Для кого-то — кинозвезда, для кого-то — мем эпохи, а для очень многих — человек, через которого в западный мир когда-то вошёл настоящий вкус к БУГЭЙ, к самодисциплине, к прямоте удара, к мужскому достоинству без лишней болтовни. В нём было то редкое качество, которое по-японски хочется назвать 胆力 (ТАНРЁКУ) — внутренняя собранность, не шумная, не показная, а настоящая. Такие люди уходят не в пустоту. Они остаются в памяти, в старых фильмах, в интонации целого поколения. Светлая память.
合掌。(ГАССЁ: .)
Для кого-то — кинозвезда, для кого-то — мем эпохи, а для очень многих — человек, через которого в западный мир когда-то вошёл настоящий вкус к БУГЭЙ, к самодисциплине, к прямоте удара, к мужскому достоинству без лишней болтовни.
В нём было то редкое качество, которое по-японски хочется назвать 胆力 (ТАНРЁКУ) — внутренняя собранность, не шумная, не показная, а настоящая. Такие люди уходят не в пустоту. Они остаются в памяти, в старых фильмах, в интонации целого поколения.
Светлая память.
合掌。(ГАССЁ: .)