Что делает именно этот выпуск особенным?
Публичная часть главного смотра современного искусства в мире стартовала 9 мая — после четырех дней закрытого превью. 61-й выпуск, несмотря на некруглое число, стал чрезвычайно обсуждаемым даже по венецианским меркам. Дело, как это часто бывает, в политике, но не только. Рассказываем, что нужно знать про биеннале-2026.
Текст: Алексей Свиридов
Самый масштабный выпуск
Венецианская биеннале проводится с 1895 года (тогда это была Мировая художественная выставка), и ни разу число стран-участниц не доходило до ста — до этого года. Дебютантами 61-го смотра стали Вьетнам, Гвинея, Экваториальная Гвинея, Катар, Науру, Сьерра-Леоне и Сомали. При этом Иран отказался от участия за день до начала закрытых показов, 4 мая, на фоне очередного обострения с Соединенными Штатами.
Хотя далеко не у каждой страны есть отдельный павильон, их количество продолжает расти. Например, в этом году собственной площадкой обзавелся Эквадор, где показывают новый проект скульптора Хосе Оскара Молины — серию фигур «Картография вынужденных переселенцев», посвященную нелегкой судьбе мигрантов по всему миру.
Без куратора и жюри
В этом году идеологом смотра стала Койо Коуо — куратор Музея современного искусства в Кейптауне и первая африканская женщина, возглавившая экспозицию биеннале. Госпожа Коуо дала центральной выставке название («In Minor Keys» — «В минорным тонах»), подготовила кураторский текст и разработала концепцию, но, к сожалению, не увидела результат работы. Куратор скончалась от рака за год до открытия биеннале.
Тем не менее оргкомитет довел дело Коуо до конца, и в недавно отреставрированном Центральном павильоне открылась выставка 110 художников. Все они, пользуясь «минорным» инструментарием, «возвращают человека, человеческое существо, в самое сердце вещей, заново открывая смысл бытия в мире, восстанавливая чувство меры по отношению ко всем земным элементам и вновь обращаясь к небу» — так интерпретирует идею президент биеннале Пьетранджело Буттафуоко.
Кроме того, госпожа Коуо сформировала состав международного жюри. Его председателем стала исследователь видео-арта из Бразилии Соланж Оливейра Фаркас, кроме которой в группу вошли специалисты из Вьетнама, Испании, США и Швейцарии. Но и им не было суждено приступить к работе. Жюри полным составом ушло в отставку 30 апреля, выступая таким образом против участия России и Израиля в смотре.
Из-за отсутствия жюри в этом году биеннале не будет вручать традиционного «Золотого льва» (лучшему участнику основного проекта и за лучший национальный павильон), но впервые за долгое время присвоят так называемого «Народного льва», голосовать за который будут посетители. Награды вручат в последний день работы выставки — 22 ноября.
Российский павильон
Настоящей сенсацией этого года стало участие России — спустя четыре года после запрета пространство знаменитого щусевского павильона снова оформляют отечественные кураторы (с 2022 года его использовали художники из других стран).
Весной организаторы биеннале объявили, что Россия допущена к полноценному участию в смотре, что тут же вызвало реакцию как отдельных представителей индустрии, так и целых институций. Кроме отставки жюри стало известно, что Еврокомиссия лишит событие гранта в размере €2 млн, а министр культуры Италии будет бойкотировать биеннале — впервые в ее истории. Тем не менее оргкомитет решения не изменил.
В итоге российский павильон действительно запустил собственную экспозицию, но только на четыре дня — в период закрытого превью. В остальное время посетители биеннале смогут увидеть программу лишь на экранах сквозь окна постройки.
На время превью щусевский павильон принял фестиваль «Дерево укоренено в небе», над программой которого работали 40 музыкантов, художников и философов. Среди участников — ансамбль Intrada, композитор Алексей Ретинский, художник Тимофей Дударенко, аккордеонист и перформер Роман Малявкин, композитор и импровизатор Алексей Сысоев, пианист Петр Мусоев и ансамбль «Толока». При этом фестиваль демонстрирует разнообразие не только российского неофолка: в программу вошли произведения саунд-художников и диджеев из Аргентины, Бразилии, Мали, Мексики, ЮАР.
«Мы собрали немейнстримные музыкальные течения, это музыка маленьких деревень, окраин городов,— рассказала комиссар павильона России Анастасия Карнеева.— Музыканты собраны из разных стран, из тех мест, где музыка рождается не благодаря, а вопреки. Это периферия, которая рождает культуру. Проект принял форму фестиваля, который в течение пяти дней безостановочно проходит в павильоне. Одновременно мы снимаем видео, которое потом будут видеть посетители биеннале. Пока мы не решили, где будет установлен экран, но это будет сделано так, чтобы звук распространялся на улице и приглашал зрителя заглянуть внутрь павильона».
Другим яблоком раздора стало участие Израиля. За исключение павильона из программы выступала коалиция Art Not Genocide Alliance, собравшая 236 подписей участников смотра. И Израиль в этом году действительно остался без собственной площадки (из-за реставрации павильона в садах Джардини), но все-таки представил экспозицию в венецианском Арсенале — другом важнейшем историческом пространстве биеннале. В отличие от Джардини, участие здесь предполагает прямое приглашение от оргкомитета, что дало повод критикам еще раз высказаться против смотра. На израильской части Арсенала открылась экспозиция «Роза Ничто» скульптора Белу-Симона Файнару, основанная на образах Каббалы.
Вопросы у общественности возникли и к участию других стран, например, США, чей статус в отношениях с Ираном остается неясным. Но снова сыграла свою роль примирительная интонация оргкомитета, пожелавшего сделать этот выпуск самым открытым. «Если бы биеннале проводила отбор по паспортам,— отвечает на призывы к ограничениям господин Буттафуоко,— она перестала бы быть тем, чем всегда была,— местом, где весь мир встречается, особенно когда его раздирают противоречия».
К хорошему быстро привыкаете, если это Telegram-канал Weekend.Не подписываться — моветон.