— Ты можешь мне внятно, по буквам объяснить, какого дьявола ты сегодня устроила в офисе у Дениса? — Олег буквально ворвался в гостиную, на ходу срывая с шеи тугой галстук и раздраженно бросая его на спинку кресла.
— Я уволилась через час, потому что твой начальник посмел сказать мне принести кофе! Я ему не секретарша, чтобы бегать на побегушках! И вообще, я сказала ему, что он толстый лысый неудачник, и вылила этот кофе ему на штаны! Теперь ты меня обеспечиваешь, раз работать в этом гадюшнике невозможно! — гордо заявила Виктория, даже не повернув головы в сторону мужа и лениво свайпая ленту социальной сети на экране своего смартфона.
Она вальяжно лежала на огромном диване в шелковом халате, закинув длинные стройные ноги на мягкий подлокотник. На её лице толстым слоем лежала зеленая косметическая маска, сквозь которую проглядывали только презрительно сощуренные глаза и плотно сжатые губы. Рядом, на стеклянном кофейном столике, небрежной кучей валялось темно-синее вечернее платье с открытой спиной — именно в нем она сегодня утром соизволила явиться на свое первое в жизни рабочее место.
— Твой начальник? Гадюшник? Вика, ты в своем уме?! Денис — владелец компании и мой ключевой деловой партнер! — Олег остановился посреди комнаты, чувствуя, как внутри стремительно закипает глухое, тяжелое бешенство. — Я месяц умолял его взять тебя на эту простую, непыльную должность администратора! Месяц! Я лично ручался за твою адекватность. У них заболела девочка на ресепшене, Денису срочно нужен был человек, чтобы просто улыбаться клиентам и отвечать на звонки. А ты приперлась туда к десяти часам утра в платье, в котором нормальные люди ходят на светские рауты и в дорогие казино!
— Я выглядела так, как подобает статусной женщине, — холодно парировала Виктория, аккуратно поправляя край маски на подбородке ухоженным пальцем с длинным красным ногтем. — Если в его убогой конторе работают одни серые мыши в дешевых блузках из полиэстера, это сугубо его проблемы. Я не собираюсь сливаться с толпой неудачников. И вообще, почему ты на меня кричишь? Ты должен радоваться, что твоя жена знает себе цену и не позволяет всяким плебеям вытирать об себя ноги.
— Плебеям?! Он попросил тебя нажать кнопку на кофемашине! — Олег схватился за голову, нервно прохаживаясь взад-вперед по комнате. — У него в переговорной сидели представители крупного столичного холдинга. Важнейшая встреча, от которой зависели контракты на десятки миллионов. Денис просто попросил тебя, как администратора, принести три чашки американо. Это твоя прямая обязанность на этой должности!
— Моя обязанность — украшать собой пространство, — надменно отрезала Виктория, не отрывая взгляда от экрана телефона, где мелькали яркие картинки с дорогих курортов. — А он подошел ко мне со своим мерзким, потным лицом и таким тоном, будто я его личная прислуга, велел тащить поднос! Мне! Девушке, у которой один маникюр стоит больше, чем вся его дешевая оргтехника на столе. Я сразу дала ему понять, где его место.
— Да уж, ты дала понять! — Олег резко остановился и угрожающе навис над диваном. — Ты устроила отвратительную, базарную сцену прямо на глазах у инвесторов! Ты назвала уважаемого человека, который из жалости дал тебе работу, лысым неудачником. А потом просто опрокинула кружку обжигающего кофе ему на брюки. Ты хоть понимаешь, что ты не просто опозорила меня? Ты в один момент уничтожила мою репутацию перед человеком, который обеспечивает половину прибыли моей фирмы!
— Ой, не преувеличивай масштаб трагедии. Подумаешь, штаны испачкала. Пусть скажет огромное спасибо, что я ему по его лысой башке этим подносом не зарядила, — Виктория наконец отложила телефон и с откровенным вызовом посмотрела на мужа. — Я сразу тебе говорила, что эта твоя дурацкая затея с моим трудоустройством — полный бред. Ты захотел поиграть в строгого воспитателя и приучить меня к труду? Ну вот, результат налицо. Я попробовала, мне категорически не понравилось. Там скучно, телефон на столе постоянно надрывается, какие-то суетливые курьеры ходят туда-сюда, грязь на ботинках носят. Я даже трубку ни разу не сняла, этот противный звон меня раздражал. Теперь мы закрываем эту тему навсегда. Я остаюсь дома, а ты продолжаешь исправно оплачивать мои расходы.
