В преддверии Дня Победы мы публикуем серию материалов о фронтовых операторах Ленинградского фронта — людях, которые под обстрелами снимали хронику блокадного города и войны. Их пленка сохранила для нас не только события, но и живую память о времени, которое нельзя забывать. Первую часть статьи можно прочесть здесь.
Среди других сотрудников киностудии «Ленфильм» несколько побывали на «Невском пятачке»: с оружием в руках – режиссеры Е. В. Червяков, С. И. Бартенев, осветитель Н. А. Изотов; снимали кинохронику операторы А. В. Ерин, В. Ф. Левитин. А. И. Погорелый в начале войны сражался на плацдарме минометчиком, а затем, спустя время вернулся туда уже в качестве фронтового кинооператора. Также Горданов принимал участие в съемках полнометражного фильма «Ладога» 1943 г. вместе с Анатолией Погорелым, фигура которого представлена на панораме «Пропавшие в кинохронике», в цеху Ижорского завода.
Анатолий Погорелый (1905-1991) – оператор игрового и документального кино, Лауреат двух Сталинских премий, Заслуженный деятель искусств РСФСР. В Красной Армии с 3 июля 1941 г. (командир минометного батальона 98-го стрелкового полка). После ранения, с марта 1942 г., оператор фронтовых киногрупп, оператор киногруппы Ленинградского и 1-го Белорусского фронтов. Награжден орденом Отечественной войны I степени (1985) и медалями «За оборону Ленинграда» (1943), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (1945). После войны работал на «Ленфильме», позже – на Ленинградской студии кинохроники и в телеобъединении «Экран».
А. Погорелый вел съемки на Невском пятачке для фильма «Ленинград в борьбе», в 1942-1943 гг. вместе с Вячеславом Гордановым и Владимиром Страдиным принимал участие в съемках кинохроники об освобождении Шлиссельбурга и фильма «Ладога». С внуком фронтового оператора Страдина – Александром Ланка, который живет в Санкт-Петербурге, нам посчастливилось встретиться в феврале 2026 года.
Также Погорелый работал в Колпино, его хроника вошла в фильм «Колпино – город переднего края». Напомним, что с 29 августа 1941 г. по 23 января 1944 г. линия фронта находилась в 3-4 километрах от центра Колпина. Территория завода и города подвергалась почти ежедневным артиллерийским обстрелам и бомбежкам. Но завод продолжал работать и в Колпино, на оставшихся мощностях, выполняя срочные заказы для нужд близкого фронта. В конце августа – начале сентября 1941 г. из числа добровольцев, рабочих и служащих завода, был сформирован отдельный Ижорский батальон. Именно благодаря стойкости ижорцев немцы так и не смогли захватить Колпино.
Погорелый был очевидцем переправ машин по Дороге жизни, о чем оставил воспоминания:
«Утром я уже снимал на трассе все, что казалось мне нужным. Было солнечно, снег слепил глаза. Поток машин не прерывался ни на минуту. На машинах везли муку, картофель, сахар, туши мяса, оцинкованные бочки с кокосовым жиром, ящики с макаронами, крупой, консервами, печеный хлеб, сгущенное молоко. Везли и авиабомбы, реактивные снаряды, патроны. Вдоль трассы из снега и льда были сооружены небольшие укрытия для зенитчиков и водителей машин.
В полдень заговорили вдруг зенитные орудия, в сплошной завесе разрывов показались фашистские стервятники. Вот уже слышны и разрывы бомб, но ни одна из машин не прервала своего движения, ни один из водителей не выпустил из рук руля. Отчасти, конечно, надеялись на зенитчиков – вплотную к трассе гитлеровцев не подпустят. И действительно, бомбы рвались где-то в стороне.
Последний раз на ледяной трассе я был в апреле 1942 года, когда снег начал уже таять, дорогу заливала вода. Машины шли, как катера, с веерами брызг. Проводилась интенсивная эвакуация больных и раненых. Прибрежный поселок был буквально забит ими. Эвакуируемые получали обед и сухой паек на дорогу. Многие съедали его сразу и от этого порой умирали». [2]