Пророчества этого великого старца сбылись с такой поразительной точностью, что каждый, кто вновь обращается к его проповедям, сохранённым на аудиозаписях, неизбежно осознаёт: в наше время жил истинный пророк. Он был среди нас, он предупреждал, он взывал к людям с нарастающей тревогой:
«Просыпайтесь! Грядут тяжёлые времена! Здесь всё гореть будет! А вы спите духовно... Даже не задумываетесь о спасении душ...»
Многие лишь посмеивались, полагая, что старец лишился рассудка, убеждая себя, что подобное у нас невозможно. Теперь же всё сбылось.
Просыпайтесь!
Его слова звучат как пророческий набат:
«Просыпайтесь! Лукавое время. Гефсимания заканчивается, наступает Голгофа… "Блюди, душе моя, не сном отяготися". Не простой сон, а сон гефсиманский, когда Христос предаётся. Просыпайтесь. Поздно будет, когда застанут вас врасплох, и будете предателями. Да укрепит Господь всех вас!»
Ещё в 1997 году старец Зосима со скорбью прозревал, до какого нравственного падения дойдёт общество в наши дни, и говорил с амвона, не скрывая слёз:
В тяжелейшие, растленные времена живём мы. С ужасом взираю на глубину нашего падения, блудные мы, несчастные сыновья и дочери! Как погибает грядущее поколение... Почему с такой сердечной скорбью смотрю я на малых сих, на детей, и с сожалением вопрошаю: что ждёт это бедное, беззащитное существо моё? Ни света, ни радости — сплошной разврат, ночные развлечения и пагубные пристрастия, а после — духовное опустошение: вот что ожидает этих бедных детей в самом ближайшем будущем. Лишь об этом скорблю, и с этой скорбью, пожалуй, придёт время — уйду в Вечность и в могилу. Не будет уже у нас радости, духовного подъёма. Завещаю всем одно: держитесь объятий Отчих, держитесь Матери Церкви — она спасительница! Пусть и будет она распята безумными раскольниками и всей нечистью, сатанистами, пусть и будет страждущей, истекающей кровью новых мучеников, — она будет спасать и давать духовную радость. Чем сильнее гонения, тем больше возможностей для спасения! Вот в чём да поможет Господь всем нам — обратиться во объятия Отча по-настоящему, а не формально: «Боже, помоги» — и пошёл восвояси. «Если Ты есть, Боже, поставлю Тебе свечку, а Ты избавь моего сына или защити мою дочь» — нет, молитва должна быть слёзной и покаянной. Как же скорбят родительские сердца о гибнущем поколении. И сами мы в том виноваты... И просим ныне: «Согреших, Отче, на Небо и пред Тобою, я уже недостоин наречься сыном Твоим, прими мя хоть как наёмника, одного из слуг Твоих!»
Старец Зосима Сокур был известен даром обличения помыслов, способностью указывать на тайные грехи и давать ответы на незаданные вопросы. Его духовные чада всегда предстояли ему с благоговейным трепетом. На Донбассе он пользовался непоколебимым авторитетом: мог властно изгнать раскольников, обличить их и произнести слова, которых от него никто не ожидал. Его борьба за православную веру была не случайной — он провидел, что придут разрушители и уничтожат его обитель. Что и сбылось в наши дни. Старец сражался за человеческие души, пробуждал людей, предостерегая их от посещения храмов, захваченных раскольниками.
Случаи из жизни
Духовному взору старца было открыто грядущее, и его слова неизменно исполнялись. Хранительнице иконы «Призри на смирение», пожелавшей подарить эту святыню старцу, он ответил:
«Ты что, матушка? Этой иконе ещё вся Русь будет поклоняться!»
И вскоре Пресвятая Богородица прославила этот образ как новую чудотворную икону.
Однажды во время проповеди старец обернулся к одной из слушательниц и произнёс:
«Когда будут убивать тебя, прочитай мысленно трижды пятидесятый псалом — и руки у преступников опустятся, и уйдут они, не причинив тебе вреда».
Шестидесятилетняя женщина была поражена: кому могло прийти в голову убивать её? Однако спустя несколько дней в её квартиру забрались воры. Они намеревались сбросить хозяйку с балкона, чтобы не оставлять свидетелей. В тот страшный миг она вспомнила слова отца Зосимы и начала молиться. Успела прочитать мысленно лишь три строки псалма — и воры оставили её, не причинив никакого вреда.
