В начале 339 года до новой эры царь Македонии Филипп II направился с войском в земли скифов. В конце весны – начале лета состоялось решающее сражение в окрестностях города Томы (современная – Констанца на территории Румынии) и скифы были разбиты, а их 90-летний царь Атей погиб в битве. При возвращении в Македонию трибаллы атаковали войско Филиппа в горах, и царь получил серьезное ранение в ногу, в результате чего остался хромым на всю жизнь.
По свидетельству Орозия: «Царь Филипп с сыном Александром, движимый рвением к разбою, ходил в земли Скифии. Скифами тогда правил Атей. Он, когда был занят войной с истрийцами, через аполлонийцев испросил помощи у Филиппа, но как только умер царь истрийцев, избавившись от страха перед войной и необходимости в помощи, расторг заключенный с Филиппом договор о союзе. Филипп, сняв осаду с Византия, всеми силами обратился к скифской войне. В завязавшейся битве скифы, хотя превосходили и числом и доблестью, были побеждены коварством Филиппа. В ходе этой битвы было захвачено двадцать тысяч детей и жен скифского народа, уведено множество скота, однако ничего не было найдено из золота и серебра. Именно этот факт породил сначала веру в скифскую скудность. Двадцать тысяч превосходных кобылиц было отправлено в Македонию для улучшения македонской породы».
По словам Юстина: «В то время скифами правил Атей. Когда он находился в затруднительном положении во время войны с истрианами, то через аполлонян попросил помощи у Филиппа с тем, чтобы усыновить его и сделать наследником Скифского царства. Между тем истрийский царь умер и тем самым избавил скифов и от их страха перед войной и от нужды в помощи. Поэтому Атей отпустив македонян, приказал им сказать Филиппу, что он не просил у него помощи и не поручал ему говорить об усыновлении, ибо не нуждаются скифы в македонской защите, так как превосходят македонцев в храбрости, да и в наследнике он, Атей, не нуждается, так как его сын здравствует. Выслушав это, Филипп отправил к Атею послов, чтобы добиться от него денег для покрытия хотя бы части расходов на осаду Византия, иначе он будет вынужден вследствие недостатка в средствах прекратить войну. Послам было велено сказать, что Атей скорее должен выполнить это требование, так как он не только не уплатил за службу воинам, присланным ему Филиппом, но даже не оплатил издержек по их перевозке.
Однако Атей стал ссылаться на то, что климат в Скифии неблагоприятный, а почва бесплодна. Она не только не обогащает скифов, но едва-едва доставляет им пропитание. Нет у него богатств, которыми он мог бы удовлетворить столь великого царя, а отделаться небольшой подачкой он считает более непристойным, чем вовсе отказать. Вообще же скифов ценят за доблестный дух и закаленное тело, а не за богатства. В ответ на это издевательство Филипп, сняв осаду Византия, двинулся войной на скифов. Чтобы скифы ничего не заподозрили, Филипп отправил впереди себя послов, которые должны были сообщить Атею, что он, Филипп, во время осады Византия дал обет воздвигнуть статую Гераклу и идет теперь, чтобы поставить ее в устье Истра. Поэтому просит, чтобы ему дали пройти спокойно и почтить бога. Совершить этот путь Филипп намерен как друг скифов.
В ответ на это Атей приказывает: если Филипп хочет выполнить обет, то пусть он пришлет статую к нему, к Атею. Он обещает не только поставить статую, но и охранять ее невредимой, однако он не потерпит, чтобы войско Филиппа вступило в пределы его земель. Если же Филипп поставит статую против воли скифов, то, как только он уйдет, Атей низвергнет статую, а медь, из которой она отлита, превратит в острия для стрел. Хотя скифы превосходили македонян и числом и храбростью, но они были побеждены хитростью Филиппа. Двадцать тысяч жен и детей было взято в плен, было захвачено множество скота. Золота и серебра не нашлось совсем. Тогда пришлось поверить тому, что скифы действительно были очень бедны. В Македонию послали двадцать тысяч наилучших кобылиц для разведения коней скифской породы».
По сообщению Лукиана: «Атей, царь скифов, пал в битве с Филиппом на реке Истре, сражаясь на коне в войне с Филиппом в возрасте девяносто лет отроду».
Фронтин приводит любопытное уточнение: «Филипп, опасаясь, что его воины не выдержат натиска скифов, поместил надежнейших всадников в тылу и предписал им не позволять никому из соратников бежать из строя, а кто будет упорно отходить, тех убивать. Огласив это распоряжение, он достиг того, что даже самые трусливые воины предпочли пасть от рук врага, чем от рук своих товарищей. Победа была одержана».
