🔥Итак 2 часть началась! Фобос украден. У Ивана неделя до катастрофы.
ЧАСТЬ 2. ПОСЛЕДНЯЯ ШУТКА
Глава 1. Пустой кейс
Иван нагнал беженца у старого моста через замерзшую реку.
Тот бежал плохо. Сбивал дыхание, путался в разбитых ботинках, то и дело оглядывался. Кейс с Фобосом болтался у него за спиной. Тень от фигуры прыгала по бетонным плитам, и Иван легко читал траекторию — вор двигался к юго-востоку, туда, где начинались трущобы и блошиные рынки.
— Стоять! — крикнул Иван. Голос прозвучал глухо — в ушах все еще звенело после взрыва.
Беженец прибавил шагу.
Иван вскинул «Осу». Оставалось два заряда. Не убить — предупредить. Он выстрелил в воздух. Звук ракетницы резанул по ушам.
Мужик споткнулся, упал лицом в снег. Кейс отлетел в сторону, ударился о камень и открылся. Изнутри вывалилась поролоновая прокладка и… ничего. Пустота.
— Где? — Иван подошел, наставил револьвер на затылок лежащего. — Где ампула, падаль?
Мужик перевернулся на спину. Иван узнал его. Молодой, лет двадцати пяти. Лицо в угрях, нос сломан. Форма Легиона, но без знаков различия. Глаза бешеные, бегают.
— Нет, нет, послушай! — затараторил он. — Меня обманули! Я думал, это просто деньги! Он сказал — забери кейс, выкини в снег, и всё! Я не знал, что там…
— Кто сказал?
— Не знаю имени! Из «Красных Волков», кличка Копченый. Сказал, если принесу кейс пустым — даст патронов и воды. А я… — он всхлипнул, — у меня мать больна, она в Сургуте, мне нужно…
Иван опустил револьвер. Он видел таких сотни. Люди продают всё — детей, чужую кровь, последнюю надежду — за глоток чистой воды или горсть патронов. Этот просто оказался дешевле других.
— Артефакт где?
— Копчеёный забрал. Сказал, передаст «Шуту». Крису.
Иван выругался. Крис Маккейн. Красные Волки. Да блять... Если Фобос у него — считай он уже на полпути к водной станции. Только Крису не нужен театр с медленным отравлением. Он рубанет по живому. Громко. Смешно. Чтобы город горел и люди бежали в панике.
— Вставай, — сказал Иван. — Поведешь меня к Копченому.
Беженец поднялся. Встал на ноги, пошатнулся. Посмотрел на реку. Лед толстый, серый, смешанный с пеплом. Вода под ним черная и холодная. Там, за пять метров от берега, — промоина. Пар валит.
— Нет, — прошептал мужик. — Не надо. Он меня убьет. Копченый сказал: если я приведу хвост — застрелит как собаку.
— А я тебя застрелю здесь, — спокойно ответил Иван. — Выбирай.
Беженец посмотрел на него. В глазах — отчаяние. Потом перевел взгляд на реку. На пар, идущий из промоины.
— Знаешь, — сказал он вдруг тихо, — моя мать все равно умрет. Радиация сожрала ей легкие. Я несу ей воду с того берега, чистую, через патрули… — Он сделал шаг назад. — Думал, патронов добуду, куплю лекарство.
— Не прыгай, — предупредил Иван. — Вода там ниже нуля, но ты утонешь сразу. Течение утянет под лед.
Мужик улыбнулся. Криво, беззубо.
— А ты бы что сделал, курьер? — спросил он. — Отдал меня Штейну? Или Крису? И там, и там — смерть. Только эта — быстрая.
И он прыгнул.
Раздался треск льда, всплеск. Голова мелькнула на секунду — рот открыт в беззвучном крике — и ушла под лед. Течение подхватило. Через три секунды только круги на черной воде и пар.
Иван стоял, сжимая револьвер. Потом опустил руку. Выдохнул облако пара.
— Дурак, — сказал он в пустоту. — Легкая смерть — это когда нет выбора.
Он подобрал пустой кейс, сунул под мышку, и пошел назад, к бункеру. Нужно было доложить Штейну.
Хороших новостей не было.
Глава 2. Шахматная доска
Штейн дождался его в тамбуре бункера. Рану перевязали — через пальто, наспех, но кровь не шла. Сержант с глушилкой стоял у входа, вглядываясь в серую мглу.
