После необдуманной реакции на свисток арбитра Слободан Янкович в 29 лет остался парализованным.
Сломанная ракетка, пострадавший рекламный щит, крепкое слово в адрес арбитра или даже попытка «проучить» его кулаками — лишь некоторые проявления несдержанных реакций спортсменов на спорные или, по их мнению, ошибочные судейские решения.
Подобные выпады обходятся им относительно недорого — предупреждение, карточка, штраф, дисквалификация или, в худшем случае, полное отлучение от спорта. Но есть и редкие эпизоды, когда цена вышедших из-под контроля эмоций куда выше. История баскетболиста Слободана «Бобана» Янковича как раз из разряда таких. Ровно 33 года назад вспышка недовольства свистком арбитра обернулась для него личной трагедией — на пике карьеры 29-летний форвард оказался в инвалидном кресле, а 13 лет спустя его жизнь оборвал сердечный приступ.
Меткий снайпер с большим сердцем
Янкович родился 15 декабря 1963 года в городке Лучани на западе Сербии, тогда ещё входившей в состав Югославии. Семь лет спустя семья переехала в Белград, а чуть позже не по годам рослый, крупный мальчуган начал прокладывать себе дорогу среди юных талантов «Црвены Звезды». Из школы он приносил одни пятёрки. Преподаватели отмечали его аналитический склад ума и способности к точным наукам, а Слободан сгребал в охапку призы на конкурсах юных математиков.
На площадке новичок прогрессировал быстро и уже в юношеском возрасте привлёк внимание главного тренера основной команды, знаменитого Ранко Жеравицы. Не самое атлетичное телосложение (за склонность к полноте друзья детства прозвали его Гуза — «попа», серб.) и движение «на второй скорости» не могли обмануть опытный тренерский глаз. Высокий игровой интеллект, запредельный уровень самоотдачи и феноменальный бросок с лихвой компенсировали недостатки.
Уже в неполные 17 лет Янкович дебютировал за взрослую команду белградцев. Бескомпромиссный бойцовский характер и готовность биться за каждый мяч быстро сделали его любимцем публики. А ещё у Слободана было большое тёплое сердце и широкая улыбка. Он наслаждался баскетболом и его любовь к игре передавалась партнёрам. Такого игрока за океаном называют glue player, он — соединительная ткань команды, её душа. Его обожают болельщики и уважают соперники.
В столичном клубе Янкович отыграл 11 сезонов, и, хотя трофеев не завоевал, оставил большой след в югославском баскетболе. В те годы «Звезда» была в шаге от победы в еврокубке (французский «По Ортез» оказался сильнее в финале Кубка Корача – 1983/1984) и регулярно бросала вызов сильнейшим командам Югославии. На отрезке с 1984 по 1992 год в пяти финалах чемпионата страны «красно-белым» по очереди встречались «Цибона», «Югопластика» и «Партизан», на стыке десятилетий выигравшие шесть евротитулов на троих.
⏩ Попал из реанимации на Олимпиаду. А потом стал готовить чемпионов для другой страны
Сместить гегемонов не получилось, но это не помешало Янковичу снискать репутацию одного из лучших югославских снайперов, который не боится брать ответственность на себя и особенно опасен в клатче. В свой заключительный сезон-1991/1992 он стал MVP чемпионата страны, набирая в среднем 24,6 очка за игру. Душан Ивкович включил его в расширенный состав кандидатов в сборную Югославии, которая должна была поехать на ОИ-1992, но до Барселоны так и не добралась из-за санкций ООН.
Свой среди чужих
Когда в 1991-м в Югославии заговорили пушки и страна начала распадаться на куски, многие игроки потянулись за рубеж. Через год уехал и Янкович, воссоединившийся в греческом «Паниониосе» с экс-наставником «Звезды» Владе Джуровичем.
Фанатов команды из афинского пригорода Неа-Смирни популярный Бобан влюбил в себя сразу. В первой же игре в предсезонке он набрал 30 очков, а в матче групповой стадии Кубка Корача в Риме накидал 41 действующему чемпиону, супербогатому «Мессаджеро» во главе с Дино Раджей. Пресса тут же окрестила его «сербским Ларри Бёрдом», а болельщики нарекли Бомбардировщиком. В евротурнире он шёл на третьем месте в списке снайперов, набирая в среднем 20,8 очка. Владельцы магазинов, кафе и ресторанов в Неа-Смирни отказывались брать с него деньги, а простая прогулка по городу всё чаще напоминала променад голливудской звезды, которую на каждом шагу окружают поклонники.
Регулярку чемпионата Греции команда закончила на третьем месте, пропустив вперёд лишь ПАОК и «Панатинаикос». Последней преградой на пути к финалу плей-офф стали как раз афинские «зелёные» с легендарным Никосом Галисом, экс-армейцем Тийтом Сокком и хорватским тандемом серебряных призёров Олимпиады-1992 Вранкович – Комазец.