По поводу последнего свидетельства современные исследователи полагают, что летописец неверно истолковал боевое построение македонян перед битвой. В действительности по причине малочисленности кавалерии Филипп поместил ее в тылу фаланги, чтобы ввести в бой по своему усмотрению в зависимости от сложившейся ситуации. Так, по мнению Н. Хаммонда, античный автор в этом фрагменте путает совершенные маневры и действия македонской конницы и пехоты.
По мнению историков Атей возглавил атаку своей конницы и погиб в самом начале сражения, что в значительной степени повлияло на исход битвы. В своей книге «Сын Зевса» писатель Л.Ф. Воронкова сообщает, что в ходе сражения: «Филипп прорвался к Атею. На мгновение их взгляды встретились. Глаза старика были полными горя и ненависти. Он замахнулся мечом, рванувшись к Филиппу. Но Филипп двинул на него коня и одним метким ударом сариссы убил царя. Битва закончилась». В действительности данный эпизод является надуманным и источники не сообщают никаких подробностей произошедшего сражения.
В научной литературе высказано мнение, согласно которому Филипп двинулся в поход на скифов вдоль берега моря во главе небольшого мобильного корпуса, не отягощенного обозом. Численность македонской армии исследователи оценивают в пределах от трех до тридцати тысяч. А.А. Клейменов обозначает ее в пять – семь тысяч воинов, но я считаю подобную численность явно заниженной не потому что, по сообщению Орозия: «Филипп всеми силами обратился к скифской войне», а по причине благоразумия царя Македонии не осуществлять поход со столь ничтожными силами против подвижной и многочисленной конницы скифов.
Отдельные исследователи считают, что Атей не был царем всей Скифии, а являлся всего лишь правителем небольшого племенного образования. Его столица находилась в Каменском городище, в двадцати двух километрах от города Никополя на территории современной Днепропетровской области на Украине. В двухстах километрах западнее от городища располагается Чертомлыкский могильный курган, который, по мнению ряда украинских историков, является местом погребения Атея. Появление скифов Атея за пятьсот километров западнее от своей столицы в устье Дуная было обусловлено его попыткой расширить свои территориальные владения.
А.А. Клейменов предполагает что: «Царство Атея, видимо, являлось относительно небольшим политическим образованием в Западном Причерноморье, в районе Буджакской степи и Добруджи, а не обширнейшей державой, объединяющей все скифские земли от Придунавья до Приазовья, как указывают некоторые исследователи. Специалисты приходят к заключению о близком контакте противоборствующих сторон, полагая, что подобный сценарий был скифам навязан Филиппом. Вместе с тем косвенные данные дают возможность допустить, что сам Атей предпочел встретиться с врагом в ближнем бою. Однако, как бы то ни было, перед нами описание яростного сражения, в ходе которого скифы осуществили натиск на македонян. Возможно, в начальной фазе боя имела место атака возглавляемой Атеем отборной конницы. Ее успешное отражение вместе с гибелью скифского царя стало переломным моментом в сражении. Как справедливо предполагает В.Д. Блатавский, Атей прибег к использованию обычных технических приемов скифов, недостаточно эффективных для сокрушения сомкнутого строя македонской тяжеловооруженной пехоты».
Для меня также маловероятно, чтобы 90-летний Атей принимал непосредственное участие в сражении с войском македонян. В подобном возрасте физическая активность человека становится ограниченной и скифский царь должен был осознавать это. Напомню, что по одной из версий Чингисхан умер в результате падения с лошади. Согласно этой гипотезе, во время охоты на куланов его конь поднялся на дыбы и 65-летней полководец упал на землю, сломав себе кости. Учитывая огромное количество пленных, царь скифов мог быть захвачен в плен и затем убит за проявленное им вероломство в отношении несоблюдения условий заключенного договора с Филиппом.
Античные источники сообщают, что нумидийский царь Масинисса умер на девяносто втором году жизни, сохранив до последней минуты свои физические и умственные силы. Но при этом они ничего не пишут о его непосредственном участии в ведении боевых действий против карфагенян в конце своего длительного правления. Относительно Атея, по моему мнению, его участие в битве с македонянами могло свестись исключительно к роли стороннего наблюдателя за ходом сражения и осуществлением командования за маневрами скифской конницы. А конное нападение скифов на македонян Филиппа мог возглавить сын Атея.