Как-то к отцу Зосиме явились несколько молодых людей с явными признаками бандитского прошлого. Неожиданно они начали каяться:
«Ночью мы хотели похитить иконы, но едва сделали шаг к храму, как перед нами выросла невидимая стена — мы словно бились об неё. И поняли: грабить храм — грех».
Старец простил раскаявшихся разбойников и открыл им, что храм охраняет святой мученик Иоанн Воин.
Виктор Ульяненко вспоминал: «Это случилось в 1997 году. Я, как многие молодые люди, в храм не ходил. Выпивал, дебоширил, курил. Уже год не работал и влип в скверную историю — мне грозил срок».
Мать уговорила его съездить к отцу Зосиме. Молодой человек побывал на вечерней службе, пожил в обители и попал на беседу к старцу:
«Я вошёл к батюшке, он сказал "Садись" — и начал рассказывать о моей скверной жизни. Я рыдал как дитя, но после той беседы стал смотреть на мир иначе. Пробыл в обители две недели, и жизнь моя переменилась. Бросил пить и курить. Вернувшись домой, я был неузнаваем для друзей. Они говорили, что я свихнулся, но я знал: по молитвам батюшки я был по-настоящему здоров. И вот Господь сподобил меня и мою жену приехать к батюшке вновь — правда, лишь поклониться могилке. Я уже шесть лет не пью».
Чудеса
Предсказывая многие события и провидя будущее, старец вместе с тем относился к чудесам трезвенно — так, как и наставляют святые отцы Церкви. Чрезмерное увлечение мироточениями и иными знамениями он не одобрял. Любителям острых ощущений говорил: «Можете сказать, что у Зосимы вся церковь мироточит» — зимой от парового эффекта на иконах выступали капли влаги.
«В мистику не ударяйтесь — это душевредно».
Добрый пастырь
Он безошибочно распознавал тех, кто терпел нужду, и помогал им деньгами и продуктами. Возрождая приходы, первым делом он строил паломнические трапезные — накормить и напоить человека он почитал своим долгом. Даже в самые трудные времена сёстры снабжали паломников припасами на обратный путь.
Грядущие времена
Старец Зосима духовным взором ясно видел грядущие времена. Своим чадам он не благословлял читать книги философов и мистиков о конце мира:
«Всё это фантазии — не так всё будет, не так. Читайте Лаврентия Черниговского — у него всё описано».
Главным признаком наступающего конца света он считал повсеместное оскудение веры — согласно словам Христа: «Когда приду, найду ли веру на земле?»
«Именно святая непорочная православная вера — то величайшее чудо, за которое мы должны непрестанно благодарить Господа и дорожить им как величайшим сокровищем. Верующему же ничего не страшно».
Эти слова старец повторял неизменно — как назидание и вразумление для мятущихся, живущих в страхе:
«Какие бы силы ни восставали на Церковь, веруйте: Церковь ничто не одолеет. Горсточка нас останется, но эта горсточка победит все силы вражии! На Руси будут гореть светильники истинной веры. И не погасит их ни прелесть бесовская, ни гонения, ни какие иные ухищрения сатанинские. Светильники будут гореть на земле святой русской. Колотня будет какая — везде она пройдёт. А Россия устоит, и там будет очень великая благодать — даже силы ада, антихриста не одолеют Русской Православной Церкви. Гнев Божий приближается стремительно, и никуда нам от него не деться! Как бы мы ни кричали о мире — мы сами уже приближаем гнев Божий. На наши главы упадёт эта огненная чаша, беда будет. И скоро придёт время, когда преступников станет больше, чем нас, ещё более или менее нормальных людей. Но дух Руси могучий, непобедимый — всегда! Медведь-то русский спит-спит, терпит-терпит, но уж как проснётся, как в лапу мохнатую дубину возьмёт, как раскрутится — то и вся масонская Европа полетит от этой дубины настоящей, русской, святой»
Откровение
Келейники старца свидетельствовали: вплоть до последнего дыхания отец Зосима не прерывал молитвы. Незадолго до кончины ему было даровано особое откровение. У изголовья его больничной кровати находилась икона Божией Матери с предстоящими преподобными Зосимой и Савватием Соловецкими. Не отрывая взгляда от образа и словно позабыв о мучительной боли, отец Зосима около десяти минут вел тихую умиротворенную беседу с Кем-то, недоступным телесному взору его келейников. Слова умирающего старца едва улавливались — лишь полушепот, в котором, однако, отчетливо различались интонации вопросов и прошений, долетали отдельные слова и реплики. «Складывалось ощущение, — вспоминает иеродиакон Амвросий, — что в палате присутствовала Сама Пресвятая Богородица. Невозможно было без трепета и благоговения быть свидетелем этого великого и дивного таинства — кончины праведника, чей лик уже сиял неземным светом».
