Какие части входят сюиту "Пер Гюнт?

Знаете, бывает такая музыка, которая буквально с первых нот переносит тебя в другое измерение. Сидишь себе в кресле, а перед глазами — туманные фьорды, дремучие леса и какие-то странные тени. Вот именно такую магию сотворил Эдвард Григ, когда взялся за оформление драмы Генрика Ибсена. Многие меломаны-самоучки часто чешут затылок, пытаясь вспомнить, какие части входят сюиту "Пер Гюнт?", ведь их на самом деле две, и в каждой — по четыре жемчужины.

Сказать по правде, Григ поначалу сомневался. Ну, представьте: писать музыку к истории о парне, который тот еще хвастун и авантюрист. Но в итоге у композитора получилось что-то невероятное. Первая сюита (Опус 46) — это настоящий хит на все времена. Начинается всё с «Утреннего настроения». Слышишь флейту — и кажется, будто холодное солнце медленно выползает из-за скал. Далее идет «Смерть Озе», печальная и тягучая, как осенний дождь. Потом нас закружит «Танец Анитры» — тонкий, восточный, немного лукавый. И, конечно, вишенка на торте — «В пещере горного короля». Ох, уж этот нарастающий темп! Кажется, тролли вот-вот схватят тебя за пятку.

Разбираясь в вопросе, какие части входят сюиту "Пер Гюнт?", нельзя обходить стороной вторую сюиту (Опус 55). Она, может, чуть менее «заслушана» до дыр, но по глубине ничуть не уступает первой. Тут вам и драматичная «Жалоба Ингрид», и экзотический «Арабский танец». А чего стоит «Возвращение Пера Гюнта на родину»? Буря, шторм, грохот волн — Григ тут просто превзошел сам себя. Завершается всё «Песней Сольвейг». Это настолько чистая и пронзительная мелодия, что, если у вас не бегут мурашки, значит, вы сделаны из кремния.

Забавно, но сам Ибсен вряд ли ожидал, что музыка станет жить своей, куда более яркой жизнью, чем оригинальная пьеса. Задаваясь вопросом, какие части входят сюиту "Пер Гюнт?", мы фактически перелистываем дневник путешествий главного героя — от норвежских лесов до египетских песков. Каждый фрагмент — это отдельный характер, отдельный вздох. Как ни крути, а Григ умудрился впихнуть в эти сюиты всю суть человеческих исканий. Так что, когда в следующий раз услышите знакомые мотивы по радио, вы уже точно будете знать, что к чему. Разве это не чудо, когда звуки могут рассказать историю лучше всяких слов?