13 июля 1941 года, на железнодорожных путях Оренбуржья, новобранец, осознав, что эшелон увозит его от семьи навстречу неизвестности, спрыгнул с полного ходу на насыпь, рискуя жизнью ради одного шанса — остаться в тылу. Так был зафиксирован первый случай самовольного оставления части в Красной армии в годы Великой Отечественной. В июне 1941-го страна поднялась на священную войну, но далеко не все оказались готовы пожертвовать собой.
Вопреки распространенным представлениям, проблема «уклонистов» была не просто заметной — она была массовой. И эта статистика, спустя десятилетия, раскрывает по-настоящему трагическую сторону освободительной борьбы Красной армии: дезертиров было не просто больше, чем предателей, — они составляли целую армию, с которой советской власти пришлось вести свою собственную, тихую и жестокую войну.
Цифры, о которых молчали десятилетия
Долгое время тема самовольного оставления части была засекречена и являлась табу для широкой огласки. Однако рассекреченные архивы рисуют отнюдь не парадную картину. Согласно приведенной информации из сводки Отдела НКВД, за вторую половину 1941 года, когда вермахт стремительно наступал на всех фронтах, было задержано 710 755 дезертиров.
Забегая вперед, за 1942-й эта цифра снизилась до 140 912, за 1943-й — выросла до 197 912, а в 1944-м составила 160 645. Итого только по этим данным за три года войны (без учета первой половины 1941-го) — 1 210 224 человека. Представим эту величину: более миллиона человек — это практически целая армия. Однако эти цифры не учитывают тех, кто сбежал, но так и не был пойман. Исследователи Дмитрий Дёгтев и Михаил Зефиров в книге «Все для фронта?» приводят более полную оценку.
Они утверждают, что общее число дезертиров за годы войны составило 1,7 миллиона человек, а число тех, кто пытался уклониться от призыва (не явился в военкомат), — 2,5 миллиона. Таким образом, общая численность явных и скрытых «отказников» могла достигать 4 миллионов. Для сравнения, за коллаборационизм и переход на сторону врага, по разным оценкам, было осуждено около полумиллиона человек (с учетом всех категорий). Цифра дезертиров превосходит количество откровенных предателей в разы.
Паника, страх и идеологический раскол
Почему же миллионы мужчин, которых Родина призвала под ружье, не желали воевать или сбегали с фронта? Главная причина — панический страх. Летом и осенью 1941 года Красная армия терпела сокрушительные поражения. Немецкие танки окружали целые армии, артиллерия крушила позиции. Прижатый к земле человек, не прошедший серьезной подготовки, часто видел только один выход — бежать. Конечно, далеко не каждый обладал высокими моральными качествами.
Вторая причина — идеологический раскол. Советская власть уничтожила целые социальные слои и целые народы. Многие воспринимали власть как чуждую и не желали гибнуть «за гадов», как вспоминал в своих письмах житель Рязанской области М. Володин . Крестьяне, раскулаченные в 30-е, бывшие белые офицеры, ссыльные — все они имели свои счета к режиму. «За коммунистов воевать не пойду» — такова была позиция немалого числа «уклонистов».
Наконец, были и банальные, бытовые причины. Страх оставить без помощи больных родителей, впавших в нищету в тылу. Например, в одном из писем, цитируемых историками, мать пишет солдату-орденоносцу: «хлеба не дают уже месяц, дров не дают», спрашивая сына: «За что воюете?» . Люди не чувствовали, что власть защищает их семьи, и у них пропадало желание защищать эту власть.
«Ни шагу назад!» и заградотряды
Спектр мер, применяемых для борьбы с дезертирством, был крайне жестким. Согласно постановлению ГКО СССР от июля 1941 года, органы Особых отделов НКВД получили право расстреливать паникеров и дезертиров на месте без суда и следствия . Если солдат бежал с поля боя, его мог пристрелить заградотряд или собственный командир. Летом 1942 года появился знаменитый приказ Сталина №227 «Ни шагу назад!», который ввел штрафные батальоны.
Считалось, что «штрафники» искупают свою вину кровью. Созданные заградотряды, стоявшие за спинами пехоты, должны были останавливать паникеров пулеметами. За годы войны через штрафные части прошло, по разным оценкам, около полумиллиона человек, из которых многие были осуждены за трусость и дезертирство .
Феномен дезертирства иногда принимал совсем уж причудливые формы. Весной 1942 года, после того как немцы начали возвращать земли бывшим помещикам, крестьяне на севере Белоруссии и в соседних районах РСФСР взбунтовались. Они ненавидели колхозную систему и панически боялись возвращения старых хозяев. В результате они дезертировали из партизанских отрядов, которые должны были бороться с оккупантами. Собрав оружие, они объявили о создании «Республики Россоно» со своей властью.
Сравнение с предательством: откуда взялись «власовцы»
Тема дезертирства тесно граничит с темой предательства. На оккупированных территориях многие фронтовики, попав в плен, записывались в армию Власова или полицейские отряды. Согласно ряду документов, часть дезертиров, скрывавшихся в лесах, также шла на контакт с врагом, пополняя ряды карателей. Фактически, уход с фронта часто был первым шагом на путь коллаборационизма.
Однако бросается в глаза разница в масштабах: число только задержанных и осужденных дезертиров (более 1,5 млн) в разы превышает исторические оценки численности Русской освободительной армии (РОА), которая составляла в лучшие времена 120-130 тысяч человек. Предательский переход на сторону врага — это явный циничный выбор, тогда как дезертирство — проявление трусости и духовной слабости. Но одно часто вело к другому.
Тема дезертирства была одной из самых «невозвращенческих» в советской историографии — о ней молчали, её замалчивали, чтобы не бросать тень на героический образ освободителя. Но, как показывают архивные документы, проблема была огромной. Войну выиграла не мифическая «железная стойкость» безликой массы, а конкретные люди, которые, преодолевая страх, оставались в строю, в то время как другие бежали.
Память о войне была бы неполной без осознания того факта, что подвиг миллионов совершался на фоне коллапса дисциплины, и «грязное», непарадное лицо войны включало в себя и миллионную армию дезертиров, и кровавые заградотряды, и тысячи расстрелянных.
Читайте также:
Источники: news.rambler.ru, kremnik.ru, russian7.ru, а также рассекреченные архивные данные ГАРФ, книга Дёгтева и Зефирова «Все для фронта?».
История — это не про даты, а про судьбы. Ставьте палец вверх, если статья зацепила, и подписывайтесь на канал!