Схимонахиня Пантелеимона, находившаяся в тот день у одра старца и старавшаяся облегчить его страдания, свидетельствует: последними внятными словами, произнесенными им прежде, чем речь его угасла до шепота, были: «Матерь Божия, открой мне Царские врата!» Этот молитвенный вздох вырвался из груди старца за полчаса до его блаженного отшествия.
Завещание
Отец Зосима говорил братии:
«Когда меня не станет, вы узнаете об этом — часы на моем молитвенном столике в алтаре остановятся».
29 августа, на второй день после праздника Успения Пресвятой Богородицы, без четверти полночь остановилось сердце схиархимандрита Зосимы. В тот же миг замерли и часы на молитвенном столике в алтаре. Так завершилось время его земной молитвы — и началось его молитвенное предстательство в блаженной вечности. По завещанию отца Зосимы, Свято-Успенский собор, так и не достроенный при его жизни, должен был освятить Патриарх Московский и всея Руси Алексий II. В связи с кончиной последнего освящение совершил Патриарх Кирилл в ходе своего визита в 2009 году.
Незадолго до своей кончины в 2002 году старец Зосима составил духовное завещание, в котором изложил наставления верующим на случай провозглашения автокефалии и церковного раскола. Ниже приводится его дословный текст.
Аз, грешный Схиархимандрит Зосима, основатель двух обителей — Успенского Свято-Васильевского мужского и Успенского Свято-Николаевского женского монастырей, — оставляю последнюю свою волю: и по смерти моей свято и вечно, до последнего издыхания, храните все завещания, те священные традиции, ту особенность служб, записанные братьями и сестрами в монастырском уставе, сохраняя их до малейших подробностей и не допуская никаких отступлений.
Строго держитесь Русской Православной Церкви и Святейшего Патриарха Московского и всея Руси.
В случае отхода Украины от Москвы, какая бы ни была автокефалия — беззаконная или «законная», — автоматически прерывается связь с Митрополитом Киевским. Из существующих монастырей тогда образовать Дом Милосердия, который будет выполнять святые законы милосердия — служение людям до их погребения, и эту заповедь обители должны выполнять вечно. Никакие угрозы и проклятия не признавать, так как они не каноничные и беззаконные. Твердо стоять за каноны Русской Православной Церкви. В случае отпадения от единства Русской Православной Церкви — правящего архиерея не существует, монастыри переходят в ставропигиальное управление, под омофор Святейшего Патриарха Московского и всея Руси. Молю Бога и надеюсь, что Святейший Патриарх не откажет и примет под свой омофор. Если сие будет невозможно, то монастыри переходят под самостоятельное игуменское управление по подобию Валаамской обители начала нашего столетия, находясь под видом светлых будущих времен единства Украины и России, которые, глубоко верю, неминуемо наступят, с чем и ухожу в вечность.
Отходя в жизнь вечную, последнее слово глаголю вам, братья, сестры и все молящиеся в обители нашей: держитесь Русской Православной Церкви — в ней спасение.
Всем даю из гроба прощение, Бог за вас да простит и помилует по Его велицей и богатой милости. Кто приходил ко мне за духовным руководством, держитесь святой обители: братья и сестры помогут вам и наставят на путь спасения. Подаю из гроба, бездыханный и безгласный, Мир, Любовь и Благословение Божие.
Аминь.
Монашество, по словам старца Зосимы Сокура, произнесённым ещё в девяностые годы, будет стоять непреклонным войском против антихриста до скончания века. Он провидел несчётное множество преподобномучеников и подвижников, которые мужественно воспротивятся всеобщему поклонению антихристу.
Горсточка нас останется, но эта горсточка победит все силы вражия!
Слава Богу за всё!