Юрист предложил изменить порядок выплат семьям участников СВО c учетом родителей

Действующая система распределения мер поддержки для семей погибших и пропавших без вести участников спецоперации нуждается в уточнении, в том числе в пересмотре категорий и последовательности предоставления помощи, считает юрист Александр Терновцов, руководитель проекта по оказанию юридической помощи семьям участников СВО «КСВО. Право».

Государство определяет меры поддержки для достаточно широкого круга близких родственников, членов семьи раненого или погибшего военнослужащего. И в ситуациях гибели или пропажи без вести военнослужащего могут возникать юридические коллизии, рассказал журналистам член Общественной палаты, руководитель проекта Комитета семей и воинов Отечества по оказанию юридической помощи семьям участников СВО Александр Терновцов.

Главная проблема, по мнению юриста, заключается в процессе «формирования круга лиц», поскольку государство определяет сумму, которая в зависимости от круга членов семьи распределяется между ними пропорционально.

«Родители погибшего военнослужащего давно развелись, и оба имеют право на меры поддержки, или, предположим, у военнослужащего от первого брака есть дети, которым тоже государством гарантированы меры поддержки. И когда начинается формирование круга лиц, имеющих право на получение этой меры поддержки, она, как правило, распределяется», – привел пример Терновцов.

Это влечет за собой сложности со сбором документов, подтверждением степени родства, информированностью тех или иных членов семьи о том, что они имеют право на меры поддержки. В результате такая неопределенность создает дополнительную нагрузку на структуры, ответственные за проведение выплат – Министерство обороны РФ и страховую компанию.

Помимо этого, нынешний механизм выплат в период выяснения судьбы бойца в статусе «без вести пропавшего» ставит родителей в конец списка получателей денежного довольствования военнослужащего, которое ему начисляется. Согласно действующим нормам, эти средства в первую очередь направляются супруге, а при ее отсутствии – совершеннолетним детям, проживающим совместно с военнослужащим. И лишь в последнюю очередь причитаются родителям.

«Все мы дети, которые помогают своим родителям. И вот отнесение их в конец списка не совсем правильно», – считает Терновцов. По его мнению, следует исключить из списка претендентов на выплаты денежного довольствования совершеннолетних детей. «Было бы справедливо: супруга, дети, если их нет, то тогда родители», – отметил юрист.

Эксперт напомнил также, что для несовершеннолетних детей от других браков по указу президента предусмотрены отдельные выплаты в размере прожиточного минимума в регионе проживания, в то время как родители такой поддержкой не охвачены.

При этом Верховный суд РФ сформировал правовую практику, позволяющую лишать биологических родителей военнослужащего (чаще всего – «нерадивых отцов») права на социальные выплаты, если они фактически не участвовали в воспитании ребенка. Как подчеркнул Терновцов, выполнение формальной обязанности по уплате алиментов в данном случае не приравнивается к полноценному воспитанию, а должно включать личное общение и участие в формировании личности. Такой подход применяется не только в случае гибели участника СВО, но и при распределении денежного довольствия бойцов со статусом «без вести пропавший».

Как писала газета ВЗГЛЯД, исполнительный директор Ассоциации ветеранов СВО Дмитрий Афанасьев предложил ввести специальный период для определения всех получателей выплат в случае гибели военнослужащего, чтобы избежать ситуаций, когда часть близких родственников может быть необоснованно исключена из системы поддержки.