— По Семейному кодексу половина достается мне. Так что начинай собирать чемоданы, — бросил Артем, не глядя.
— Двенадцать квадратов. Вот это и есть моя территория в гостиной.
Лина наблюдала, как он с резким щелчком втягивает ленту рулетки обратно в корпус.
Он остался в верхней одежде и не счел нужным переобуться. На светлом паркете грязными полосами расплывался снег. Бывший супруг явно заглянул по дороге — в ту самую новую жизнь, куда так рвался.
— Снял бы ботинки, — тихо, без эмоций сказала Лина. Она оперлась плечом о косяк, скрестив руки на груди.
— В своей части квартиры я распоряжаюсь сам.
Усмешка кривила его губы. Рулетка исчезла в кармане пальто. Осанка победителя, взгляд свысока, даже редеющая шевелюра казалась неприступной короной.
— Я с делом к тебе, Лин. Завтра заседание, ты в курсе.
— В курсе.
— Мой юрист уверен. Бой уверенный. Жилье оформлено в период брака? Очевидно. Совместно нажитое. Делим пятьдесят на пятьдесят.
Он прошелся по периметру комнаты, похлопал по подлокотнику кресла. Того самого, за которое Лина три года гасила кредит, пока муж «находился в поиске призвания».
— Я не монстр, — продолжил он. — Выгонять на мороз не стану. Предлагаю разойтись по-хорошему. Выкупаешь мою половину по текущей оценке, и я отзываю заявление.
Лина слегка приподняла бровь.
— Полную стоимость доли?
— А чего ждать? Локация отличная, отделка новая. Я еще мягко стелю. Мог бы компенсацию за нервы требовать.
— За нервы? — усмехнулась Лина. — За то, что застала тебя в нашей постели с мастером маникюра?
Артем дернулся, поправил шарф.
— Не надо драм. Воду прошлую утекла. Сейчас речь о метрах. Платишь — иск снимаю.
— А если средств нет? — спросила она ровно.
— Тогда торги, дорогая. Суд оформит долю на меня, а я реализую.
Он сократил дистанцию. От него пахло тяжелым одеколоном. Лина едва заметно скривилась, но осталась на месте.
— Представляешь сценарий? — сузил он глаза. — Продам пакетной сделке. Население квартиры удвоится. Очередь в санузел. Готовься?
Лина молчала. Она вглядывалась в лицо человека, с которым делила быт полтора десятилетия. Странно, что эта мелкая расчетливость раньше казалась ей обычной мужской практичностью.
Шесть месяцев назад Артем объявил об уходе. Его новой спутницей стала Мила. Ей шел двадцать девятый, и она искренне считала, что щедрость мужчины измеряется цифрами в приложении банка. Артем тогда пафосно заявил, что обрел родственную душу, а Лина его «душила контролем».
В профессиональном плане Артем предпочитал горизонтальное положение. За пятнадцать лет он сменил с десяток мест. Везде виноваты были другие: руководство, смена, коллеги.
— Артем, спустись с небес на землю, — четко произнесла Лина. — Ничью долю ты не реализуешь.
— Посмотрим завтра! — вспыхнул он. — Я юристу солидную сумму отдал. Топовый специалист по семейным спорам. Он гарантировал успех.
— Миле на аренду не хватает?
Он отвернулся к подоконнику, заложив ладони за спину.
— Не твои заботы. Мила заслуживает комфорта. Пока снимаем, но временно. Как только выведу актив из этой жилплощади, оформим ипотеку на коттедж. Ей экология требуется.
— Выведешь актив, — Лина чуть склонилась. — Напомни, какая у тебя была должность, когда мы это жилье оформляли?
— Какая корреляция! — отмахнулся он. — Я тогда был в творческом отпуске! Искал вектор развития.
— Четыре года искал. Долгий отпуск. За мой счет.
— Я обеспечивал тыл!
Лина фыркнула.
— Ты спал до двенадцати. Потом погружался в виртуальные миры. Я закрывала обе ставки, чтобы счета оплачивать и твой табак покупать.
— Я здесь ремонт проводил! — лицо пошло багрянцем. — Стены переклеивал! Сантехнику менял! Кафель укладывал!
— Клеили вместе. А сантехнику ты установил так, что коротнуло. Пришлось электрика звать. За мой счет. А кафель отвалился через четыре недели.
Артем тряхнул головой.
— Лирика, Лин. Суду безразлично, кто тянул провода. Инстанция проверяет бумаги. Свидетельство о регистрации есть? Есть. Покупка в браке? Да. Итог: пятьдесят процентов мне.
В кармане завибрировал смартфон. Артем выхватил его. На заставке — фото светловолосой девушки с яркими губами.
— Да, солнышко, — тон мгновенно изменился, стал вкрадчивым. — Да, вопрос закрываю. Жестко, как планировали.
Из динамика пробился капризный тембр. Смысл терялся, но настроение читалось однозначно.
— Котенок, я же говорил, — затараторил Артем, отворачиваясь. — Завтра зал. Да, юрист подтвердил. Нет, аванс за пригород пока не вноси... Я сейчас утрясу.
