Представьте: крымские татары зарубили папку и мамку прямо на твоих глазах. Десятилетнего братика забрали, чтобы обрезать – евнухи в цене. Тебя несколько недель вели по степи в колодках, каждый из похитителей плотоядно поглядывал и не трогал лишь потому, что это сильно уменьшит цену. Потом три дня поездки на галере в вонючем трюме, а после – продажа на рынке рабов неглиже. Ты уже немного привыкла к унижению, но не сломлена – этого слишком мало, чтобы изменить нрав буйной славянки/армянки/гречанки/венецианки. Вуаля: тебя купил богатый вельможа и заявил, что теперь ты наложница султана. Того самого дядьки ростом метр в кепке с желтыми зубами и серым цветом лица.
Вопрос: через османские гаремы прошли тысячи девушек с подобной историей. Почему ни одна не попыталась хотя бы задушить своего господина подушкой? Или не использовала кинжал, если б он ей попался? Ведь султан, хоть и не руководил работорговцами лично, все же был заинтересован в их бандитских набегах.
Потому что все было не совсем так, как мною описано. Вскоре после завоевания Константинополя Мехмедом II действительно нашлась наложница, вероятно, гречанка, которая напала на падишаха во сне. Либо, как вариант, сразу же, как вошла в его покои – у историков есть разногласия на этот счет. Девушку тогда отправили на небо самым неприятным для нее способом, а в османском придворном гареме произошли значительные изменения.
С тех пор туда перестали брать взрослых девушек. Обычно в сераль попадали девочки 10-13-ти лет, которые проходили строгий отбор и обучение. У валиде и ее служанок было время, чтобы отсеять непокорных, объяснить им плюсы своего нового положения и минусы, связанные с его утратой.
Каждая из них понимала, что все плохое закончилось, как страшный сон. Что теперь они не просто невольницы, а часть элиты. Рождение ребенка открывало путь к влиянию и богатству, рождение сына и вовсе поднимало их на невероятный уровень. Это побуждало одалисок конкурировать друг с другом, но ценить привязанность султана, с которым было связано их будущее.
Даже если государь не обратил на них внимание, существовала надежда через девять лет выйти из дворца. Невостребованных красавиц выдавали за важных визирей и чиновников, и надежда покинуть гарем, получив энную сумму за службу, побуждала их сохранять лояльность.
Кроме этого, в гареме существовало множество мер контроля. Сотни евнухов и калф следили за каждым шагом девушек, неподобающее поведение строго наказывалось. Только валиде решала, когда наложница отправится, кхм, на ложе к султану. И даже если она вдруг решила избавиться от своего повелителя любой ценой, хальвет становился для нее неожиданностью. И не каждая именно в этот момент была психологически готова.
Кроме этого, те, кто смотрел сериал «Великолепный век», знают, что после свидания султан сразу же отправлял красавиц из своих покоев. Это не выдумка кинематографистов, а реальная вековая традиция османского двора. Она была продиктована именно безопасностью, стремлением избежать даже возможности покушения.
То есть, султаны не ночевали со своими одалисками, не принимали с ними пищу и проводили слишком мало времени в целом. Только Хюррем, доказавшая беспрекословную верность Сулейману, имела право оставаться с ним до утра, а иногда даже позавтракать. Ну и, вероятно, что фаворитки, родившие падишаху детей, также получали некоторые послабления. Но только потому, что их лояльность была многократно проверена и уже не вызывала сомнений.
Ну и еще важный момент. Наказание за нападение на монарха было крайне суровым. Зашить в мешок и бросить в Босфор – это еще самое простое, что в таком случае могли придумать. Как правило, за это следовала быстрая и страшная кара – и далеко не каждая женщина была готова избавиться от султана такой ценой.