Полуфинальная серия началась с обмена домашними победами. В третьем матче «Пао» снова отстоял свою площадку, после чего отправился в пригород закрывать серию. Для Янковича же четвёртая игра стала роковой.
⏩ Её изобрели для спасения жизней, а она стала символом ужаса. История хоккейной маски
Трагедия в прямом эфире
28 апреля 1993 года «Паниониос» принимал гранда в своём маленьком, шумном зале. За восемь минут до финальной сирены гости вели 56:50. Янкович к тому моменту набрал почти треть очков своей команды (17). В очередной атаке он получил пас в краске, продавил Фрагискоса Алвертиса и попал от щита. Алвертис упал, а судья Стелиос Кукулекидис попадание отменил и свистнул Янковичу фол. Пятый.
Темпераментный форвард впал в ярость и своё возмущение выместил… на бетонной стойке щита. Врезавшись в неё с размаху головой, он тут же рухнул на паркет как подкошенный. Жуткие кадры прямой трансляции быстро облетели баскетбольный мир — облитого кровью игрока кладут на носилки и уносят с площадки. В больнице установят диагноз — перелом шестого шейного позвонка, повреждение спинного мозга. Операция продолжалась три с половиной часа, всё это время под окнами больницы несколько тысяч болельщиков «Паниониоса» ждали новостей. А они были ужасными — их кумир остался парализован ниже пояса.
На площадку он больше никогда не вышел, хотя, будучи оптимистом по натуре, отказывался в это верить. После четырёхмесячного лечения в Лондоне он вернулся в Грецию, где толпы болельщиков «Паниониоса» устроили ему королевский приём.
«У меня есть силы, чтобы снова быть тем старым Бобаном и сделать ещё больше для людей в Греции. Надеюсь, что снова смогу играть в баскетбол, но это не зависит только от меня», — рассказывал Янкович в аэропорту местному телерепортёру.
Надежды так и остались надеждами. Как рассказывает автор книги «Слободан Янкович — сербский Ларри Бёрд» Жарко Дапчевич, врачи в Швеции и Сербии безуспешно пытались поставить его на ноги, а друзья-баскетболисты проводили гуманитарные акции для сбора средств на дорогостоящее лечение.
Особенно запомнился матч в июне 1994-го в Нови-Саде под названием «Все друзья Бобана», проходивший при семитысячном аншлаге. Бодирога, Данилович, Джорджевич и другие звёзды устроили настоящий баскетбольный праздник, а отсутствовавший по уважительной причине Жарко Паспаль поддержал акцию, выкупив для бесплатной раздачи все билеты на одну из трибун.
⏩ Из ГУЛАГа на пьедестал. История первой олимпийской чемпионки СССР
Но жизнь продолжала наносить удары — через несколько лет после трагедии распался брак Янковича. Какое-то время он тренировал маленький клуб в Афинах, работал в оргкомитете Паралимпийских игр – 2004, пытался заниматься турбизнесом, руководил магазином по продаже билетов на игры «Паниониоса»…
Перед началом сезона-2003/2004 «Звезда» изъяла из обращения его восьмой номер, а полгода спустя провела в Белграде гуманитарный матч с тель-авивским «Маккаби», перечислив выручку своей легенде. Последний раз фанаты «красно-белых» скандировали его имя в марте 2004-го, когда Бобан наведался на домашнюю игру Адриатической лиги с «Задаром».
За год до смерти он последний раз побывал в сербской столице на баскетболе. В июле 2005-го легендарный плеймейкер «Партизана» Александар Джорджевич пригласил на свой прощальный матч когда-то непримиримого соперника в качестве специального гостя, а по окончании игры тепло обнял его и вручил майку на память. Бобан был глубоко тронут и смахнул с лица слезу пока зрители, до отказа заполнившие арену «Пионир», аплодировали стоя.
Последнее пристанище
28 июня 2006 года он отправился с друзьями в отпуск на Родос. Малоподвижный образ жизни и лишний вес годами нагружали сердце. В этот день оно не выдержало. На полпути к острову Янковича сразил инфаркт и, несмотря на быструю реакцию капитана корабля, сменившего курс до ближайшего порта, спасти экс-форварда не удалось. Вечный покой он обрёл на кладбище Неа-Смирни. «Паниониос» изъял майку с номером восемь, а на одной из стен арены по сей день красуется большой портрет ушедшего кумира.
Его мечту — вернуть на площадке хотя бы частичку любви и тепла, которыми его в тяжелейшие моменты окружил греческий народ, исполнил его сын Владимир. Фанатов родного «Паниониоса» он радовал на протяжении пяти лет, после чего в 2013 году перебрался в самый титулованный клуб Эллады «Панатинаикос». Титул чемпиона Греции, четыре Кубка страны и две золотые медали чемпионата Европы с греческой молодёжкой — лучшее подтверждение того, что гены ластиком не сотрёшь. А сине-красные шарфики «Паниониоса» на могиле Янковича-старшего словно напоминают — он пронёсся кометой по баскетбольному небосклону, но те, кто её видел, ещё долго не забудут этот яркий свет.