На Западе сейчас созданы и действуют масштабные программы по противодействию России, действие которых условно можно разделить на три пункта:
1. борьбу с российским государственным влиянием и пропагандой;
2. санкционное и политическое давление;
3. реальную «русофобию» как ненависть к русским людям.
ЕС, НАТО, американские фонды и аналитические центры строят системы информационного противодействия России. Это официально называется борьбой с «дезинформацией», «гибридными угрозами» и «foreign influence».
В этих программах активно участвуют украинские структуры: медиа, НКО, киберкоманды, аналитики, эмигрантские организации.
После 2022 года Украина стала для Запада главным экспертом по российским информационным операциям.
Создаются платформы мониторинга русскоязычного пространства в соцсетях.
Идёт формирования нового поколения ВОСТОЧНОЕВРОПЕЙСКИХ ЭЛИТ — украинских, польских, балтийских — которые рассматривают Россию как долгосрочную угрозу.
Это, кстати, видно по программам Center for European Policy Analysis и German Marshall Fund.
В Восточной Европе (Польша, Молдавия), проебалтике, племенах Суоми (Финляндия), Швеции, некоторых британских кругах формируется культурная и эмоциональная антироссийская среда.
Заявленные цели таковы: ослабить геополитическое влияние Москвы, ограничить российскую экономику, разрушить международные сети влияния, сократить зависимость Европы от России, переориентировать постсоветское пространство.
Украинцы в этой системе стали и союзниками, и инструментом, и одновременно самостоятельным игроком.
Часть западных элит уже начинает опасаться чрезмерной радикализации антироссийской повестки, потому что вечная конфронтация с ядерной державой — плохая бизнес-модель для XXI века, но уже упустила вожжи и тройка русофобов –Украина, Польша, Прибалтика несётся в пропасть вместе с возком, на котором восседает ополоумевшая Западная Европа.
Особую ненависть вызывает Telegram, против которого бьются не только безумный РКН, но и его собраться.
После 2022 года мониторинг русскоязычного цифрового пространства стал для западных структур отдельным направлением. Речь идёт не только о разведке, а о сочетании:
- OSINT (Open Source Intelligence) — разведка по открытым источникам.
- анализа соцсетей,
- кибербезопасности,
- поведенческой аналитики (напишу подробнее в отдельном посте)
- ИИ-моделей для отслеживания нарративов (напишу подробнее в отдельном посте)
Это не одна «секретная суперсистема», а сеть из государственных, частных и полуобщественных проектов.
У внешнеполитической службы ЕС есть подразделение East StratCom Task Force и проект EUvsDisinfo. Они отслеживают русскоязычные медиа, Telegram-каналы, сайты и кампании влияния.(EUvsDisinfo)
ЕС официально использует термин FIMI — Foreign Information Manipulation and Interference. Под это строятся базы данных нарративов, сетей распространения и медиасвязей.(EEAS FIMI framework)
Они анализируют координированные Telegram-сети,повторяющиеся тезисы,ботов, всплески хэштегов, маршруты распространения контента между VK → Telegram → X → YouTube, работу инфлюенсеров.
В NATO Strategic Communications Centre of Excellence изучают русскоязычное инфопространство как часть гибридной войны.( NATO StratCom COE)
Они публикуют исследования по соц-сетям ,мем-войнам,психологическим операциям, AI-пропаганде.
Особый интерес сейчас вызывает эмоциональная поляризация, «doom narratives» (катастрофические сценарии), дестабилизирующие слухи, влияние военных блогеров (!!!)
Как я уже написала, после 2022 Украина стала одним из главных поставщиков экспертизы по российскому медиаполю.
Центр противодействия дезинформации СНБО Украины(CPD Ukraine)
Они мониторят русскоязычные каналы, публикуют списки нарративов, работают с западными платформами, передают данные партнёрам.
Molfar. Украинское OSINT-сообщество (Molfar)
Занимаются анализом Telegram, деаноном (намеренное раскрытие или распространение личных сведений человека в публичном пространстве без его разрешения), сбором открытых данных, картированием связей (метод визуализации и анализа связей между элементами процесса, объектами или данными. Он позволяет наглядно представить структуру взаимодействий, выявить проблемы, оптимизировать процессы и улучшить коммуникацию между участниками)
«СОЦИАЛЬНАЯ РАДИОЛОКАЦИЯ».
И вишенками на этом торте, по моему мнению, являются компании Graphika, Recorded Future, Logically.
Они строят графы распространения информации: кто первым публикует, кто усиливает,какие сообщества пересекаются, какие эмоции вызывают сообщения.
Используют NLP, семантический анализ, кластеризацию, распознавание координации, вероятностные модели влияния. По сути это «социальная радиолокация».
Telegram как главная цель
Запад долго недооценивал Telegram, а теперь считает его ключевой СРЕДОЙ РУССКОЯЗЫЧНОГО ВЛИЯНИЯ. Обратите внимание!!!! Не влияния НА русскоязычную среду, а средой, с помощью которой РУССКИЕ ВЛИЯЮТ НА МИР!!!!
Вот с такими проблемами сталкиваются наши действительные враги, а не придуманные полковницей связи:
- закрытые чаты,
- высокая скорость распространения,
- слабая модерация,
- транснациональность,
- анонимность.
Сейчас аналитики пытаются строить карты каналов, выявлять «центры усиления», отслеживать миграцию аудиторий, выявлять синхронные публикации.
Причём анализируется не только политика, но и тревожные настроения, экономические паники, миграционные страхи, этнические конфликты.
Искусственный интеллект
С 2024–2026 завершается переход от ручного OSINT к ИИ-системам.
Новые модели ИИ умеют отслеживать изменение нарратива в реальном времени, выявлять эмоциональные волны, прогнозировать вирусность, находить «спящие» сети, анализировать мемы и визуальные паттерны.
То есть система научилась считывать не только отдельные фразы, а атмосферу.
Большая часть этих проектов работает открыто. Доклады публикуются, бюджеты обсуждаются, тендеры видны.
Граница между борьбой с дезинформацией и политической цензурой становится всё тоньше.
В эту игру можно играть вдвоём. Однако…почему то деятели в нашем государстве почему то (и почему же?) выделяют деньги не на усиление и развитие ТГ, а на его блокировку, не выделяет ОГРОМНЫЕ бюджеты патриотическим ЛОМам, а снабжает бездонную чёрную дыру в виде пластмассового Россотрудничества.
P.S: Случай из жизни. Несколько лет назад я создала проект «Формирование лояльной к России европейской элиты» на базе создания международного молодёжного центра Артек. Идея была в том, чтобы европейские дети ездили в Артек и потом становились участниками этого молодёжного центра. Руководитель французского отделения Россотрудничества Игорь Шпынов ухватился за эту идею, я написала концепт, и он воодушевлённый побежал с ним к тогдашней руководительнице Россотрудничества Глебовой. Глебова скривила морду, мол, зачем это всё. В итоге, проект зарубили, а потом и украли и вместо формирования российского лобби во Франции стали просто раздавать путёвки по знакомым.
В другой раз, когда ко мне обратились французские студенты с просьбой организовать встречу с тогда ещё жившим в Санкт-Петербурге Павлом Дуровым, я в итоге добилась согласия от команды Дурова приехать в Париж и выступить в центре Россотрудничества перед французскими студентами технических вузов. Всё- таки Россотрудничество позиционировался, как центр культуры и НАУКИ. А Дуров тогда был олицетворением российского IT. Результат тот же самый: поджатые губки, баранье непонимание в глазах.