50 лет на сцене, 35 лет любви и куклы, которые лечат сердце. История актрисы, которую называли эльфом и железной леди одновременно
ПРОЛОГ
В небольшой комнате Ленинградского Театра комедии царил полумрак. Ольга Антонова, только что пережившая очередной скандал дома, вбежала в кабинет заведующего литературной частью и выпалила, едва сдерживая слёзы: «Юра, как же мне плохо. Хоть бы кто-нибудь взял меня замуж, я бы ушла от мужа с ходу».
Она не знала, что поперёк комнаты, за огромным книжным шкафом – той самой чёрной мебелью, которая считалась в советских учреждениях почти архитектурной доминантой, – сидел человек. Игорь Иванов, новый главный художник театра, случайно оказался там, читая какие-то бумаги.
Дверь открылась, ворвался поток отчаянных женских слов. Игорь растерялся. Он не знал, должен ли он выйти и сделать вид, что ничего не слышал, или продолжать сидеть тихо, чтобы не смущать гостью. Но природа взяла своё. Он покраснел так сильно, что скрываться было бессмысленно. Выйдя из своего укрытия, он смущённо пробормотал:
– А давайте, я возьму вас замуж?
Так началась история, которая продлится 35 лет и станет главной наградой за все предыдущие страдания актрисы.
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ДЕВОЧКА, КОТОРАЯ ЖИЛА В ДОМЕ ПИСАТЕЛЯ И ЕЛА ЖМЫХ
Ольга Сергеевна Антонова родилась 22 декабря 1937 года в Ленинграде в семье, которая, казалось, была создана для уюта и благополучия. Её отец, Сергей Петрович Антонов, был известным советским писателем, автором знаменитой повести «Дело было в Пенькове», по которой сняли культовый фильм. Мать работала учительницей. Ещё до войны в семье случился разлад: когда Ольге было всего шесть лет, родители развелись, разделив детей: брата забрала мама, а Ольгу оставили с отцом.
Им выделили крошечную комнату в знаменитом Доме писателей на Лафонской улице – том самом, что находился неподалёку от будущего Театра комедии. Но это соседство не сулило праздников. Жили бедно. В годы войны и эвакуации самым ярким и страшным воспоминанием для девочки стал вкус жмыха, который бабушка давала ей, чтобы заглушить чувство голода.
Её детство закончилось, едва начавшись. Но именно в этом суровом, полном лишений мире родилась её фантазия, её умение видеть волшебство там, где другие видели только серость. Позже коллеги назовут её «эльфом» за хрупкость и неземную манеру держаться. Однако сам характер у этого эльфа оказался стальным.
Ольга бредила журналистикой, носилась по городу с камерой, мечтая о фоторепортажах. Но случай на Петропавловском пляже решил всё. Два абитуриента театрального повторяли одно и то же стихотворение, ссорясь, как правильно интонировать. Ольга, знавшая текст наизусть, вмешалась. А когда один из них насмешливо спросил: «И вы так сможете?», она пошла и сдала экзамен лучше всех. Так мечта о журналистике канула в Лету. Она стала актрисой.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ПЕРВЫЙ МУЖ. «УХОДИЛ ЗА ХЛЕБОМ, И ЕГО ТРИ ДНЯ НЕ БЫЛО»
Её первый муж, писатель Владимир Марамзин (Кацнельсон), был человеком невероятного обаяния и таланта. Он покорил её стихами, подарками и тем трепетным вниманием, которого ей так не хватало в холодном отцовском доме. Она родила ему дочь Сашу.
Но брак оказался кошмаром. Его свободолюбие перешло в распущенность. Владимир мог уйти за хлебом утром и вернуться только через три дня. Запах чужих духов и многозначительные телефонные звонки стали обыденностью.
– Я был такой влюбчивый, что уходил за хлебом и его три дня не было, – так потом актриса пересказывала суть его поведения. Но дело было не только в изменах. Терпение Ольги лопнуло, когда она застала мужа с другой женщиной прямо в их доме. Артистка, известная своим острым языком и гордостью, попыталась уйти. Тогда, словно огрызающийся зверь, муж закрыл её вместе с маленькой дочкой в квартире, отобрав ключи.
