Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

О внутриполитической обстановке в Южной Корее перед местными выборами 3 июня 2026 года

В Южной Корее местные выборы 3 июня 2026 года пройдут в условиях сохраняющихся последствий кризиса вокруг военного положения, введённого бывшим президентом Юн Сок Ёлем в декабре 2024 года. Голосование станет первым общенациональным электоральным тестом после прихода к власти президента Ли Чжэ Мёна на досрочных выборах 2025 года и должно показать, сможет ли консервативная оппозиция ограничить политическое доминирование правящей Демократической партии. По оценке Yonhap, выборы рассматриваются как ключевая проверка устойчивости администрации Ли и её способности закрепить влияние на региональном уровне. Политический фон остаётся неблагоприятным для консервативной партии «Сила народа». Бывший президент Юн Сок Ёль, представлявший консервативный лагерь, после попытки введения военного положения был осуждён на пожизненное заключение по делу о мятеже и продолжает проходить по ряду других судебных процессов. Reuters отмечает, что именно наследие данного кризиса стало главным фактором раскола вну

В Южной Корее местные выборы 3 июня 2026 года пройдут в условиях сохраняющихся последствий кризиса вокруг военного положения, введённого бывшим президентом Юн Сок Ёлем в декабре 2024 года. Голосование станет первым общенациональным электоральным тестом после прихода к власти президента Ли Чжэ Мёна на досрочных выборах 2025 года и должно показать, сможет ли консервативная оппозиция ограничить политическое доминирование правящей Демократической партии. По оценке Yonhap, выборы рассматриваются как ключевая проверка устойчивости администрации Ли и её способности закрепить влияние на региональном уровне.

Политический фон остаётся неблагоприятным для консервативной партии «Сила народа». Бывший президент Юн Сок Ёль, представлявший консервативный лагерь, после попытки введения военного положения был осуждён на пожизненное заключение по делу о мятеже и продолжает проходить по ряду других судебных процессов. Reuters отмечает, что именно наследие данного кризиса стало главным фактором раскола внутри консервативного блока и ослабило его позиции перед выборами.

Правящая Демократическая партия уже контролирует президентский пост и парламент. В случае убедительного результата на местных выборах она получит наиболее широкую концентрацию власти за последние годы, включая контроль над значительной частью региональных администраций. Для партии Ли Чжэ Мёна выборы подаются как голосование за окончательное преодоление последствий «мятежа» и формирование местной власти, способной защищать демократические институты.

Социологические данные подтверждают преимущество правящего лагеря. По опросу Gallup Korea, проведённому 28–30 апреля среди 1002 респондентов, рейтинг одобрения президента Ли составил 64%, отрицательная оценка — 26%. Поддержка Демократической партии находилась на уровне 46%, тогда как партия «Сила народа» получила 21%. Yonhap указывает, что основными причинами положительной оценки Ли стали дипломатия и экономическая политика, несмотря на критику в связи с социальными расходами.

Консервативный лагерь входит в кампанию в состоянии внутреннего конфликта. Руководитель партии «Сила народа» Чан Дон Хёк призывает прекратить междоусобную борьбу и представить избирателям партию как силу, способную сдерживать администрацию Ли. Однако бывший лидер партии Хан Дон Хун, выступавший против введения военного положения, был исключён из партии и баллотируется как независимый кандидат на дополнительных выборах от района Бук-А в Пусане. Reuters приводит его оценку, что консервативная политика «ещё не пересекла море военного положения», то есть не смогла окончательно дистанцироваться от наследия бывшего президента.

Южнокорейские источники фиксируют аналогичную проблему на уровне выдвижения кандидатов. Korea Times отмечает, что основные партии уже завершили формирование списков в 16 ключевых городах и провинциях, при этом Демократическая партия делает ставку на новых кандидатов, а партия «Сила народа» в значительной степени опирается на действующих глав регионов. Внутри консервативного лагеря сохраняются споры вокруг процедуры номинаций, что дополнительно снижает его мобилизационные возможности.

Отдельное значение имеет борьба в Пусане, где участие Хан Дон Хуна как независимого кандидата рассматривается как тест на возможность переформатирования консервативного движения. В случае его успеха он сможет усилить позиции сторонников обновления правого лагеря и ослабить аргумент демократов о том, что консерваторы остаются политически связанными с кризисом военного положения. При поражении сохранится преимущество линии партийного руководства, ориентированной на удержание традиционного электората партии «Сила народа».

Дополнительным элементом предвыборной обстановки является попытка институционально ограничить возможность повторения кризиса военного положения. 8 мая председатель парламента У Вон Сик сообщил, что голосование по конституционной поправке, связанной с ужесточением правил введения военного положения, не будет вынесено на пленарное рассмотрение после затяжного противодействия со стороны партии «Сила народа». Это подтверждает, что тема военного положения остаётся не только электоральным, но и институциональным предметом конфликта.

В целом местные выборы 3 июня становятся проверкой баланса сил после крупнейшего внутриполитического кризиса последних лет. Демократическая партия подходит к ним с преимуществом в рейтингах и контролем центральной власти, тогда как консерваторы сохраняют сильные региональные позиции, но ослаблены расколом и наследием Юн Сок Ёля. В краткосрочной перспективе наиболее вероятен сильный результат правящего лагеря с расширением влияния на местном уровне; основная интрига будет заключаться не только в масштабе поражения консерваторов, но и в том, появится ли внутри правого блока новая линия, способная дистанцироваться от кризиса военного положения и восстановить его конкурентоспособность.

Автор: Евгений Орлов