Так называется четвертая книга Виктора Васильченко
Виктор Васильченко – житель Бражного, бывший директор сельхозпредприятия «Канская сортоиспытательная станция» (в прошлом – совхоза «Заветы Ильича»). В четвертой книге «Сначала были они» Виктору Васильченко удалось восстановить свою родословную по линии матери.
Виктор Иванович написал прекрасную книгу, которая рассказывает о жизни страны и малой родины через историю своего большого рода. Здесь собраны воспоминания и о мирной жизни, и о трудовом подвиге, и, конечно же, о военном периоде. Мы выбрали несколько эпизодов, связанных с Великой Отечественной войной.
<…>
Вспоминая фронтовиков и говоря о широте их души, о том, что, пройдя через пекло такой войны, думаешь, что, израненные телом и душой, тем не менее они остались людьми. Они – наша гордость и пример для подражания. Судьба моего дяди, двоюродного брата матери, вообще остается за гранью моего восприятия, понимания предела возможности человеческой души.
После общения с Шуканом (так чаще всего называли его) лично я хотя бы один день, подражая ему, старался говорить степенно, загоняя в голос немного хрипотцы. Моя мать, вспоминая о Кольке предвоенного времени, всегда смеялась, говоря о том, что, будучи пацаном, он был хулиганистым и приличным шалопаем.
<…>
Мне удалось разыскать документ, в котором говорится о мужестве и отваге, проявленной нашим дядей Колей в боях на реке Днепр. В одной из вылазок 16 января благодаря его находчивости и смелости группа без потерь возвращается с боевого задания, захватив языка. В ночь на 10 февраля 1944 года, во время вылазки в тыл врага, на правый берег реки Днепр, будучи командиром группы захвата, огнем своего автомата уничтожил 2-х солдат противника, в этом бою он был тяжело ранен. Пройдя лечение в госпитале, снова возвращается в свою часть. После освобождения Донбасса дивизия принимала участие в форсировании Сиваша и освобождении Крыма. 10 мая 1944 года 33-я ГСД за освобождение Севастополя получила Благодарность Верховного Главнокомандующего, и ей было присвоено почетное наименование «Севастопольская». В середине июля дивизия перебрасывается, теперь уже в Прибалтику. В наступательных боях в Восточной Пруссии (октябрь 1944 г.) дивизия первой перешла государственную границу, за что получила Благодарность от Верховного Совета 2-й гвардейской армии. За штурм Кенигсберга 33-я награждена орденом Суворова II степени.
В июле 1975 года я две недели пробыл в городе Калининграде, бывшем Кенигсберге. Укрепления, которые я посмотрел, даже если на них просто смотреть, наводят жуть.
Мы встретились с дядей Колей в августе, меня провожали в армию, и выйдя в ограду покурить, я рассказывал о том, как ходил в Калининграде в зоопарк и на 5-й форт. «Как эту каменную громаду, окруженную рвом с водой, можно было взять штурмом?» – рассуждая, спросил я. До этого я не знал, что дядя Коля был участником штурма этого бастиона. Он докурил свою папиросу и, вздохнув, с обычной хрипотцой в голосе сказал:
– Эх, Витька, знаешь, сколько там наших ребят полегло? – и ушел в дом.
Если бы не этот случай, я, его племянник, так бы и не узнал, что его отделение разведки, в составе штурмовой группы билось с врагом на улицах этого города. Этот город, город-крепость, по заверению фашистских генералов, никто, никакая армия в мире никогда не сможет захватить. Ни осадой, ни штурмом, учитывая вооружение того времени. Но они не знали, что у русского солдата было неимоверное мужество. Понадобилось всего несколько дней, и она была взята. Но на каждой площади этого небольшого города, почти на каждом его перекрестке – братские могилы, с сотнями, тысячами имен наших русских солдат.
В рядах 33 СГД сержант Шуканов Николай Федорович прошел долгий и трудный путь от Сталинграда до Кенигсберга длиной в 8 тысяч километров. Дивизия прошла его с боями, потеряв на этом пути до 97% своего состава. В ее рядах в разное время сражались 17 Героев Советского Союза и 17 Кавалеров ордена Славы. Около 20 тысяч гвардейцев-десантников получили высокие награды Родины.
<…>
В 2009 году, будучи в Белгороде, я был на месте одного из самых великих танковых сражений мировой войны, под Прохоровкой. Где-то по этим полям проходил боевой путь брат моей матери Николай Шуканов. На его долю выпало две войны. После боёв на западном фронте их дивизия была переброшена на восток, где ему пришлось еще повоевать. Шуканов после одного из заключительных боёв, похоронив двух друзей, с которыми прошёл половину боевого пути, трижды раненный, один раз очень тяжело, в грудь, и контуженный в нервном запале застрелил двух пленных японцев. К нему, нашему дядьке, отнеслись со всей строгостью законов того времени. Осуждённый и лишённый всех боевых наград, он вернулся в круг нашей семьи только в середине пятидесятых. Уже после смерти, через тридцать лет после неё, он был полностью реабилитирован.
С катушкой проводов, служа в роте связи, пол-Европы прошагал муж сестры моего отца – Николай Сухарев. Под пулями и снарядами врага он пробежал и прополз столько километров, сколько некоторые автолюбители не пройдут за свою жизнь. Зубами провода не держал, но один раз пуля обожгла в такой момент, когда руки нужны были для того, чтобы остановить кровь: связь в тот момент была важнее его жизни. Как это расценить современными мерками? Как это расценивалось мерками того момента? Вопрос, на который мы сейчас не сможем ответить так, чтобы были удовлетворены все. Но он в тот момент даже и не думал об этом. Это был его долг, долг солдата, связиста – обеспечить связь. А она чаще всего и нужна была в такой важный для исхода боя момент. Так его и нашёл товарищ: с проводами, которые он не смог хорошо соединить и держал руками, без сознания, от большой потери крови. А потом уже он провожал домой того товарища, которому отрезали перебитую осколком ногу вместе с сапогом, так как собирать там было нечего.
Потом, приехав домой, они совершали уже другие подвиги. Их жизни, вернее их руки, нужны были разрушенной стране. Ведь и так четыре года огромную страну тащили на своих плечах старики, женщины и дети. В годы моего детства только в нашей небольшой деревне жили десяток женщин, которых звали Казимириха, Блиниха или Иваниха. Их мужья не вернулись с фронта или умерли в первые послевоенные годы от ран. И они, ещё не старухи, жили с 15-20 летними детьми, которых родили перед войной, так и не вышли замуж, да и не за кого было. Прошли годы, как мы проводили в последний путь своих родных фронтовиков. Уже больше семидесяти со дня победы, когда флаг был водружён над рейхстагом. Но мы помним имена воинов, принесших нам победу.
Вечная им память!
Место хранения книги: Центральная городская библиотека им. А. П. Чехова – краеведческий фонд.
Подготовил Александр Шестериков.
