Гидросамолет или машина, умеющая плавать, представить себе довольно легко. А вот танк, способный раскалывать лед, это совсем другое. Такая идея родилась в головах советских изобретателей, и она поражает воображением до сих пор.
О том, зачем в СССР планировали создавать этот удивительный гибрид, мы сейчас и поговорим.
Север зовет, но не всех пускает
Арктика это настоящая сокровищница полезных ресурсов и огромное пространство для научных открытий. Там бескрайние просторы, почти нет городов и очень мало животных. Казалось бы, рай для развития. Однако в этом месте скрыта серьезная проблема, о которую разбивались многие начинания.
Почему Арктика не прощает ошибок
Вечная мерзлота и отсутствие густонаселенных пунктов делают строительство дорог практически невозможным. На огромной территории Заполярья нет ни нормальных трасс, ни асфальта.
В 1930-е годы, когда только зарождалась эта дерзкая мысль, дорог было еще меньше. Самолеты уже рисковали летать к Северному полюсу, но это были единичные героические вылазки, а не регулярные рейсы. Вертолетов, без которых сегодня невозможна арктическая логистика, тогда просто не существовало. Вот почему лучшие умы Советского Союза искали необычный способ передвижения за полярным кругом.
Как танк собрались мирить со льдом
В 1937 году профессор Георгий Покровский опубликовал в журнале «Техника молодежи» удивительную идею. Он предложил создать самый безобидный танк в истории человечества. У этой машины не было задачи крушить врагов, ей предстояло возить грузы.
По замыслу профессора, конструкторы должны были соединить ходовую часть танка с корпусом корабля. Ведь в Северном Ледовитом океане лед и вода постоянно меняются местами. Покровский здраво рассудил, что арктической машине совершенно ни к чему толстая броня и мощная пушка. Отказ от этих элементов давал огромный бонус к плавучести. Лучше использовать освободившийся вес для топлива и полезных вещей, рассуждал он.
Вдохновение из Франции и смелые тоннажи
Профессор был восхищен французским тяжелым танком Char 2C. Вес этой махины достигал 75 тонн. Это служило для Покровского наглядным доказательством: строить огромные машины можно и нужно. Не только мелкие Т-26, а настоящих гигантов. Даже советский Т-35 был крупным, но француз все равно оказался больше, поэтому Покровский в своей статье ссылался именно на него.
Инженер заявлял, что полярный танк может весить несколько тысяч тонн. И в этом не было фантастики. Люди уже умели спускать на воду суда водоизмещением в десятки тысяч тонн.
Как ледокол собирался переползать через препятствия
Покровский объяснял, что такой корабль на гусеницах станет идеальным ледоколом. Если не удастся сломать льдину ударом, машина просто переползет через нее, что обычному судну не под силу.
Профессор был уверен, что караваны подготовленных танко-судов смогут ходить кратчайшим маршрутом через Северный полюс до самой Америки, а заодно водить за собой обычные корабли. Но на этом фантазия не остановилась.
Арктический авианосец на гусеницах
Изобретатель пошел дальше и предложил сделать из гигантского танка настоящий авианосец. Поднявшись на борт, самолеты могли бы вести ледовую разведку, искать терпящих бедствие полярников или отправлять срочные письма. Запустить самолет предполагалось при помощи катапульты, как это делали на крейсерах. В крайнем случае машину можно было поднять краном и отправить прямо с ледяного поля, оборудовав для этого подходящую площадку.
Почему мечта осталась на бумаге
Идея Георгия Покровского не была чем-то абсолютно нереализуемым. Проект имел все шансы на жизнь. Но время вышло неудачным. К моменту выхода статьи в Европе уже отчетливо пахло порохом. Все ресурсы страны бросили на создание настоящих боевых танков для поля сражений.
А гражданская война в Испании показала, что старые модели устарели. Нужна была срочная модернизация и броня, способная держать удар снарядов. А потом, когда отгремела Великая Отечественная война, на сцену вышли атомные ледоколы и надежные вертолеты.
Они решили все логистические проблемы Арктики. В грозном арктическом танке-ледоколе надобность отпала сама собой, и он так и остался смелой, очень красивой мечтой советских инженеров.