2026 год принёс государству Рассейскому новые проблемы и новые тревоги. Даже самые отъявленные оптимисты перестали верить в чудо. Да и какое может быть чудо, коли Государь наш не кудесник. Пятый год уж бьётся Рассея-матушка с ворогами заграничными. И колом их бьёт и мотыгой и дубиной ореховой, а им хоть бы хны. Ничего их не берёт, проклятых. Грозят нам кулачками своими, ножками притоптывают, слюнями брызгают, ажно чуть не захлёбываются. Может дубинушку взять поувесистее? Да по самой головушке? Ну, так не нам, холопам неразумным, энто решать, есть на то люди государевы. Пекутся они о Родине нашей денно и нощно. Думу думают, как ворога победить, при этом продавая ему газ и нефть. И рыбку съесть и косточкой не подавиться. Война войной, а бизнес делать надо.
А тем временем жизнь в княжестве Анапском шла своим чередом. Промчались шальные времена мазутные, закончившиеся бегством князя Анапского в места безызвестные, ушли в небытие месяцы безвластные. Оказалось княжество на пороге перемен. Явилась ему княгиня новая, доколе неизвестная.
Сидят на пригорке два мужичка. Один седовласый, с бородою до пуза, в телогреечке замызганной, штанах рабочих, сапогах кирзовых да шапке-ушанке. Хоть и март на дворе, да ветра-паскудники дуют, аж до костей продувают. Второй помоложе. В пальтишке сереньком, кепчоночке-восьмиклинке, шароварах красных да кедах заморских. Ну, одно слово - франт. Сидят оба на лавчонке деревянной, цибарки свои потягивают, да на дорогу поглядывают. А по ней карета знатная, вся расписная, да с позолотою, двумя конями запряжённая, с кучером в ливрее шёлковой. По всему видно – знать какая-то едет. Поравнявшись с мужиками карета остановилась, кучер махнул им рукой и крикнул:
- Эй, любезные, как в княжество Анапское проехать?
- Дак прямёхонько и езжай, никуды не сворачивай, в него и упрешься, - ответил ему старик.
В это время из окна кареты показалась женская голова. Вся напомажена, прическа домиком. Смотрит на мужиков с хитрым прищуром. Ну, ни дать, ни взять барыня. Щёчки пухлые, губки алые, глазки бегают туды-сюды, туды-сюды. Присмотрела мужичка помоложе и кличет:
- Поди ко мне, молодец. Ты чей же будешь?
- Дак местный, я барыня.
- А как делишки в княжестве вашем? Всё ли хорошо, не обижает ли кто?
- Дак обижать-то некому. Покинул нас князь Анапский, убёг, ажно пятки сверкнули. Прозябаем мы як сироты казанские, некому об нас позаботиться. А Вы ж откель к нам? Что-то не признаю я Вас.
- Хозяйка а ваша новая, хлопец, еду из Великого Княжества Крымского на земли Анапские.
- А что ж на старом месте не сиделось? – спросил мужичок, да тут же подзатыльник схлопотал от старика.
- Ты как с княгиней разговариваешь, дурень, а ну кланяйся ей в пол, - пробурчал старик франту и сам поклонился, - не серчай на него, матушка, молодой ещё, жизни не ведает.
- Ничего, старче. Время будет, научим его. А пока, за княжество примемся. Много делов в ём сделать надобно. Поеду я, соколики, времени мало. Гони, Петро!
Кучер взмахнул вожжами, хлестнул коней, и покатила карета в сторону княжества Анапского, только пыль столбом. Смотрят мужики вслед, а на карете той гриб нарисован – мухомор. К чему бы это?
- Что энто сейчас было? – спросил молодой у старика.
- Дык кто ж его знает. Новая власть холопам ничего хорошего не несёт. Как сказал один киногерой - чует моё сердце, что мы стоим накануне грандиозного шухера.
Вернулись мужики на свою лавочку, снова закурили, примолкли, каждый в своих думках. Молодой снова посмотрел в сторону княжества, прищурился, мотнул головой, ещё раз, получше всмотрелся.
- Энто ещё что за напасть? – воскликнул франт и указал деду рукой на дорогу, по которой с земель Анапских двигалась какая-то серая масса.
Тот пригляделся и сплюнул себе под ноги.
- Крысы побежали. Да как кучно. Видать, барыня до княжества добралась. Новая метла по-новому метёт.
- Так энто что ж, мы теперь хорошо заживём? – наивно спросил молодой.
- Эх, братец, не торопись. Может она своих грызунов завезёт, кто знает. Будем посмотреть. Не зря же её с Великого Княжества Крымского к нам сослали. Тут, брат, политика. А нам политики без надобности, нам хозяин хороший нужен. Тогда, глядишь, и жизнь в княжестве Анапском наладится. Ну, ты докурил? Пойдём отсюдова, холодно чтой-то. До хаты моей дойдём, по полстакашки примем, за здоровье княгини нашей новой, авось не обидит.
Встали мужички с лавочки, и пошли к дому в надежде на светлое будущее. Надежда, она что ж, она последней умирает. Наивные. Рыба то, говорят, с головы гниёт. Так что, покудова на троне в Великом Княжестве Красногородском барин не сменится, не видать нам покоя.
Так и живём, сухари жуём, да самогоном запиваем.
Все герои сей сказки вымышлены, любое совпадение случайно. А если кому то что показалось перекреститесь, так как если кажется креститься надо.
ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ И БУДЬТЕ В КУРСЕ ТОГО, ЧТО ПРОИСХОДИТ В ГОРОДЕ-КУРОРТЕ АНАПА.