Вика пришла на встречу ровно в назначенное время. Маленькое кафе у входа в центральный сквер было почти пустым – только за дальним столиком сидела пожилая пара, да у окна с кем-то разговаривал по телефону небритый официант. Тамара уже ждала её. Рядом с ней сидела Нина Александровна с непроницаемым хмурым лицом и плотно сжатыми губами. Вика села напротив них. Сердце её колотилось, руки дрожали, но она старалась держаться ровно. Забыв поздороваться, она посмотрела на врача и спросила тихо: – Это правда? Ярик не мой сын? Нина Александровна отвела взгляд в сторону, но через мгновение взяла себя в руки. Она открыла папку, которая лежала перед ней, и достала документы. Бумаги были настоящими, с печатями, с подписями. Она протянула их Вике. – Ваш ребёнок умер в первые часы после родов, – сказала она ровным, почти безжизненным голосом. – У вас с ним был резус-конфликт. Его не удалось выявить вовремя. Именно поэтому беременность протекала так тяжело. Даже странно, что она не прервалась в са
Публикация доступна с подпиской
Премиум