— Труп? — спросил Штейн, кивнув на пустой кейс.
— В воде. Артефакта нет. У Криса. — Иван бросил кейс к ногам командира. — Ваш человек оказался дураком и бегунком. Он думал, что просто ворует пустую коробку для «Красных Волков». А ему подкинули игрушку.
Штейн молчал. Снял очки, протер. Лицо его было серым — не от боли, от мысли.
— Крис Маккейн, — повторил он, словно пробуя имя на вкус. — Что ему нужно?
— Не театр, — ответил Иван. — Он не будет тихо капать Фобос в резервуары. Он взорвет водную станцию. «Ворота Севера-4».
Рука Штейна повисла в воздухе. «Ворота Севера-4» — главный водный узел Анклава. Пятьсот тысяч человек зависят от него. Тюмень, Тобольск, Ханты-Мансийск, полсотни лагерей и поселений. Если станция падет — за месяц вымрет половина населения. Вторая половина умрет от жажды и драк за грязную воду.
— Откуда информация? — спросил сержант.
— Парень перед смертью сказал. И я знаю Криса. Он не умеет тихо. — Иван подошел к стене, прислонился спиной к бетону. — Он подставит Владимира. Чтобы СМП думала, что «Черный Череп» устроил диверсию. И пока они будут грызться, Крис расстреляет станцию из минометов или подорвет дамбу. Всё равно — результат один.
В тамбуре повисла тишина. Слышно было, как где-то далеко капает вода. Или кровь.
— Что предлагаешь? — спросил Штейн.
— Я пойду за артефактом. Один.
Сержант хмыкнул.
— Ты псих, курьер. У Криса база на старом ипподроме. Сто пятьдесят бойцов, пулеметы, гранатометы, минные поля. Его логово.
— Я знаю тропы, — ответил Иван. — Блошиные рынки, контрабандистские схроны. У меня есть должники среди торгашей. Меня знают. Я приду как покупатель. Скажу, что хочу купить «энергетический кристалл» для зарядки боевых дронов. Крис любит такие дорогие игрушки. Он сам захочет встретиться.
Штейн усмехнулся. Жестко.
— И что ты ему скажешь? «Отдай Фобос, дяденька»?
— Скажу, что Владимир передумал и хочет выкупить свой товар. Дорого.
— А если Крис не поверит?
Иван пожал плечами.
— Тогда мы оба умрем. Но у тебя, Штейн, есть плюс. Если я не вернусь — ты скажешь СМП, что Иван Ларин работал на Легион и погиб, пытаясь спасти воду. Ваш герой. А моего брата Сашу ты получишь на крючок — он же захочет отомстить «Красным Волкам». И ты его завербуешь.
Штейн долго смотрел на него. Потом кивнул.
— Ты циник, Ларин.
— Я курьер.
— Хорошо, — Штейн достал из кармана пальто небольшую карту — на ткани, промасленной для защиты от влаги. Развернул. — Вот схема подходов к ипподрому. Наши дроны засняли три недели назад. Здесь — мины, здесь — растяжки, здесь — посты. Я даю тебе отряд. Троих лучших легионеров. Пятерых, если хочешь.
— Не надо. Один я быстрее.
— Не спорь. — Голос Штейна стал твердым. — Если ты спасешь воду, Легион признают властью. Твой брат поймет, что СМП — гниющая тварь. И мы перевернем эту гнилую систему. Ты будешь не курьером, а героем.
— Герои дохнут первыми, — буркнул Иван.
— Значит, будешь вторым.
Они ударили по рукам.
Через два часа Иван стоял у своей «скорлупы», проверял автомат и жевал сухой паек, запивая мутной водой из фляги. В кузове копошились трое легионеров — молчаливые, с пустыми глазами, под стать бойцам, которые видели всё и не боятся уже ничего.
— Имя мне ваше не надо, — сказал Иван, залезая в кабину. — Делайте, что говорю. Если кто высунется без команды — пристрелю сам.
Сержант с глушилкой, которого звали Ворон (потому что он каркал перед боем), кивнул и полез в кузов.
Машина завелась с третьей попытки.
Иван вырулил на трассу, повернул на восток — туда, где в пелене снега и пепла маячили трубы старого ипподрома.
🥹Логово Криса Маккейна ждало его.
💬 Что будет дальше? Подпишитесь❗
📚 Часть 1: [тык]