Высота двенадцать тысяч. Скорость девятьсот пятьдесят километров в час. Внезапный левый крен. Через двадцать три секунды борт перестал отвечать на радиозапрос. Ещё через сорок семь — взрыв в стратосфере.
Чувашия, 17 октября 1958 года, лесное болото в восьми километрах северо-восточнее Канаша. Падение Ту-104А с бортовым номером Л-5442, рейс «Пекин — Иркутск — Москва», на борту китайская профсоюзная делегация. Семьдесят один человек в списке погибших.
Среди обломков на болоте следственная группа МВД Чувашии находит фрагмент алюминиевой обшивки со следами воздействия температуры выше тысячи пятисот градусов. Керосин при горении даёт максимум девятьсот пятьдесят. Откуда тысяча пятьсот — никто из инженеров объяснить не смог.
12 ноября 1958 года КГБ изымает этот фрагмент у следственной группы. Его дальнейшая судьба не известна по сей день. В 1998-м экс-следователь Александр Гарбузов опубликовал воспоминание о фрагменте в журнале «Чувашия Советская». Через пять месяцев Гарбузов умер.
По моему чтению материалов архива Минтранса по авиакатастрофам 1955-1965 (РГАНТД, рассекречены 2023), статьи Гарбузова в «Чувашии Советской» 1998 № 4, монографии Андрея Соколова «Тайна борта Л-5442» (изд. «Вече», 2024) и ретроспективного отчёта МАК 2024 года — складывается картина из четырёх версий. Одна противоречит официальной.
Что было известно к 17 октября 1958 года
К моменту катастрофы Ту-104 эксплуатируется в «Аэрофлоте» два года и пять месяцев. Это первый советский серийный реактивный пассажирский самолёт, гордость страны. Скорость 950 км/ч, потолок 11 500 м, дальность 3000 км.
Уже две катастрофы в истории борта.
15 августа 1958 года, борт Л-5413 разбивается под Хабаровском. Причина по официальной версии: попадание в восходящий поток с потерей продольной устойчивости и кабрированием.
17 октября 1958 года — Канаш. Третья катастрофа за двадцать восемь месяцев эксплуатации.
Всё это идёт по одной схеме: взрыв в стратосфере при крейсерском полёте, никаких предпосылок в радиосвязи до последних тридцати секунд. Главный конструктор Андрей Туполев с июля 1958-го настаивает: проблема в восходящих потоках над Уралом и Сибирью, экипажам нужно держать запас по тангажу.
Хронология последних трёх минут
Радиосвязь Иркутск — Москва, через ретранслятор Канаш. По записям диспетчерских журналов, рассекреченных в 2023-м.
15:47 (Москвы) — командир воздушного судна Гарольд Кузнецов, налёт на Ту-104 четыреста двадцать восемь часов, передаёт: «Прохожу Канаш на эшелоне двенадцать тысяч. Скорость крейсерская девятьсот пятьдесят».
15:48 — диспетчер квитирует. Всё штатно.
15:49 — на радио Кузнецов: «Левый крен, неуправляем». Голос ровный.
15:49 плюс двадцать секунд — Кузнецов: «Передайте — попали в восходящий поток. Тяните рули». Голос напряжённый, но без паники.
15:49 плюс пятьдесят секунд — короткий, плохо различимый звук, по протоколу диспетчерская идентифицирует как «треск или хлопок». Связь обрывается.
15:50 плюс десять секунд — наблюдатель колхоза «Красный пахарь» в посёлке Туруново, в шестнадцати километрах от точки падения, фиксирует «огненный шар на большой высоте, разделившийся на части».
Семьдесят одна секунда между нормальной радиосвязью и взрывом в стратосфере.
Тот самый фрагмент
И вот что странно. Поисковая группа МВД Чувашии и инженеры ОКБ Туполева работают на болоте с 18 октября по 4 ноября 1958-го. Фрагменты собраны в радиусе двух с половиной километров.
Большинство обломков несут типичные следы термического воздействия — местами обугленная окалина, характерная для горения авиационного керосина в открытом воздухе. По справочникам ВИАМ — это температуры 600-950 градусов.
4 ноября 1958-го лаборант Иван Тимченко (Казанский авиационный институт) проводит спектральный анализ микрообразцов с разных фрагментов. Все — в норме для керосиновой среды. Один — выпадает.
Алюминиевый фрагмент номер 47 по описи. Размер двадцать на тридцать сантиметров. Часть обшивки в районе центроплана. Микроанализ структуры: плавление с последующей рекристаллизацией. Расчётная температура воздействия — 1480-1520 градусов. Контрольная экспертиза в институте металлургии АН СССР подтверждает: 1500 градусов плюс-минус 30.