Олег смотрел на свою жену и отказывался верить собственным глазам. Точнее, он внезапно увидел её абсолютно без прикрас. Перед ним лежал самовлюбленный, инфантильный паразит, который искренне верил в свою исключительность просто по факту своего существования. Она испортила важнейшие деловые переговоры, публично унизила его друга, нанесла физический и материальный ущерб, и при этом не испытывала ни малейшего чувства вины. Наоборот, она искренне упивалась своим поступком, считая его проявлением невероятной силы характера.
Олег почувствовал, как мышцы на его скулах сводит от напряжения. Он отчетливо вспомнил сегодняшний утренний цирк. Виктория встала в шесть утра, вызвала на дом визажиста и парикмахера, спустив на это приличную сумму с его карты, чтобы, как она выразилась, «произвести правильное впечатление на новых подчиненных». Тот факт, что подчиненных у нее нет, а сама она находится на самой низшей ступени офисной иерархии, её мозг просто отказывался воспринимать.
— Значит, ты отключила рабочий телефон компании, у которой сегодня горели сроки по крупному тендеру, — медленно, с пугающей расстановкой проговорил он, словно общаясь с умалишенной. — Ты надела платье с вырезом до поясницы на утреннюю смену в строгий корпоративный офис. И ты облила кипятком генерального директора. Вика, ты вообще осознаешь, что такие дикие выходки не проходят бесследно? Что это реальный мир, а не твоя вылизанная страница в социальной сети, где ты можешь просто заблокировать недовольных?
— В реальном мире нормальные мужчины защищают своих женщин, а не отчитывают их из-за какого-то жирного клерка! — Виктория резко села на диване, откинув полы шелкового халата. Маска на её лице слегка потрескалась от активной мимики, придавая ей карикатурный, нелепый вид. — Я твоя законная жена! И если какой-то плешивый урод позволяет себе командовать мной, ты должен был немедленно поехать туда и набить ему морду, а не стоять здесь и вычитывать меня как нашкодившую школьницу! Он посмел приказать мне! Мне! Ты вообще слышишь, что я тебе говорю?
— Он. Попросил. Налить. Кофе. Своим. Партнерам, — раздельно, чеканя каждый слог, повторил Олег, чувствуя, как остатки самообладания стремительно испаряются с каждой секундой. — Это стандартная процедура! Это элементарная вежливость и банальное гостеприимство, за которые тебе, между прочим, собирались платить реальные деньги.
— Мне совершенно не нужна его жалкая подачка в виде зарплаты! И его вонючий дешевый кофе мне тоже не сдался! — взвизгнула Виктория, раздраженно сдирая куски подсохшей зеленой массы со щек и бросая их прямо на стеклянный столик. — Я с самого начала предельно ясно тебе заявила: я не создана для того, чтобы прислуживать чужим мужикам. Мое прямое предназначение — радовать глаз. А ты решил меня прогнуть, засунув в эту убогую дыру. Я просидела там целый час! Я мучилась на этом жестком стуле, пока мимо меня мельтешили какие-то потные люди с папками. Я даже не смогла нормально выпить свой утренний смузи, потому что там нет нормальной зоны отдыха! Это не престижная работа, это настоящая колония строгого режима! И я безмерно горжусь тем, что поставила этого наглого Дениса на место. В следующий раз он трижды подумает, прежде чем открывать свой рот в моем присутствии.
В этот самый момент в кармане брюк Олега громко и требовательно зазвонил телефон. На ярком экране высветилось имя Дениса. Олег на секунду прикрыл глаза, собираясь с силами, и нажал кнопку приема вызова, сразу переводя звонок на громкую связь.
— Олег. Я очень надеюсь, что ты сейчас крепко стоишь на ногах, — из динамика смартфона вырвался ледяной, рычащий голос Дениса. В нем не осталось ни капли от того добродушного парня, с которым Олег еще недавно жарил шашлыки на даче. Это был голос безжалостного, расчетливого хищника, которому только что нанесли серьезный финансовый ущерб.
— Я слушаю тебя, Денис. Вика рядом, связь громкая, — глухо ответил Олег, не отрывая тяжелого взгляда от бесстыжих глаз жены.
