1968 год, Вьетнам. Несколько молодых солдат прибывают в подразделение, которому поставлена задача обследовать ближайшую сеть партизанских тоннелей. В ходе миссии всё идёт наперекосяк, когда солдаты сталкиваются с противником. А пока они отрезаны от поверхности, на базу начинается наступление противника...
В знаменитом фильме «Форрест Гамп» во Вьетнамских эпизодах есть один очень уморительный гэг, когда Форрест с восхищением рассказывает: «Во Вьетнаме всегда было чем заняться» - и в кадре лезет в тоннель. Вероятно, не всякий зритель поймёт, в чём суть этого эпизода, а если поймёт - в глазах может потемнеть. Дело в том, что в этот момент герой исполняет роль «туннельной крысы» - это было неофициальное название для подразделений США, которые осуществляли боевые действия в подземных туннелях, вырытых вьетнамскими партизанами. Ирония эпизода в том, что эти подразделения были в числе первых по количеству потерь.
Как ни странно, но 250-километровая разветвленная сеть тоннелей Кучи в кинематографе нашла самое минимальное отображение. Скорее их присутствие стало непременным атрибутом в играх про войну во Вьетнаме - во Vietcong можно было сойти с ума от постоянного непонимания, куда сворачивать и ощущения, будто уровень не закончится никогда; в Conflict: Vietnam можно было проклясть всё, пока набегающие в тоннели гуки мешали спокойно заминировать склады. Немецкий кинематографист Уве Болл, как большой любитель видеоигр (с 2003 года радующий мир их экранизациями), вероятно, что-то из перечисленного опробовал, поскольку заинтересовался именно темой «туннельных крыс», основательно изучил вопрос по книгам и документальным фильмам, после чего решил снять кино, посвящённое этому эпизоду войны во Вьетнаме.
Причём, Болл настолько увлёкся, что решил предложить игрокам полноценный опыт погружения в роль «туннельной крысы» и выпустил через год игру Tunnel Rats: 1968. Итог закономерен - студия разработчик Replay Studious обанкротилась, когда игра Болла и их стэлс-экшн Velvet Assassin провалились. Хотя и не сказать, что игра была совершенно скверной (обзор - тут) - и невольно задумываешься о том, какая была бы судьба у неё, или же у фильма «Туннели смерти» (оригинальное название - то же, что у игры), если бы с ними не было связано имя Уве Болла, который ещё в 2000-ые стал считаться «худшим режиссёром», «новым Эдом Вудом», хотя в действительности его кино хоть и скверно сделанное, но довольно безобидное, особенно если сравнить с некоторыми опусами признанных мастеров. Глядя из дня сегодняшнего Болл вообще может показаться вторым Спилбергом в сравнении с, например, Сариком Андреасяном.
В общем, к просмотру «Туннелей смерти» приступаешь без единой скептичной мысли, без какой-либо предвзятости. После кровавого пролога фильм знакомит нас с главными героями. Из знакомых лиц только двое - любимчик Уве Болла Майкл Паре в роли брутального лейтенанта Холлоуборна, да ныне знаменитый ролью Меченого при Сорвиголове Уилсон Бетел в своей первой кинороли после пары эпизодических появлений в сериалах. Отсутствие узнаваемых актёров - не проблема при хорошем режиссёре и толковом сценарии - вспомните «Высоту «Гамбургер» Джона Ирвина. Увы, Уве отдал историю на откуп импровизации молодых актёров, поэтому первые полчаса просто слушаем какие-то невнятные разговоры бойцов друг с другом.
А дальше начинаются кошмары. Герои по очереди спускаются в глубины тоннелей, где не так идёт практически всё. Съёмки в режиме замкнутого пространства - это определённый вызов для оператора. Постоянный соратник Болла Матиас Нойман явно не справляется. А из того, что наснимали с одними лишь фонариками в качестве освещения не получается смонтировать и чего-то складного. Впрочем, это кино - не про тактику боевых действий в таких адовых условиях. Оно всецело - про смерть. И происходящее в тоннелях по сути сводится лишь к очередному эпизоду гибели напоровшегося на гука американца. Снять это всё-таки можно было и лучше - не шибко вразумительный «Погребенный заживо» и то смотрелся чуть бодрее.
А тем временем наверху тоже ничего, кроме смерти. Солдаты кучкуются рядом друг с другом, чтобы в критический момент противнику было проще стрелять по этой толпе. Лагерь, который почему-то изображён как пара палаток, разбитых посреди леса без периметра заграждения и без колючей проволоки, естественно становится лакомой добычей для вьетконговцев. Лейтенант успевает вызвать огонь авиации по своим позициям (классика жанра) - и к ночи бомбардировщики всё-таки поливают это безобразие компьютерным взрывом. Единственный уцелевший - везунчик, в которого не попадают с пары десятков метров.
Всё это приправлено щедрым гуро в виде торчащих из под кожи позвонков, отрывающихся конечностей и даже туловищ. Не отставать в кровавом безумии Болл пытается и внутри тоннелей, где одному из героев для расчистки прохода приходится заняться расчленением гука. При этом нельзя сказать, что всё это однозначно из рук вон плохо. Во-первых, апокалиптический эмбиент Джессики Де Руйи нехило задавал атмосферу в игре - и тоже самое делает здесь. Во-вторых, «Туннели смерти» всё-таки имеет ярко выраженный антимилитаристский посыл, который выражается в демонстрации войны как череде кровавых ужасов и полном отсутствии какой-либо надежды - вышедший в том же году «Тобрук» орудовал теми же приёмами.
Пожалуй, справедливо отметил кто-то из критиков, что если бы этот фильм был снят в 80-ых, то скорее всего стал бы классикой, а Болл - оскароносцем. Хотя в этом заявлении и присутствует тень иронии, но жанр «войны во Вьетнаме» от бескомпромиссно обличительных исповедей постепенно эволюционировал, сменив интонацию на более сочувствующую по отношению к её участникам. Вечно корить страну за бессмысленную бойню банально не позволила бы кассовая отзывчивость, поэтому постепенно Вьетнамские джунгли исчезли с экранов, оставив лишь ветеранов, которые продолжали воевать уже с мафией и прочей несправедливостью. В новом веке от былых претензий на правду не осталось и следа, и на фоне новой экспансии на США стали куда больше востребованы фильмы, воспевающие сынов отечества. Даже если представить, что «Туннели смерти» были бы не связаны с именем Уве Болла, это кино в год своего выхода всё равно оказалось бы никому не нужным. Потому что не предлагает какой-то рефлексии относительно прошлого, ни проводит параллелей с днём сегодняшним, не предлагает в принципе ничего нового, кроме дюжины кровавых картин, от которых фильм больше воспринимается как сумма впечатлений автора от погружения в тематику. Если так - то было бы хоть пристойно снято, но увы, это не про Уве.
Подписывайтесь и пишите в комментариях, что думаете о фильме!