Вы когда-нибудь задумывались, что будет через двадцать, тридцать или сорок лет? Большинство из нас живёт сегодняшним днём. И это нормально. Но есть одна проблема, которая касается каждого, кто трудится, растит детей или просто планирует дожить до почтенного возраста. Речь о пенсии. Точнее, о том, как мы к ней готовимся.
Согласно свежему опросу, проведённому НПФ «Будущее» и Российским экономическим университетом имени Плеханова, большинство россиян не откладывают на пенсию. Цифра шокирует, если вдуматься. Восемьдесят два процента опрошенных не формируют сбережения на старость. То есть из каждых десяти человек только двое хоть как-то думают о будущем. Остальные либо надеются на государство, либо просто не видят возможности копить.
Но это ещё не всё. Внутри этой статистики скрываются более тонкие настроения. Например, 42% участников исследования сказали: «Пока не откладываем, но планируем начать в будущем». Звучит обнадёживающе? Возможно. Однако слово «планируем» часто остаётся просто словом. А 40% респондентов честно признались: они не формируют пенсионные накопления и, скорее всего, никогда этим не займутся. Причины называют разные — от нехватки денег до неверия в саму систему.
Представьте себе обычную семью из региона. Зарплата — сорок-пятьдесят тысяч. Ипотека, коммуналка, школа, кружки, лекарства для родителей. В такой ситуации откладывать на пенсию кажется роскошью. И это реальность миллионов людей.
Целенаправленно откладывают деньги на пенсию лишь 16% респондентов
Давайте чётко разделим: кто же эти сознательные граждане? Всего 16% опрошенных целенаправленно откладывают деньги на пенсию. Это меньшинство. Причём речь не о случайных пятистах рублях, а о систематическом формировании капитала. Почему их так мало?
Первая причина — низкая финансовая грамотность. Многие просто не понимают разницы между пенсионными баллами, государственной выплатой и личными накоплениями. Вторая — психологическая. Человеку сложно думать о том, что будет через тридцать лет, когда сейчас нужно платить за кредит. Третья — отсутствие привычки. В СССР не было традиции самостоятельного накопления на старость: государство обещало всё само. И инерция этого мышления сохраняется до сих пор.
Кстати, интересный нюанс. Среди тех 16%, кто всё-таки копит, большинство — люди старше 45 лет. Молодёжь до 25 почти не участвует в этом процессе. Парадокс: чем ближе пенсия, тем активнее человек начинает её готовить. Но время уже упущено. Магия сложного процента работает только на длинных дистанциях. Если начать откладывать по три тысячи рублей в месяц в 25 лет, к 60 накопится сумма, в разы большая, чем если стартовать в 45.
А что же остальные? 42% «планирующих» — это огромный потенциал. Эти люди осознают проблему, но откладывают решение. Как с фитнесом: «начну с понедельника». Только понедельник наступает снова и снова. Опрос показывает: отсутствие конкретных действий — самая распространённая модель поведения. И это не лень. Это страх. Страх, что всё равно не хватит, что инфляция съест, что накопления заблокируют или обесценят.
Участие работодателя стало бы стимулом для 55%
Теперь переходим к самому интересному. Что может сдвинуть ситуацию с мёртвой точки? Опрос даёт чёткий ответ. Пятьдесят пять процентов респондентов заявили: начать копить их могло бы мотивировать участие работодателя. Представьте себе: вы приходите на работу, и компания не просто платит зарплату, а ещё и помогает формировать ваш пенсионный капитал. Автоматически. Без ваших лишних движений.
Эта цифра удивительно стабильна по всем возрастам. Среди молодёжи 18–25 лет так ответили 53,9%. Среди взрослых людей 46–60 лет — 56,8%. Разница почти незаметна. Значит, идея «работодатель помогает копить на пенсию» одинаково близка и студенту, и предпенсионеру. Кстати, женщины активнее поддерживают эту идею: 56,6% против 49% среди мужчин. Почему? Возможно, потому что женщины чаще задумываются о долгосрочной стабильности. Или потому что их зарплаты в среднем ниже, и самостоятельно откладывать им сложнее.