Он оборвал связь и спрятал аппарат. Уверенность померкла.
— Поняла расклад? — снова обратился к Лине. — Горят сроки. Давай компромисс. Переводишь аванс прямо сейчас, фиксируешь обязательства на бумаге, и я звоню юристу отзывать.
— Аванс? — Лина скрестила локти. — И каков объем?
— Приличный стартовый капитал. На аренду и гонорар специалисту. Он предоплату берет.
— Разорился на идеальную спутницу? Резервов не осталось? Куда испарились средства от крипты, куда ты два года назад перевел мою годовую премию?
— Я просил не трогать Милу! — рявкнул он. — Она не причем! У нее адекватные запросы, не то что... Ей уровень нужен.
— Как раз причем, — спокойно парировала Лина. — Это она тебя подтолкнула. Сам бы ты в суды не потянулся. Лень.
Артем шагнул вперед, нависая.
— Не уводи в сторону. Вернешь деньги или нет? Или начну в процессе вскрывать старые счета? Вспомню про технику, про мебель. Половину электроники тоже признают общей.
— Ноутбук и кофемашину ты вывез в день переезда.
— Я их приобретал!
— По моей кредитной линии.
Лина опустила руку в карман халата. Пальцы нащупали плотный лист. Она отпечатала его утром, сразу после визита в отделение.
— Слушай внимательно, Артем, — начала она мерным голосом. — Твой специалист, возможно, гений. Но он опирается на вводные, которые ты предоставил.
— И что? Вводные стандартные. Паспорта, свидетельство, выписка из ЕГРН.
— А ты упомянул источник финансирования?
Артем поморщился.
— Откладывали. Жили скромно, копили.
— Копили? — Лина коротко усмехнулась. — С твоей зарплаты вахтера, на которой ты продержался тридцать дней? Мы считали каждую сотню. Ты у соседей на проезд занимал.
— К чему ведешь?
— К тому, что финансирование обеспечили мои родители.
— Ну и прекрасно! — махнул рукой. — Тесть с тещей помогли стартовать. Обычная практика. Но право собственности возникло в браке. Юрист сказал: без документов о дарении считается общим.
— Юрист прав. Если документов нет.
Лина извела бумагу и расправила.
— У нас они есть.
Артем уставился на лист.
— Что это?
— Движение средств по моему счету за тот период. И нотариально заверенная копия договора дарения.
Лина сделала шаг. Артем инстинктивно отступил.
— Отец реализовал дачный участок. Средства он передал лично мне. Не в общую копилку. Лично. В тексте черным по белому: целевое назначение — покупка жилья для дочери.
Артем заморгал. На висках выступила влага.
— Какое дарение? Этого не было. Мы вместе объекты смотрели. Я с агентом общался.
— Общался ты. Платила я. Отец настоял на схеме. Сказал, зять — человек настроения. Предчувствовал.
— Ты блефуешь, — голос дрогнул. — Нарисовала документ. Сейчас позвоню консультанту.
— Звони. И завтра в зале сверим. Перевод от отца на мой счет. Ровно та же цифра — застройщику. Безнал. Это покрыло сто процентов цены. Никаких общих сбережений, никаких займов. Цепочка транзакций прозрачна.
Она протянула лист. Артем не принял. Только скользнул взглядом по печатям и строкам.
Краска отлила от лица. Наглая усмешка растворилась. Вся бравада осыпалась за мгновение.
— Имущество, купленное в браке на личные средства, полученные в порядке дарения, признается собственностью одаряемого, — размеренно произнесла Лина. — Разделу не подлежит. Тридцать шестая статья СК.
— Юрист... — прошептал Артем. — Он же обещал результат. Я ему половину стоимости гонорара авансом отдал...
— Завтра он тебя растерзает в процессе. Спроси еще, вернет ли гонорар за проигрыш.
Артем попятился, уперся спиной в вешалку.
— Лин, ну зачем так. Мы не чужие. Полтора десятилетия. Я для семьи старался.
— Именно. Пятнадцать лет я тянула этот воз. Стоп. Благотворительный фонд закрыт.
— Лин, мне Миле отчитаться нечем. Она ждет. Коттедж уже на примете. Я обещал.
— Это ваши личные трудности. Ищите варианты. А сейчас выходи из моего жилья. Ключи оставь на полке.
Артем сглотнул. Извлек связку, бросил на консоль. Рванул к выходу, вцепился в ручку.
— Я это так не оставлю! — крикнул уже с площадки, но в голосе звучала мольба. — Найду другого. С опытом.
— Ищи. Только сначала оплати.
Хлопнула дверь. Шаги затихли слишком быстро — Артем не стал ждать лифта.
Лина подошла к консоли. Стерла тряпкой грязные разводы. На краю валялась забытая рулетка.
Она подхватила её кончиками пальцев и отправила в урну. Следом отправился распечатанный лист — завтра судье понадобится оригинал.
На кухне щелкнул выключатель чайника. Лина прошла, налила воды, сделала глоток.
Впервые за шесть месяцев в помещении воцарилась абсолютная тишина. Завтра заседание. Послезавтра она сменит замки.