Это стало точкой невозврата. Ольга вспомнила, что живёт на втором этаже. Попросив соседку подставить лестницу, она разбила окно и, прижимая к себе чемодан и ребёнка, спустилась вниз навстречу свободе. Она оставила мужу шикарную квартиру, в которую отец вложил большие средства, чтобы только не связываться с этим человеком.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ГОЛОС ИЗ-ЗА ШКАФА
Свободная, но опустошённая, с трёхлетней дочерью на руках, Ольга снимала «каморку сапожника» и выживала. Единственным местом, где она дышала полной грудью, была сцена Ленинградского Театра комедии, куда её приняли сразу после института. Именно туда, в Театр Комедии, в 1974 году пришёл работать главным художником Игорь Иванов.
Именно там, случайно подслушав её отчаянный монолог из-за шкафа, он и сделал то самое нелепое, смущённое, но судьбоносное предложение.
Сначала Ольга подумала, что это розыгрыш. Слишком уж неправдоподобно это выглядело: красный, как рак, мужчина, выползающий из-за мебельного ущелья. Она развернулась и ушла.
Игорь был разведён, жил с мамой и недавно приехал в Ленинград из Вильнюса. Он не был похож на галантных кавалеров. Но эта непохожесть и подкупила. Антонова решила проверить чувства поклонника. Она поймала его в коридоре и спросила прямо:
– А вы тогда про замужество всерьёз?
– А с чего вы взяли, что это была шутка? – ответил он.
Как вспоминала потом актриса, ей всегда хотелось «подпрыгнуть, дотянуться до него» – настолько он был высок и массивен по сравнению с её хрупкой фигуркой.
ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ. БИТВА С ЗЕЛЁНЫМ ЗМИЕМ
Их роман развивался стремительно. Ольга уже была готова идти под венец. Но однажды, когда они договаривались о встрече, Игорь явился подшофе. И это стало единственным серьёзным испытанием их любви.
Ольга Антонова, в прошлом прошедшая через ад быта с первым мужем и видевшая, к чему приводит алкоголь, действовала жёстко. Она схватила его за грудки и, глядя прямо в глаза, сказала, что не потерпит этого. Не было слёз, истерик и «лечить» – был ультиматум.
И случилось чудо. Игорь Иванов, который в свои 30 с лишним лет привык к свободе, взял и завязал. Раз и навсегда. На следующий же день. Потому что понял: эту женщину терять нельзя.
ЧАСТЬ ПЯТАЯ. «ПОЧТИ СМЕШНАЯ ИСТОРИЯ»
В середине 70-х Ольга считалась звездой ленинградской сцены, но в кино не снималась. Режиссёр Пётр Фоменко искал актрису на главную роль в фильме «Почти смешная история» – трогательную историю любви двух немолодых людей, чертёжницы Илларии Павловны и инженера Мешкова (которого гениально сыграл Михаил Глузский).
Фоменко долго не мог найти ту самую «неземную женщину». Увидев Антонову, он понял: вот она. Но Ольга сначала отказывалась. Ей казалось нелепым, что её героиня, взрослая женщина, так отчаянно бегает за Глузским – актёром гениальным, но далеко не Аленом Делоном. Однако Фоменко требовал настоящей влюблённости. Тогда Антонова пересмотрела фильмы с его участием и… «влюбилась». Так родился образ, принёсший ей всесоюзную славу.
Феноменальный успех картины, вышедшей в 1977 году, сделал Антонову любимицей публики. Затем последовали «Комедия ошибок» и знаменитый «Астенический синдром» Киры Муратовой. Однако сама она никогда не рвалась в кино, считая себя прежде всего театральной актрисой.