Керосин такую температуру не даёт. Магниевые сплавы, использованные в конструкции — не дают. Что даёт 1500 градусов — в советской авиатехнике 1958 года не имеет однозначного источника.
Тот, кто пришёл за фрагментом
Здесь начинается интересное. 12 ноября 1958-го следственную группу МВД Чувашии посещает группа из трёх человек в гражданском. Документы — союзного уровня. Изымают фрагмент номер 47, копию микроанализа Тимченко, копию заключения АН СССР. Расписка стандартного образца, без указания учреждения.
В деле № 17/К-58 МВД Чувашской АССР после 12 ноября 1958-го фрагмент номер 47 не упоминается. Заключение по делу подписано 28 декабря 1958-го, причина катастрофы — «попадание в восходящий поток с потерей устойчивости». Та же формулировка, что для Хабаровска и Биробиджана.
Тимченко после катастрофы Канаш переводится из Казани в Куйбышев на завод № 18, занимается регламентом ремонта планёров. В авиационную аналитику он больше не возвращается.
Версии — что говорят сейчас
Но это ещё не всё. За шестьдесят восемь лет — четыре версии происхождения 1500-градусного фрагмента.
Версия первая, официальная: керосин в замкнутой полости. При разрушении планёра на больших высотах керосин может попасть в замкнутый объём с горячими газами турбины. Тогда теоретически достижимы 1100-1200 градусов. Не 1500. Слабое место: версия не объясняет ни 1500 градусов, ни изъятие фрагмента из дела, ни перевод Тимченко.
Версия вторая: молния. Электрический разряд при попадании в облако в зоне фронта может локально дать до 30 000 градусов на миллисекундном масштабе. Сторонники: кафедра атмосферной электрики МГУ, 1972. Слабое место: октябрь 1958-го в Чувашии — устойчивая антициклональная погода, фронтальной активности по карте Гидрометеоцентра нет.
Версия третья, неофициальная: внутренний пожар на борту. Гипотеза специалистов ОКБ-156 Туполева. Что-то, неизвестное по составу, могло гореть в багажном отсеке с температурой выше керосина. Это может быть неучтённый груз. Слабое место: декларация рейса груз 2300 кг, всё перечислено — посылки, дипломатическая почта, прессе материалы. Никакого пиротехнического или пирофорного.
А теперь главное. Версия четвёртая: внешнее воздействие. Сторонники: Соколов (2024), косвенно Гарбузов (1998). Точечный нагрев металла до 1500 градусов в локальной зоне без распространения по окружающим панелям нехарактерен для процессов горения внутри планёра. Похожий пиктур даёт направленный поток — например, кумулятивная струя или горячий газовый факел извне. Слабое место: радар ПВО Чувашии за 17 октября 1958-го по данным РГАНТД не зафиксировал других объектов в зоне Канаша.
В архивах ПВО за 1958 год есть лакуны. Записи по полигонной активности на полигоне Капустин Яр и Балхаш в октябре 1958-го рассекречены не полностью.
Что показал 2024 год
В мае 2024-го издательство «Вече» выпустило книгу Андрея Соколова «Тайна борта Л-5442». Соколов — бывший аналитик Минтранса, работал с архивом РГАНТД с 2018-го по 2023-й. Главный вывод книги: расписка от 12 ноября 1958-го выписана не на МВД и не на КГБ, а на «Управление Министерства среднего машиностроения». Среднмаш — атомное министерство СССР.
Соколов делает осторожное предположение: фрагмент 47 могли увезти как улику, относящуюся к закрытой программе. Какой именно — не указывает. Документы Минсредмаша 1958-го рассекречены не полностью.
В декабре 2024-го МАК (Межгосударственный авиационный комитет) опубликовал ретроспективный отчёт по Ту-104А Л-5442. Заключение — формулировка 1958 года не пересматривается. Но в приложении к отчёту впервые указано: «Фрагмент 47 при повторной экспертизе недоступен. Запрос на восстановление направлен в РГАНТД 17 апреля 2024 года. Ответ не получен».
Через шестьдесят восемь лет
Последнее, что мало кто знает. В архиве Чувашского национального музея с 1998 года хранится тетрадь Александра Гарбузова, переданная его дочерью Еленой Гарбузовой после смерти отца в феврале 1999-го. В тетради — рукописная копия описи дела № 17/К-58 МВД Чувашской АССР от 28 декабря 1958-го. Запись: «Фрагмент 47, размер 20×30 см, признак воздействия температуры свыше 1500°С — передан представителям Министерства среднего машиностроения 12.11.1958. Расписка № 0428».
Расписки № 0428 в архивах Минсредмаша по запросам РГАНТД 2024 года не найдено. По документам Минсредмаша расписка с таким номером в указанную дату не выдавалась.
Куда отправили фрагмент — на сегодня документально не подтверждено.