяснил: без договора найма — они просто гости, но выселять через суд — полгода геморроя. Нужно было собирать доказательства.
Решающий момент случился на дне рождения у моей мамы. За столом Виталик, подвыпив, начал:
— Денис наш козликом стал. Мечтает нас на мороз. Чуть что — сразу «моё, моё». А кто ему помогал в универе? Я ему в школе за каждой столбняк вписывался. Слышишь, Дэн? Забыл, как я тебе нос разбил? Тётя Наташа, — обратился к моей матери, — воспитали вы эгоиста. Мы семью спасаем, а он нам полку в ванной не даёт повесить.
Все молчали. Мама краснела. Тётя Света (Виталика мать) поддакивала: «Молодые сейчас жадные, да».
Я встал. Сказал одну фразу:
— Вы съедете через тридцать дней. Всё. Я больше не обсуждаю.
Виталик вскочил, опрокинул стул. На всю квартиру:
— ДА ПОШЁЛ ТЫ, ХРЮША! ДА ТЫ БЕЗ НАС ПОДОХНЕШЬ В СВОЕЙ КОНУРЕ! МЕНЯ МАМА УЧИЛА, ЧТО НАДО ЛЮДЯМ ПОМОГАТЬ, А ТЫ — ГНИДА!
И попытался меня толкнуть. При матерях. При детях.
Я не стал драться. Я просто ушёл.
Финал: Тихая ярость и тридцать дней
На следующий день я сделал три вещи:
1. Нанял адвоката по жилищным вопросам.
2. Отправил Виталику заказным письмом с уведомлением — официальное требование освободить квартиру до 15 ноября.
3. Поменял замки на кладовке и в гараже. Весь хлам — покрышки, стиралку, велосипед — вынес к консьержу под роспись.
Когда Виталик пришёл скандалить, он не мог даже зайти в кладовку — его ключ не подходил.
Он орал в подъезде на весь дом:
— Урод! Ты украл детские лыжи! Я заявление напишу! Мама! — звонил своей матери, моей тётке, — Он нас грабит! На улицу выгоняет! Скажи ему!
Я ждал его на лестничной клетке. В руке — копия уведомления, распечатка средней стоимости аренды трёшки в нашем районе за 36 месяцев. И чек от нотариуса.
— Виталь. Посмотри сюда, — сказал я тихо, чтобы слышали только мы. — Ты прожил в моей квартире ровно три года. Рыночная аренда — 60 тысяч в месяц. Это 2 миллиона 160 тысяч. У тебя нет договора, но есть свидетельские показания. Я не хочу твоих денег. Но если через 30 дней тут останется хоть один твой носок — я иду в суд. И ты мне будешь должен всё до копейки. Плюс моральный ущерб.
Виталик побледнел. Не потому, что испугался суда. А потому, что впервые понял — я не шучу. И мама его, и моя — уже знали. Я им всё рассказал заранее. Без истерик. Просто факты.
Он попытался наехать через жалость:
— А дети? Куда я их дену за месяц?
— Виталь, это не мои дети. Ты мне их подкинул, как мебель. Нашёл бы за три года.
Что в итоге?
Через 26 дней они съехали. Плевались, увозили мусор в трёх мешках, обмотали стены скотчем, сломали выключатель в туалете. Ленка шепнула на прощание: «Нелюдь». Виталик кинул ключи в почтовый ящик и не поздоровался.
Родня, конечно, разделилась. Тётя Света не разговаривает со мной. Зато моя мама сказала: «Ты молодец, сын. Я боялась, что ты сядешь на шею и поедешь всю жизнь».
Я въехал в свою квартиру. Выбросил постеры, отмыл пивные круги, повесил бабушкины картины. Сплю в своей спальне. И вдруг осознал одну важную вещь:
Лучше потерять наглого родственника, чем обрести пожизненного паразита.
Виталик до сих пор делает вид, что меня не существует. И знаешь, это лучший подарок, который он мне когда-либо делал.
Пожалуйста поддержите канал!!! Лайком,словом или монеткой. Дзен совсем не дает авторам заработать,а у меня ипотека.
Спасибо всем кто помог!