Всем защитникам Родины посвящается
— Ого, смотри сколько звёзд! — Тёмка в восторге уставился в небо.
— Это Млечный Путь, — сказал я, осторожно выгребая на середину реки. Дед говорил, что лучше держаться подальше от берегов, чтобы не запутаться в камышах и не застрять на мели.
— А как это, «Млечный»? Слово какое-то странное.
— «Млечный» значит «молочный».
Тёмка засмеялся.
— Кто-то плеснул на небо молоко?
— Кто-то доил небесную корову, нечаянно задел ведро — и молоко растеклось! — пошутил я.
Но братишка, похоже, принял это всерьёз.
— Ууу, вот уж всыпали ему, наверное! Целое ведро молока пролил! А как же тогда Небесный кит? Он теперь в молоке плавает?
Я вздохнул.
— Тёмка, нет на небе никаких китов! И коров там тоже нет. Я пошутил.
Братишка нахохлился.
— Коров, может, и нет, а Небесный кит точно есть!
Я замер, забыв про вёсла.
— Так ты за этим со мной увязался?!
Он молча опустил голову.
Тёмка тот ещё фантазёр. Вечно что-то выдумывает. Кита вот какого-то выдумал: будто живёт на небе волшебный кит, который может исполнить любое желание — того, кто сможет его увидеть.
А какое у Тёмки желание, даже гадать не надо: чтобы отец вернулся…
Мать ведь ему сказала, будто отец уехал далеко-далеко и надолго. В командировку. В общем-то, так оно и есть: отец уехал за тысячи километров, в чужую страну далеко на юге. На войну. Потому что работа такая. Потому что мужчина должен защищать свою Родину и свою семью.
Только он уже не вернётся. Матери письмо прислали, с печатью. Отца даже не нашли, потому и хоронить было нечего…
Тёмке не стали ничего говорить. Малой он ещё. Подрастёт — узнает…
А он, оказывается, вбил себе в голову этого кита — и увязался со мной на ночную рыбалку.
Я посмотрел на небо. Без луны, без уличных фонарей и освещённых окон небо выглядело невероятно далёким. Звёзды поблёскивали, как капли росы под лучами солнца. И каждая звезда и есть чьё-то солнце, а между ними — невообразимая пустота космоса. Откуда ж там взяться китам…
* * *
— Кит, подъём! Твоя очередь.
Я резко открыл глаза. Над головой, низко, нависали необструганные брёвна. Тихо. Тихо — это хорошо, вот только вряд ли надолго…
Я спрыгнул на пол и потянулся за каской. Большой Кореец тут же растянулся на моём месте.
— Слушай, Кит, а чего ты себе такой позывной странный выбрал, а?
— Что тут странного? Никита меня зовут, — неохотно буркнул я, надевая броник.
Потому что работа такая, подумал я. Защищать мирное небо над головой.
Пусть небо над вашей головой всегда будет мирным и ясным!
