История одной чёрной лабрадорши из Ханты-Мансийска в день памяти хвостиков, ушедших за радужный мост.,
Привет. Это я, Бильбо. Корги Бильбо.
Меня любят. Меня гладят. Мне чешут за ухом и дают вкусняшки, когда я просто красиво сижу. Я сплю на мягкой лежаночке, а утром меня будят не будильником, а голосом: «Бильбуня, доброе утро!».
Я — счастливая собака.
И я никогда не думал, что однажды прочитаю историю, от которой у меня, собаки, заледенеет кровь в жилах. Хотя кровь у меня тёплая. Даже горячая. Я же корги.
Сегодня я расскажу вам не о своих похождениях. Не о том, как я ловко ловлю мяч или как выпрашиваю сыр у холодильника. Сегодня я расскажу о Шерри. Чёрном лабрадоре из Ханты-Мансийска, которой было всего три года.
Глава 1. Прогулка, которая не стала прогулкой
Я не знаю, как выглядит лес в Ханты-Мансийске. Говорят, там сибирская тайга. Но я знаю, как пахнет лес, когда идёшь туда с любимым хозяином — радостью, приключениями, свободой.
Шерри тоже это знала.
Вечером 9 апреля лабрадор Шерри вышла из дома. С ней были двое мужчин: дед и внук. Те, кому она лизала руки. Те, кто чесал её за ухом. Те, кто кормил и поил её.
Она бежала впереди. Оборачивалась. Звала их за собой. Как могла. Всем своим собачьим телом, виляющим задом, высунутым языком, счастливыми глазами.
Она думала — это прогулка.
Она не знала, что это конец.
Глава 2. Поляна. Дерево. Игра, которая стала адом
Они выбрали место. Глухое. С большим деревом. С толстым суком.
Шерри крутилась вокруг, нюхала апрельский снег, ждала, что сейчас кинут палку. Она была счастлива.
Но палочку ей не кинули. Её связали. Верёвкой. Крепко.
Она не поняла — зачем. Она и так никуда не убегала.
Потом её подняли. Задние лапы оторвались от земли. Передние — тоже.
Она повисла.
Ошейник врезался в шею. Лапы онемели. Она начала дёргаться. Захрипела.
Она всё ещё думала, что это такая игра. Странная игра. Жестокая игра. Но ведь они — её люди. Они не могут сделать плохо.
Но. Они сделали.
Глава 3. Крик, который я слышу до сих пор
Они начали снимать с неё шкуру. С живой.
Сначала с головы. Потом по туловищу.
Кровь текла по дереву. По снегу. По рукам деда.
Шерри кричала. Не лаяла. Не скулила. Кричала так, как умеют собаки, когда мир, который ты любил, разрывается на куски вместе с твоей шкурой.
Она смотрела на них.
На тех, кого лизала утром. Кто гладил её вчера. Кто кормил из рук.
И не понимала.
Потом перестала кричать. Потом перестала дышать.
Её освежевали. Аккуратно. «Мастерски, как барана».
Глава 4. Что нашли в лесу волонтёры
На следующий день в этом лесу была Екатерина. Она волонтёр. Выгуливала своих подопечных.
И наткнулась на дерево странного цвета.
Вокруг — всё залито кровью.
В кустах — внутренности, отрезанная лапа, сердце, лёгкое.
Сверху — почти новый ошейник.
Рядом — две пары окровавленных перчаток.
Чуть поодаль — шкура и голова, снятая «чулком» с собачьего тельца.
Туши не было. Её забрали.
Глава 5. Тот, кто видел их раньше
Ещё до того, как с Шерри сняли шкуру, в этом же лесу была Оксана. Другой волонтёр. Из приюта «Велес».
Она встретила двух мужчин. Маргинальной внешности. С упитанной чёрной собакой на поводке. Она весело бежала впереди.
Оксана подумала — просто выгуливают. Кто ж знал.
Она запомнила их лица.
Потом увидела фото с места расправы. И всё сложилось.
Глава 6. Камеры. И пакет в руке
Полиция подтянула записи с камер. Работал участковый Сабирьян Кунакбаевич Багапов. Говорят, он хороший. Оперативный.
На записях — Шерри. Весёлая. Бежит в таежный лес. Ничего не подозревает.
А через какое-то время из тайги выходят мужчины. Старый и молодой. Без собаки. С пакетом. Полупрозрачным. Внутри — то, что час назад было живой собакой.
Вот они поднимаются по лестнице в подъезде. Идут к лифту.
А Шерри нет. Есть пакет.
Глава 7. Признание
Их нашли быстро. Они даже не прятались.
Убийца — глава семьи, дед. Вместе с ним — взрослый внук.
Он сознался сразу.
— Зачем?
— Мешала.
Три года жила. Три года была членом семьи. Три года лизала руки. А потом «помешала».
Глава 8. Что я, Бильбо, думаю обо всём этом
Я — корги. Меня любят. Меня снимают на видео. Со мной делают селфи. Я живу в тёплой квартире с печеньками и мягким пледом.
Я — счастливая собака.
Но сегодня я узнал, что счастье — это не только то, что у тебя есть. Это ещё и то, чего у тебя нет. Нет людей, которые могли бы тебя подвесить на дерево. И освежевать заживо. А потом съесть то, что было тобою.
Шерри не повезло. Она попала не в ту семью. Её «семья» оказалась людьми только по документам. Не по сути.
Меня трясёт, когда я думаю об этом. Я пишу этот текст, и мои лапы дрожат. Потому что я — собака. И я тоже бегу за хозяином. И верю ему безгранично.
Глава 9. Что мы можем сделать?
Я — просто корги. Я не умею расследовать дела. Я не могу арестовывать. Но я умею рассказывать.
Эту историю я рассказал вам. Вы расскажете другим. Другие — третьим. И так — пока она не долетит до тех, кто может изменить законы.
Потому что, если за «мешала» можно получить только удивлённое «как так?» от соседей, это не наказание.
А Шерри заслуживает, чтобы её смерть не была просто статистикой.
Приют «Велес», откуда волонтёр Оксана, что видела тех мужчин, — место, где живут самые тяжёлые собаки. Им нужна помощь. Корм. Лекарства. Передержки.
«Второй шанс», откуда волонтёр Екатерина, та, что нашла останки, — тоже спасает тех, кого не спасли другие.
Я, Бильбо, обращаюсь к вам, люди:
Я люблю вас. Я виляю хвостом, когда вы приходите. Я ем из ваших рук. Я сплю у ваших ног.
Но когда я читаю такие истории — я боюсь. Не за себя. За тех, кто не такой везучий, как я.
Сделайте что-нибудь. Не молчите. Пересылайте. Жертвуйте приютам. Требуйте наказаний.
Потому что если вы этого не сделаете — значит, однажды кто-то снова скажет «мешала». И другой лабрадор побежит в лес, виляя хвостом, и не вернётся.
🕯️ Беги по радуге, Шерри. Я не знал тебя. Но я — корги, и я плачу по тебе. По-собачьи. Гав.
P.S.
Если вы дочитали до конца — вы не просто читатель. Вы — свидетель.
Распространите эту историю.
Она не должна раствориться в новостной ленте.
#Шерри #КоргиБильбо #ХантыМансийск #Велес #ВторойШанс #ЯзычокПоВторникам #СобакиНеЕда #БегиПоРадуге