Рассказала одна моя знакомая из Петергофа незадолго до своей смерти.
У нас в семье хранились очень старые альбомы с фотографиями, моя тетка была одержима построением генеалогического древа, записывала рассказы своей матери, моей бабки, пока та была жива, а потом искала сведения о предках в ее многотомных дневниках. После смерти тетки (а умерла она в весьма преклонном возрасте), коробка с дневниками, фотографиями и построением «древа» достались мне. Я сперва забросила коробку на антресоли, а наткнулась на нее, когда собралась делать ремонт и разбирала старые вещи. Из любопытства пролистала альбом — некоторые фотографии были очень старыми, аж конца XIX века. Например, мой прадед в детстве и в юности. Все фото снизу были подписаны моей теткой. В самом начале альбома мое внимание привлекла фотка девочки лет шести, под которой было написано «Дедушкина сестра Мария» — и больше ничего.
Меня поразил ее взгляд — совершенно неземной, будто расфокусированный, мутноватый (а фотография была довольно четкой, хоть и выцветшей). Лицо ее тоже ничего не выражало, будто расслабились все мимические мышцы, рот приоткрылся, уголки губ опустились. Признаться, не очень приятная была фотография, но она меня заворожила, я глаз от нее не могла оторвать, как под гипнозом. Мне даже казалось, что в моем лице есть что-то от нее — неудивительно, все же мы были родственниками, хоть и не очень близкими.
Я рассмотрела все детали фотки, каждую оборочку платья девочки, ее высокие ботиночки на шнуровке, заметила даже стоявший позади нее штатив: в те времена, когда фотографии делали на стеклянные пластинки, а не на пленку, это стоило довольно дорого, кроме того, требовалась бо́льшая выдержка, потому в фотосалонах фиксировали голову фотографируемых, тем более детей.
Я потеряла счет времени и оторвалась от фотографии, когда стемнело и пора было зажечь свет. И чувствовала я себя при этом неважно — так же безвольно, как девочка на фотке: мне было тяжело вставать, не хотелось двигаться, на меня навалилась апатия, ни есть не хотелось, ни пить.
Дня через три у меня появилось мучительное желание снова увидеть эту девочку. Я не поленилась снова достать коробку и опять разглядывала ее не меньше, чем полчаса — с непонятной мне тяжелой тоской. Я даже вынула фотографию из альбома, чтобы посмотреть на ее оборот. Там было написано «Мария, 22/IX–1894 г., Петергоф».
В общем, через две недели я перестала убирать альбом на антресоли, а положила его в ящик стола. И что ни день, разглядывала эту фотографию. С одной стороны, это не доставляло мне никакого удовольствия — даже наоборот, ощущение было давящим, тяжелым. И после этого я не чувствовала ничего хорошего — только неприятную усталость и апатию. Но я будто скучала по ней, она будто звала меня, и я не могла не открыть альбом и не посмотреть на нее.
Месяца через полтора, удивляясь своей новой привычке, я решила залезть в записи тетки и разузнать побольше, кто же была эта Мария, сестра моего прадеда. Развернула «древо» и нашла запись рядом с именем моего прадеда: Мария Пименова, 10/IV–1887 — 20/IX–1894. И хотя я сразу запомнила дату, когда была сделана фотка, я все же перепроверила запись на ее обороте. Да, я слышала о моде конца XIX века на посмертные фотографии, но даже подумать не могла, что эта мода распространялась и на Россию, и тем более — на моих предков. А потому я предположила, что моя тетка ошиблась, записав дату смерти Марии, хотя в глубине души поверила в то, что девочка была снята мертвой — слишком уж расслабленным было ее тело на фотографии, слишком безэмоциональным лицо. И… завораживающий взгляд мертвых глаз…
Нашла я и запись тетки в «расшифровке», прилагаемой к «древу»: Мария умерла от воспаления легких, внезапно, проболев всего три дня, об этом моей бабушке рассказывал мой прадед.
Я так и не знаю, живая или мертвая девочка снята на этой фотографии. И от привычки смотреть на нее время от времени мне избавиться не удалось. Более того, фотка стала для меня еще более притягательной.
Моя знакомая, рассказавшая эту историю, умерла от сердечного отека легких месяца через три после этого рассказа. Проблемы с сердцем были у нее давно.
Все книги автора на Author.today
Читать повесть «Карачун» — мистика и ужас зимнего леса
_________________________________________________
Фотопутешествия по Крыму и не только....