— Прекрасно. Пусть эта обезумевшая принцесса внимательно слушает каждое мое слово, — Денис говорил ровно, но от этой ровности по спине ползли мурашки. — Олег, мы знакомы пятнадцать лет. Мы вместе начинали бизнес с нуля. Я пустил эту женщину в свой офис исключительно из уважения к тебе. Ты лично поручился за нее. Ты клялся, что ей просто нужно сменить обстановку, немного влиться в коллектив и получить опыт работы. А вместо этого ты прислал в мою компанию настоящую диверсионную бомбу!
— Да пошел ты к черту! — тут же агрессивно взвизгнула Виктория, подаваясь вперед и едва не опрокинув кофейный столик. — Я тебе не прислуга, чтобы терпеть твой хамский командный тон!
— Закрой свой рот! — рявкнул Олег с такой яростью, что Виктория инстинктивно вжалась в спинку дивана, но тут же высокомерно вздернула подбородок.
— Пусть вопит, Олег, мне абсолютно плевать на ее визги, — чеканя слова, словно забивая гвозди, продолжил Денис. — Я сейчас детально обрисую тебе картину, чтобы ты понимал весь масштаб устроенной ею катастрофы. В десять тридцать у меня в переговорной сидели учредители крупного строительного холдинга. Серьезные люди, которые прилетели из столицы специально ради подписания эксклюзивного договора на поставку оборудования. Твоя жена в этот момент находилась на ресепшене. Рабочий телефон разрывался от звонков наших логистов, курьеры топтались у дверей в ожидании пропусков, а эта мадам в блестящем вечернем платье пилила ногти и в открытую хамила сотрудникам, которые просили ее передать важную документацию.
— Я не нанималась работать мальчиком на побегушках у твоих клерков! — снова нагло влезла Виктория, демонстративно разглядывая свой свежий маникюр.
Денис полностью проигнорировал ее выпад, обращаясь исключительно к мужу.
— Когда я вышел из переговорной и абсолютно вежливо, при нескольких свидетелях, попросил ее организовать три чашки кофе для инвесторов, она посмотрела на меня так, будто я предложил ей рыться в мусорном баке. Она медленно поднялась, демонстративно опрокинула пластиковый органайзер с ручками на пол, заявила на весь этаж, что я толстый неудачник, и просто плеснула свежесваренный горячий американо из стоящей рядом кружки менеджера прямо мне на брюки. Оставим в стороне тот факт, что это костюм из тончайшей итальянской шерсти, сшитый на заказ. Инвесторы наблюдали всю эту безобразную, дикую сцену через стеклянную перегородку. Они брезгливо переглянулись, собрали свои портфели и молча покинули офис. Сделка на сорок миллионов рублей сорвана окончательно и бесповоротно.
Олег почувствовал, как пол стремительно уходит из-под ног, а в груди образуется холодная пустота. Сорок миллионов. Он прекрасно знал, сколько времени, сил и нервов Денис потратил на подготовку этого важнейшего контракта. Это был стратегический проект года для его компании.
— Денис... послушай меня внимательно, я не знаю, как это исправить. Я готов лично приехать, поговорить с твоими партнерами, возместить любые расходы...
— Никак, Олег. Подобные вещи не исправляются жалкими извинениями, — предельно жестко перебил его бывший друг. — Из-за пещерной неадекватности твоей жены я выглядел перед серьезными бизнесменами как слабовольный идиот, который не способен навести элементарный порядок в собственном офисе. Поэтому я принимаю единственно верное управленческое решение. Наша многолетняя дружба закончена прямо в эту самую секунду. Больше не звони мне ни по личным, ни по рабочим вопросам. Никогда.
Виктория громко, театрально фыркнула, всем своим видом показывая, насколько ей скучно слушать эти претензии.
— Ой, испугал ежа голой задницей! — надменно выкрикнула она в сторону лежащего телефона. — Олег, скажи этому лысому истеричке, чтобы катился подальше! Мы найдем тебе нормальных, статусных партнеров, а не этих закомплексованных колхозников!
— И это еще далеко не все, — голос Дениса стал настолько тяжелым, что, казалось, он сейчас раздавит пластиковый корпус смартфона. — Олег, с завтрашнего утра я полностью расторгаю договор логистического обслуживания с твоей транспортной фирмой. Мои бухгалтеры прямо сейчас готовят все необходимые документы на закрытие счетов. Ищи себе других наивных заказчиков. Я больше не дам твоей компании ни одного заказа. Ни единого.