ЧАСТЬ ШЕСТАЯ. УХОД ИЗ ТЕАТРА
Для Ольги Антоновой Театр комедии был не просто работой. Она прослужила там 50 лет. Это был дом, где прошла вся её жизнь. Но в 2015 году, после того как театр возглавила новый художественный руководитель Татьяна Казакова, атмосфера изменилась. Они оказались разными творческими вселенными, которые не могли сосуществовать.
– Увы, театр рухнул, – признавалась позже актриса. Она ушла сама, без скандалов, но с тяжестью на сердце. Уход оттуда, по её собственному признанию, был подобен потере смыслов.
Но есть в этой истории и светлая сторона: её муж Игорь Иванов поддержал её в этом решении. Они ушли вместе – и начали новую жизнь.
ЧАСТЬ СЕДЬМАЯ. САША И КУКЛЫ
Самая страшная и невосполнимая потеря случилась в 2005 году. Единственная дочь Ольги, Александра, скончалась от осложнений после тяжёлой вирусной пневмонии. Ей было всего 40 с небольшим лет. Это горе могло сломать кого угодно. Ольга Сергеевна не могла говорить об этом долгие годы. Спасало рукоделие и любовь мужа.
В доме осталось «наследство» Саши – коробки с материалами для кукол. Александра начинала мастерить их, чтобы продавать, когда болела. Ольга Сергеевна, вспомнив, как в детстве шила тряпичных малышек на скучных лекциях в институте, взяла в руки инструменты и продолжила дело дочери.
Сначала это было данью памяти. Но оказалось, что Антонова – настоящий художник. Фарфоровые лица её кукол, тонкие наряды – всё это не уступало работам профессионалов. Муж Игорь в шутку называл жену Леонардо. А куклы начали расходиться по коллекциям. Для неё это стало способом оставаться на плаву, когда её выгнали из театра.
ЧАСТЬ ВОСЬМАЯ. ИГОРЬ ИВАНОВ. ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ НЕ БОИТСЯ МОЛЧАТЬ
Их брак с Игорем Ивановым продлился почти 35 лет. Ольга Сергеевна всегда называла его спасителем.
– Какое счастье, что я встретила Игоря. Он такой, каким я хотела видеть мужчину, – говорит она. – Он принимает меня любой. Даже когда я вредничаю, капризничаю…
В 2010-х годах Игорь Иванов ушёл из жизни. Ольга Сергеевна осталась одна. Но в её квартире на Васильевском острове по-прежнему много света.
ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ. ОДНА. НО НЕ ОДИНОКА
Сегодня Ольге Сергеевне 87 лет. Она по-прежнему живёт в Петербурге, выходит в свет, встречается с друзьями. Её голос окреп, характер не сломался.
Она перестала пить спиртное много лет назад, осознав, что это чревато. Народная артистка России, обладательница множества премий, она по-прежнему требовательна к себе. У неё дома есть швейная машинка, на которой она может сшить себе платье, и огромная коллекция кукол, сидящих на полках и напоминающих о дочери.
Бесконечная череда потерь – мужа, дочери, любимого театра – не сделала её пессимисткой. Она просто перестала бить посуду и перешла на лёгкую иронию.
ЭПИЛОГ
В петербургской квартире Ольги Антоновой всё дышит прошлым, но не застывшим, а живым. На полках застыли в молчании фарфоровые лики кукол. Это память о дочери, которую она не сможет обнять. Но она продолжает смотреть на мир с иронией, грациозно поднимая бокал с соком на светских раутах.
Её голос – низкий, с хрипотцой – многие сравнивают с сиреной, а походку – с танцем. Знаменитое выражение «человек не от мира сего» как нельзя лучше подходит ей. Но в этом странном мире она сумела построить своё счастье. Без тортов с кремом, без громких признаний. С тихим художником Игорем, с фарфоровыми куклами и безграничной любовью к сцене, которая, как оказалось, всю жизнь была для неё самой лучшей семейной терапией.
Понравилось? Ставьте лайк и подписывайтесь на канал. Впереди – новые истории о звёздах, которые строили любовь на руинах.