Посмотрела кино еще страшнее “Получеловека” - наш “Коммерсант”.
Абсолютно жуткое для меня во всех смыслах - я про историю, а не про фильм, он-то как раз сделан классно. Главное его достоинство, конечно - хронометраж: полтора часа - шик, и вот пожалуйста, сумели же рассказать все за это время, не понадобилось три часа тюремных страданий.
Хрон придает фильму компактность, ритм, драйв и сглаживает какие-то внутренние неровности и провисы. Но и сама манера повествования способствует: резкие склейки, смена художественных кадров документальными, цветовая гамма коньяка с болотной гнилью и эта Матросская тишина, микрокосм в центре Москвы, собственный мир в мире, полный насилия и понятий.
И вот это-то и жутко - для меня как очевидца той эпохи. Вижу, что в Тиктоке разгоняется тема: “Коммерсант” - современный “Граф Монте-Кристо”. И от того, что это ложится на сегодняшние настроения, и грустно. Эдмон Дантес не воровал 60 миллиардов у государства. Не предоставлял никаких мутных схем. Не хапал ртом и жопой вместе с чиновниками. Это был честный чувак, которого подставили из-за невесты и зависти. И такая подмена понятий прям пугает и смахивает на то, что произошло с балабановским “Братом”. Октябриныч бичевал и обнажал пороки - а народ создал себе кумира, в котором остро нуждался. И то, что теперь у нас вот такой Монте-Кристо, навевает на безрадостные мысли. Равно как и то, что всех очаровал персонаж Хаски - назначенный братвой смотрящий, который следит за понятиями и раздает по ним. Я-то, человек из Сибири и 90-х, хорошо с этим миром знакома и никакой по нему ностальгии или очарования не испытываю. Просто до какого же днищного контраста мы опять дошли, что понятия вновь сильнее закона.
К очевидным провалам: роль Елизаветы Базыкиной могла бы сыграть любая актриса - потому что роли нет. Условная жена героя, нимфа в белоснежных одеждах, хрупкая мать его дитя - стоило ли так стараться, могли бы тупо взять ИИ, чем мучить актрису. Все равно вам в этом брутальном мире женщина оказалась не нужна и не интересна.
Плюс герой Петрова: все трансформации у него внешние, внутри же с ним почти ничего не происходит. Был такой хорошка, ну подумаешь, вместо книжек зарабатывал офшорами, так ведь по-приличному, многого не хотел, верность жене хранил, семьянин, друг, человек приличный, в бога разве что немного поверил (и в Хаски). Его Андрей Рубанов плывет по всему, что с ним приключается, с распахнутыми от ужаса глазенками, и только декларирует, что из тюрьмы выходит другим человеком. Он вот вышел ровно тем же, что и вошел - чудо господне, не иначе.
Но это с одной стороны. С другой - дорогая Илона формулирует правильную мысль: в фильме для его героя есть точка падения - когда он соглашается хапнуть больше и вступить в аферу. В принципе, этой мелочи хватает, чтобы все понеслось в ад для всех. И крошечный подвиг героя - выйти из тюрьмы человеком, которым он в нее когда-то и вошел.
Тут хотелось пошутить шутку про то, сколько Александр Петров уже “отсидел” в кино по совокупности ролей, но лучше пожелаем Александру испытывать этот опыт исключительно в кино.
В общем, это борзое молодое кино (и короткое!) очаровывает, как Хаски, но при раздумывании находишь в нем то один изъян, то другую трещину. Что не отменяет вашей задачи сходить самому и посмотреть самому: хотим мы того или нет, а сегодня именно “Коммерсант” - явление и живописание страны, вновь состоящей из бывших и настоящих зэков.