Олег побледнел, его пальцы машинально сжались в кулаки. Контракты с компанией Дениса составляли почти семьдесят процентов всей чистой прибыли его небольшого предприятия. Это был не просто удар по семейному бюджету — это был гарантированный крах его бизнеса. Без этих регулярных заказов ему придется увольнять половину водителей и распродавать автопарк уже в следующем месяце.
— Денис, подожди. Не руби с плеча. Это чистый бизнес, при чем тут выходки Вики? Мы всегда разделяли работу и личную жизнь. Я сам приеду, мы все обсудим в спокойной обстановке...
— Ты сделал свой окончательный выбор, когда притащил эту агрессивную бездельницу в мой офис, — безжалостно отрезал Денис. — И последнее. Мой костюм испорчен безнадежно. Химчистка такие пятна не берет, деликатная ткань деформировалась от крутого кипятка. Стоимость пиджака и брюк — сто восемьдесят тысяч рублей. Жду полный перевод на свою личную карту до конца сегодняшнего дня. Если денег не будет до полуночи, я просто пущу правдивый слух по всем нашим общим знакомым в бизнес-тусовке о том, с кем ты живешь и какие сюрпризы ты подкидываешь партнерам. Поверь, после моего рассказа с тобой больше никто не захочет работать даже за копейки. Прощай.
Экран смартфона мигнул и погас. Короткие гудки отбоя резанули по ушам, фиксируя точку невозврата. Олег стоял неподвижно, оглушенный осознанием того, что его благополучная, выстраиваемая годами жизнь только что рухнула в пропасть из-за банальной женской гордыни.
— Ну и чего ты замер, как истукан? Ты сам сейчас прекрасно слышал, что этот неадекватный хам только что нагло вымогал у нас деньги! — возмутилась Виктория, брезгливо морща нос и сбрасывая длинные ноги с подлокотника дивана. — Я требую, чтобы ты немедленно перезвонил ему и поставил на место. И вообще, ты обязан немедленно извиниться передо мной за то, что отправил меня в это унизительное рабство!
Олег медленно повернул голову. Смартфон в его руке казался сейчас куском тяжелого раскаленного свинца.
— Ты специально устроил меня в эту убогую контору, чтобы поиздеваться и унизить! — продолжала агрессивно наступать Виктория. — Ты прекрасно знал, что я физически не выношу грубости, дешевых офисных интерьеров и запаха растворимого кофе. Моя нервная система истощена до предела после этого кошмарного утра. Мне срочно нужен шоппинг, чтобы снять стресс. Переведи мне двести тысяч, я поеду в ЦУМ за новыми туфлями, а ты пока разбирайся со своим поехавшим дружком.
— Шоппинг? — глухо произнес Олег, делая шаг к дивану. — Туфли? Вика, ты вообще понимаешь русские слова? Ты только что лишила меня семидесяти процентов прибыли. Ты уничтожила компанию, которую я строил восемь лет. Из-за твоего неконтролируемого гонора и полнейшей тупости я завтра буду вынужден увольнять людей, у которых есть семьи и ипотеки. А ты просишь у меня деньги на туфли?!
— Ой, не надо вешать на меня свои предпринимательские провалы! — пренебрежительно отмахнулась она. — Если твой бизнес настолько жалкий, что рушится из-за одной пролитой чашки кофе, то грош цена тебе как руководителю! Нормальный мужик уже давно бы нашел солидных клиентов, а не пресмыкался перед этим жлобом! Я женщина, я создана для роскоши, а не для того, чтобы выслушивать твое нытье из-за сорванных контрактов.
— Роскоши? — Олег подошел вплотную к столику, глядя на жену сверху вниз взглядом, в котором не осталось ни капли прежней привязанности. — Давай поговорим о твоей роскоши. Ты искренне считаешь себя какой-то элитой. Ты кичишься брендовыми шмотками и дорогими процедурами. Но давай называть вещи своими именами. Ты — абсолютно пустой ноль. Идеальный паразит, который присосался к моей карте и возомнил себя королевой мира. Ты в свои двадцать восемь лет не умеешь ровным счетом ничего.
— Я не кухарка, чтобы стоять у плиты! У меня два высших образования! — Виктория резко вскочила с дивана.
