Добрый вечер!
Новгородская область, 1997 год. Май этого года выдался по-весеннему свежим. Трасса, ведущая мимо Маловишерского района, как обычно, жила своей жизнью: гудели большегрузы, проносились редкие легковушки. Неподалёку от деревни Папоротно компания автомобилистов решила сделать остановку. Обычное дело — размять ноги, зайти в лес. Но наткнулись они совсем не на деревья и пение птиц.
Всего в нескольких метрах от обочины, среди молодой травы, лежал обгоревший труп. Зрелище было не для слабонервных: пламя почти уничтожило тело, превратив одежду в черные ошметки, но каким-то чудом пощадило лицо погибшего. Именно эта случайность — причуда огня — через десятилетия станет первым звеном в цепи, которая приведет убийцу на скамью подсудимых.
Следственная группа, прибывшая на место, сразу зафиксировала криминальный характер смерти. Экспертиза и идентификация лица дали результат: убитым оказался 30-летний житель подмосковных Мытищ. Тихий, пьющий, одинокий — идеальная мишень для тех, кто в те годы охотился за квадратными метрами.
Следователи конца девяностых начали распутывать клубок. Выяснилось, что погибший незадолго до своего исчезновения стал объектом пристального внимания группы лиц. В его окружении появились люди, которые проявляли к нему странную «заботу». К одинокому мужчине, злоупотреблявшему алкоголем, зачастил риелтор. Причем не местный, мытищинский, а приехавший специально из Санкт-Петербурга.
Допросы того времени вывели на некоего Владислава Л., сотрудника агентства недвижимости. Тот не стал отпираться и подтвердил: да, контакт с жителем Мытищ наладил по просьбе знакомых из цыганской диаспоры северной столицы. Нужно было переоформить документы на квартиру в Московской области. Сделка прошла «чисто»: 19 января 1997 года жилье было продано третьим лицам.
Но был один нюанс. Огромную сумму наличными — 15 тысяч долларов США (целое состояние по тем временам) — получил на руки не хозяин квартиры, а его «сопровождающий» — Домбич Мартов. Мотив был озвучен благородный: мол, владелец постоянно пьян, деньги потеряет или пропьет, а мы ему на эти средства купим жилье в Петербурге, поближе к нам, чтобы присматривать.
Оперативники проверили все реестры Ленобласти и Петербурга. Никакой недвижимости на имя погибшего куплено не было. Стало ясно: человека просто «отработали». Его вывезли из Мытищ в Петербург, где продолжали накачивать спиртным, создавая иллюзию скорого переезда в новую жизнь. А когда все бумаги были подписаны, а деньги получены, лишний свидетель стал обузой.
Домбич Мартов, главный подозреваемый, словно растворился в воздухе вместе с деньгами. В 1997 году возможности системы МВД были ограничены: не было единых биометрических баз, камер наблюдения на каждом столбе и отслеживания билетов в реальном времени. Мартов не пользовался самолетами, не покупал на свое имя машины, не регистрировал браки.
Поиски зашли в тупик. Дело положили на полку, в архив «глухарей». Десятилетие сменялось десятилетием. В Мытищах у погибшего осталась сестра, которая долгие годы не знала, где могила брата и что с ним случилось. Следствие было приостановлено, но оперативники новгородского уголовного розыска продолжали периодически «протряхивать» старые ориентировки.
Прорыв случился в 2023 году. Оперативным путем поступила информация: человек, очень похожий по описанию на Домбича Мартова, живет в Калуге. Причем живет открыто, в собственном доме. Когда новгородские оперативники вместе с калужскими коллегами постучали в ворота, им открыл высокий пожилой мужчина с благообразной внешностью.
На просьбу предъявить паспорт он спокойно вынес документ на имя Алана Смирнова. Фотография совпадала, но данные были абсолютно другими. Однако проверка по базам МВД Нижегородской области раскрыла схему: в июле 2000 года некий Домбич Мартов явился в паспортный стол, заявил, что потерял старый паспорт, и попросил выдать новый на фамилию Смирнов. Причиной указал «нежелание иметь ничего общего с родственниками после семейной ссоры».
Его расчет был прост: сменить личность в период неразберихи с бланками и базами данных. И это сработало на 23 года. 17 марта 2023 года Мартова-Смирнова задержали. Под тяжестью улик он заговорил.
Спустя 26 лет после убийства Домбича Мартова привезли на тот самый участок дороги у деревни Папоротно. Местность изменилась, деревья подросли, но убийца безошибочно указал точку в лесу.
Следствие восстановило картину последнего дня жертвы. 26 марта 1997 года из Санкт-Петербурга в сторону Новгородской области выехал старенький ВАЗ-2106. В машине были трое: Мартов, его сожительница Мария и хозяин проданной квартиры. Жертве сказали, что везут выбирать «домик в деревне», раз уж с Питером не вышло.
У Папоротно Мартов остановил машину под предлогом «физиологической надобности». Он практически тащил на себе пьяного мужчину вглубь леса. Там, выбрав момент, Мартов поднял тяжелую сухую палку. Первый удар пришелся по затылку. Мужчина упал на колени, не издав ни звука. Второй удар был нанесен «во всю силу», чтобы наверняка.
Затем Мартов вернулся к «шестерке», взял из багажника канистру с бензином. Сожительница Мария позже расскажет следствию, что видела, как он уходил в лес с канистрой и как вернулся с пустыми руками. Труп он облил «с головы до ног» и поджег, надеясь, что огонь уничтожит все следы. Когда машина тронулась дальше, позади них в лесу уже полыхал погребальный костер.
На судебные заседания в Новгородский областной суд Мартова приводили под усиленным конвоем. За время в СИЗО он отрастил густую бороду, из-за чего в кулуарах его прозвали «Будулаем». Поведение подсудимого было двойственным. Он признавал, что убил, но категорически отрицал корысть.
«Не было у меня мысли о деньгах! — кричал он, перебивая прокурора. — Мы поссорились в лесу, он оскорбил мою семью и детей, я вспылил!». Однако факты говорили об обратном. Деньги за квартиру были получены Мартовым лично за два месяца до расправы. Жертву планомерно спаивали и возили за собой, как чемодан, пока не пришло время избавиться от владельца капитала.
Свидетели — тот самый риелтор и бывшая сожительница — подтвердили каждый шаг этой кровавой аферы. Сожительница призналась, что все эти годы молчала из животного страха: Мартов умел внушать ужас.
Пытаясь смягчить участь, Мартов даже решил выплатить компенсацию сестре погибшего. Заявил о готовности отдать 300 тысяч рублей, но по факту отправил только 10 тысяч. Женщина не приняла эти деньги, посчитав их издевкой над памятью брата.
13 июня 2024 года суд вынес окончательный вердикт. Домбич Мартов признан виновным в убийстве из корыстных побуждений и использовании поддельного паспорта. Итог — 14 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Преступление, совершенное в одном веке, получило свое наказание в другом. Для правосудия время оказалось лишь переменной величиной.