Что такое «участие работодателя» на практике? Это может быть корпоративная пенсионная программа. Компания переводит определённый процент от зарплаты сотрудника в негосударственный пенсионный фонд. Часто — с условием софинансирования: вы откладываете один процент, работодатель добавляет два. Или просто фиксированная сумма каждый месяц. В развитых странах такие программы — норма. В США это 401(k) планы, в Великобритании — auto-enrolment. В России подобное пока редкость. Но спрос, как видите, огромен.
Больше половины граждан готовы включиться в накопления, если их работодатель сделает первый шаг. Это ключевой сигнал и для бизнеса, и для законодателей. Люди не против копить. Они против сложностей, бюрократии и чувства одиночества в этом вопросе. Когда рядом — надёжный партнёр в лице работодателя, психологический барьер рушится.
Работодатель несет ответственность за будущую пенсию сотрудника — так считают 54,4%
Идём дальше. Исследование задало вопрос: кто должен отвечать за то, чтобы у человека была достойная старость? Государство? Сам человек? Или тот, кто платит ему зарплату? Мнения разделились, но большинство склоняется к последнему варианту. Пятьдесят четыре целых четыре десятых процента опрошенных считают, что работодатель несет ответственность за будущую пенсию сотрудника. Полностью согласились с этим 21%, ещё 32,5% выбрали вариант «скорее да, чем нет».
Заметна любопытная динамика. Чем старше респондент, тем увереннее он в этой позиции. Среди 18–25 лет полностью согласны только 19%. А среди тех, кому за 45, — уже 32%. Почему так? Молодые люди менее требовательны к работодателю или больше верят в личную ответственность. Люди предпенсионного возраста острее чувствуют, как мало даёт государственная пенсия, и перекладывают надежду на компании, где проработали многие годы.
Кстати, этот запрос на ответственность бизнеса — не просто каприз. Он отражает глобальный тренд. В мире корпоративная социальная ответственность давно включает пенсионное обеспечение. Компании, которые заботятся о будущем своих сотрудников, получают лояльность, снижение текучки и более мотивированные кадры. В России рынок труда меняется. Кадровый голод заставляет работодателей искать новые плюсы для привлечения людей. И корпоративная пенсия — один из самых мощных таких плюсов.
Представьте две компании. В первой — обычная зарплата. Во второй — зарплата чуть ниже, но плюс ежемесячные отчисления в НПФ на ваш счёт. Через десять лет у вас накопится сумма, которую можно использовать досрочно или оставить до пенсии. Какой вариант выберет думающий сотрудник? Ответ очевиден. И это понимают уже многие HR-директора.
Почти каждый второй хотел бы накопить от 7 до 10 миллионов рублей
Теперь о деньгах. Конкретных цифрах. Опрос показал: почти каждый второй респондент называет желаемую пенсионную сумму от семи до десяти миллионов рублей. Этот диапазон стал самым популярным. Почему именно семь-десять? Давайте прикинем. Если взять семь миллионов и разделить на двадцать лет пенсии (а средняя продолжительность жизни после выхода на пенсию у женщин около 25 лет, у мужчин — около 15–16), то получится примерно 350 тысяч в год. Это около 29 тысяч в месяц. Чуть выше прожиточного минимума, но без учёта инфляции. Реалистично? Вполне. Особенно если добавить государственную пенсию.
Но вот что важно: мужчины чаще называют такую сумму (53% против 36% у женщин). Возможно, потому что мужские зарплаты выше и планка кажется достижимее. Или потому что мужчины оптимистичнее оценивают свои возможности.
Среди федеральных округов самые амбициозные ожидания — у жителей Северо-Кавказского, Дальневосточного и Южного округов. Это интересный срез. Казалось бы, чем дальше от столиц, тем доходы ниже. Но желаемая пенсионная сумма не коррелирует напрямую с текущим достатком. Она отражает скорее уровень притязаний и понимание того, сколько реально нужно для спокойной жизни. На Северном Кавказе традиционно сильны семейные связи, и пенсионеры часто живут в больших домах с родственниками. Им нужно меньше? Ан нет — они хотят больше. А в Южном округе (Краснодарский край, Ростовская область) популярна пенсионная миграция: люди переезжают ближе к морю, где жильё и продукты не дёшевы. Поэтому и сумма выше.