— Твои купленные дипломы нужны только для того, чтобы подпирать шатающийся стол на даче! — жестко парировал Олег. — Ты ни одного дня в своей жизни не работала. Твой день состоит из того, чтобы проснуться в полдень, сделать селфи и пойти тратить мои деньги в ресторане! Твой максимум достижений — это натянуть вечернее платье в десять утра и облить кипятком единственного человека, который согласился дать тебе шанс почувствовать себя кем-то полезным!
— Ты называешь меня паразитом?! Да за мной ухаживали самые успешные мужчины города! Я выбрала тебя, простого логиста, дала тебе статус присутствием красивой женщины рядом, а ты попрекаешь меня своими копейками?! — Виктория перешла на пронзительный визг. — Если бы не я, ты бы так и ездил на метро!
— Мой статус был в уважении партнеров, Вика. В репутации надежного человека, которую ты сегодня растоптала своими шпильками прямо на глазах у инвесторов, — голос Олега стал ледяным и расчетливым. — Я надеялся, что работа администратором спустит тебя с небес на землю. Я думал, ты поймешь цену деньгам, когда попробуешь заработать их собственными руками. Но я жестоко ошибался. Тебе не нужна реальная жизнь. Тебе нужен безмолвный банкомат, который будет спонсировать твои капризы.
— Я не позволю так с собой разговаривать! — Виктория схватила телефон. — Я прямо сейчас звоню Лене и Кате! Завтра весь город будет знать, что ты жалкий неудачник, который не может защитить жену! И эти сто восемьдесят тысяч за испорченный костюм твоего друга ты будешь платить из своего кармана, потому что я принципиально не дам на это ни копейки из нашего бюджета!
Олег смотрел на искаженное злобой лицо жены и чувствовал лишь глухое отвращение. Вся ее искусственная красота сейчас казалась ему дешевой мишурой, под которой скрывалась пугающая пустота. Она не просто уничтожила плоды его многолетних трудов, она искренне пыталась выставить себя жертвой.
— Нашего бюджета? — Олег усмехнулся, и в этой усмешке было столько ледяного презрения, что Виктория осеклась. — У нас больше нет никакого нашего бюджета, Вика. У тебя вообще больше нет ничего.
— Что ты там бормочешь? Совсем рассудок от злости потерял? — Виктория презрительно скривила губы, скрестив руки на груди, всем своим видом демонстрируя абсолютное превосходство. — Ты сейчас же прекратишь свои возмущения, переведешь мне двести тысяч, как я сказала, и пойдешь вымаливать прощение у Дениса за то, что он посмел со мной так обращаться. Иначе я прямо сейчас публикую огромный пост о том, какой ты жалкий неудачник, не способный обеспечить жене базовые потребности. Посмотрим, как после этого с тобой будут вести дела нормальные, уважаемые люди. Я превращу твою жизнь в настоящий ад, если ты немедленно не извинишься передо мной!
Олег не моргнул и глазом. Он медленно достал из кармана брюк свой смартфон, разблокировал экран и открыл банковское приложение. Его лицо оставалось пугающе спокойным и сосредоточенным, словно он собирался заказать доставку продуктов, а не уничтожить привычный уклад жизни человека, стоящего в метре от него.
— Публикуй, Вика. Публикуй абсолютно что угодно, — абсолютно ровным, безжизненным тоном произнес Олег, глядя прямо в её полные ядовитой надменности глаза. — Только писать свои гневные пасквили в социальные сети ты теперь будешь, сидя на жестком базовом пайке.
— Эй, ты что там делаешь? — Виктория сделала резкий шаг вперед, пытаясь заглянуть в светящийся экран его телефона, но Олег ловко отстранился в сторону.
— Я устанавливаю новые правила нашего совместного проживания, — холодно чеканя слова, ответил Олег, пока его большой палец уверенно нажимал на нужные иконки в приложении. — Твоя основная премиальная карта заблокирована. Дополнительная кредитка обнулена и закрыта. Доступ к моим накопительным счетам аннулирован навсегда. Ты жаловалась, что я отправил тебя в жестокое рабство? Ты кричала полчаса назад, что работа администратором на ресепшене — это настоящая колония строгого режима? Поздравляю, Вика. Теперь ты на собственной шкуре узнаешь, что такое настоящая, стопроцентная экономическая блокада.
В эту секунду экран смартфона Виктории, лежащего на стеклянном столике, ярко вспыхнул. Один за другим посыпались короткие пуш-уведомления от банка об ограничении доступа к средствам. Она схватила телефон, быстро пробежалась глазами по сообщениям, и её лицо мгновенно исказилось от дикой, неконтролируемой ярости. От прежнего вальяжного высокомерия не осталось и малейшего следа.
