— А чё ты смотришь и ничего не делаешь?
Это Паша меня спрашивает, когда Чук, четырьмя своими мохнатыми лапами, стоит на моих пионах. Прямо на том пятачке, где они только что розовыми росточками показались после зимовки.
Хотя прошлым летом мы с собакой подрались из-за огурца. Чукаша в рыхлой грядке теплицы устроил хранилище для несъеденного. Пожертвовал моим огурцом. Я к тому времени этот огурец подвязать успела — вот на той верёвочке, подвешенным, он и завял. И высох.
Я хотела Чука притащить в теплицу на серьёзный разговор с демонстрацией последствий, призывом к совести, ну и про упущенную выгоду предъявить… Но он тяжёлый, к тому же все движения, которые не он сам задумал, он не любит. Не принимает. И протестует как умеет. Чук про свои границы мог бы книги писать 🤭🤗
Это своё правило он отстаивает, даже применяя зубы. Не остановит и то, что я — основной хозяин. Да что там, я для своей собаки самый главный человек на свете — всё равно цапнул.
Ну я, честно говоря, тогда предупреждений шесть проигнорировала — так хотела обсудить место преступления и повесившийся огурец.
Потом Чукаша лежал в будке и плакал. А я возле него.
А зимой он заболел.
Выходили, но напугались 🥺
И когда мы с ним откровенно разговаривали, я его просила, чтоб справился. Пообещала, что разрешу по всем грядкам ходить, огурцы выкапывать… Только поживи ещё, моя шерстяная любовь! Вот он и выжил — кто знает, может, для этого.
Рассказала это Паше, он всё понял, поддержал, дальше копается в грядках.
И тут Паша наступает на другую мою клумбу.
Перехватил мой испуганный взгляд, спокойно отступил шаг назад, смотрел прямо в глаза, и не дрогнув ни одной частью лица:
— Гав.
Обожаю чувство юмора моих детей!