А что с остальными? 7–10 млн рублей — это ориентир. Но на практике только 16% что-то откладывают. Как совместить желаемое с действительным? Только через систему. Через дисциплину и, желательно, через помощь работодателя. Представьте: вы откладываете 5 тысяч в месяц. С таким темпом накопить 7 миллионов за 20 лет не получится даже с процентами. Нужно либо больше сумма, либо длиннее срок, либо софинансирование. Вот здесь и приходит понимание: без участия компании или государства эти цифры останутся мечтой.
Какую долю зарплаты должен откладывать работодатель?
Хорошо, с ответственностью разобрались. А теперь — к конкретным процентам. Что именно, по мнению россиян, работодатель должен перечислять в пенсионный котёл? Опрос даёт чёткое распределение.
28% респондентов считают оптимальной долю от 5% до 10% от зарплаты. Это самый популярный ответ. Пять процентов — с зарплаты в 50 тысяч это 2500 рублей в месяц. Десять процентов — уже 5000. Суммы не космические для бизнеса, но за двадцать лет превращаются в приличный капитал. Даже с учётом инфляции и скромной доходности в 3–4% годовых через 20 лет накопится больше полутора миллионов при отчислении 5% с зарплаты в 50 тысяч. А если процент выше — ещё больше.
20% опрошенных назвали долю от 10% до 30%. Это уже серьёзные цифры. Такие отчисления способен делать не каждый работодатель, особенно в малом бизнесе. Но в крупных компаниях или в госсекторе — вполне реально.
Ещё 20% настаивают на доле от 3% до 5%. То есть минимальном, но регулярном участии. И наконец, 13% полагают, что работодатель должен софинансировать любые взносы сотрудника. Формулировка «любые» — очень щедрая. Если сотрудник решит откладывать 10 тысяч, компания добавляет ещё столько же. В теории это стимулирует людей копить больше. На практике — дорого для бизнеса.
Что тут важно? Ни одна из этих позиций не является радикальной. Никто не требует от работодателя перечислять 50% зарплаты. Люди в целом адекватны. Они понимают, что у компаний тоже есть расходы. Но они хотят хотя бы маленького, но регулярного вклада в их будущее. Это как сдвинуть камень с места: нужно небольшое усилие, а дальше процесс пойдёт сам.
Опрос, напомним, проводился среди 1500 россиян. Выборка не гигантская, но репрезентативная. И она рисует портрет нации, которая устала надеяться только на себя и на государство. Большинство россиян не откладывают на пенсию — это факт. Но этот же опрос показывает: большинство готово изменить поведение, если бизнес сделает шаг навстречу.
Проблема лежит не в жадности или глупости людей. Проблема в отсутствии инфраструктуры и доверия. Если бы каждый работодатель в России запустил хотя бы минимальную программу софинансирования пенсионных накоплений, через год мы увидели бы совершенно другие цифры. Вместо 16% копящих стало бы 40% или даже 60%. Потому что автоматическое участие работает. Люди остаются в программе по умолчанию, даже если изначально не планировали. Это доказано в десятках стран.
Что же делать обычному человеку прямо сейчас? Не ждать милости от работодателя. Начать с малого. Открыть индивидуальный пенсионный план в любом НПФ. Откладывать хотя бы 500 рублей в месяц. Настроить автоплатёж. Через год увеличить до 1000. И параллельно разговаривать с руководством компании: «Давайте внедрим корпоративную программу, вот данные опросов, вот выгоды для бизнеса». Изменения начинаются с нас. Но без системной помощи они будут происходить слишком медленно.
Пенсия — это не про старость. Это про свободу. Свободу не работать за копейки в 70 лет, путешествовать, помогать внукам или просто спать до десяти утра. И чем раньше вы примете эту истину, тем реальнее будут те самые семь или десять миллионов на счёте. А пока статистика неумолима: четыре из пяти россиян не делают ничего. Попасть в оставшиеся 20% или в 80% — выбор каждого.