— Ты больной ублюдок! — выплюнула она, до побеления костяшек сжимая свой дорогой гаджет. — Ты не имеешь никакого права лишать меня моих денег! Я твоя законная жена, и ты обязан меня полностью содержать!
— Твоих денег в этой квартире нет и никогда не было. Здесь есть исключительно мои финансы, заработанные моим тяжелым трудом, который ты сегодня пустила под откос своей пещерной непроходимой тупостью, — Олег сделал еще несколько быстрых тапов по экрану и развернул телефон так, чтобы Виктория видела электронный чек. — Вот, смотри очень внимательно. Я только что перевел Денису сто восемьдесят тысяч рублей в качестве компенсации за безвозвратно испорченный эксклюзивный костюм. Это ровно те самые деньги, на которые ты планировала поехать в торговый центр за новыми туфлями для снятия своего выдуманного стресса.
Виктория смотрела на экран с зеленым значком успешного перевода, и её ноздри хищно раздувались от бессильной злобы. Она совершенно не собиралась сдаваться или хотя бы на секунду признавать свою чудовищную вину. В её искаженной картине мира виноваты были все вокруг, кроме неё самой.
— Я уничтожу тебя, Олег! Я разнесу твою репутацию так, что с тобой уличные бродяги здороваться не станут! Ты будешь ползать передо мной на коленях и умолять меня взять твои жалкие подачки! Я найду себе нормального, статусного мужчину, который заберет меня из этого кошмара, а ты сгниешь в своей убогой логистической конторе в полном одиночестве! — прошипела она, глядя на мужа с неприкрытой, обжигающей ненавистью.
— Ищи кого хочешь и где хочешь, — равнодушно пожал плечами Олег, убирая смартфон обратно в карман. — У меня больше нет деловой репутации, спасибо твоей утренней выходке с горячим кофе. Мне абсолютно нечего терять. А теперь внимательно слушай регламент твоей новой реальности. Никаких дорогих ресторанов, никаких курьеров с доставкой готовой еды. В холодильнике лежат самые обычные продукты: сырая курица, макароны, овощи. Захочешь есть — встанешь к плите и приготовишь своими руками. Никаких элитных салонов красоты, косметологов, массажистов и личных стилистов. Свой драгоценный маникюр будешь спиливать обычной картонной пилкой в ванной комнате. Никаких поездок на такси премиум-класса. У тебя в кошельке теперь нет денег даже на проезд в общественном транспорте.
Виктория затравленно оглядела роскошную гостиную, заставленную дорогой дизайнерской мебелью, словно внезапно осознав, что вся эта роскошь больше ей не принадлежит, хотя она продолжает находиться прямо в центре этой просторной комнаты.
— Ты не посмеешь со мной так поступить! — прорычала она, сжимая кулаки так сильно, что её длинные красные ногти больно впились в нежную кожу ладоней. — Я не буду жить в таких скотских условиях!
— Будешь, Вика. Еще как будешь, — жестко и безапелляционно отрезал Олег, сокращая расстояние между ними и глядя прямо в её полыхающие злобой глаза. — До тех пор, пока ты находишься в моей квартире, ты будешь существовать исключительно по моим жестким правилам. Твой бесконечный, беззаботный праздник жизни подошел к своему логическому и безоговорочному концу. И если тебя что-то категорически не устраивает — входная дверь находится ровно там же, где и всегда. Но за её пределами тебя ждет суровая реальность, в которой за чашку кофе нужно платить собственным трудом, а не хамством и дешевыми скандалами.
Они стояли друг напротив друга в центре гостиной, окончательно превратившись в заклятых врагов. Воздух вокруг них был насквозь пропитан взаимной агрессией и глухим презрением. В этот самый момент они оба абсолютно четко осознали, что их прежней комфортной жизни пришел безвозвратный конец. Иллюзия благополучного брака полностью рухнула, оставив после себя лишь холодную, жестокую реальность, в которой им предстояло сосуществовать под одной крышей, ежедневно уничтожая друг друга враждебными взглядами…
СТАВЬТЕ ЛАЙК 👍 ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА КАНАЛ ✔✨ ПИШИТЕ КОММЕНТАРИИ ⬇⬇⬇ ЧИТАЙТЕ ДРУГИЕ МОИ РАССКАЗЫ