Как-то около реки, в кустах Флор нашел оставленный кем-то пакет с женскими вещами. Он был ну очень хозяйственный, прихватил его и притащил домой.
- А чо! Хай ляжить! Вдруг пригодятся, - решил он и закинул к себе в кладовку.
Может оно там и лежало бы до непонятно какого срока, да только Флор вдруг решил навести там порядок и и наткнулся на этот самый пакет.
- Енто чаво тута у меня..? - он засунул в пакет руку и вытащил содержимое. – ох ты ж! Енто же все бабское.. и нафига я енто сюды припер? – он почесал затылок.
-Ну раз бабские, надоть Лизавете отнесть! – сказал он сам себе, - от завтрева и пойду однако! Чаво им тута места занимать?
Наутро встал, лохмы свои пригладил, шляпу нацепил, вещи все положи в корзинку, ну вроде как пошел в лес, чтоб ворона не видела, кашлянул для солидности и вышел из дома.
И тут как всегда.
- И куды это ты, лохматый, намылилси? – прозвучал голос вороны.
- Вот ты кудыка! – разозлился Флор, - чаво опять кудычишь? Скока раз табе говорить можно?! Куды надоть туды и пошел! Вишь с корзиной, знать по лесу походить надоть, можа чаво найду! Зараза ты носатая!
Ворона хихикнула.
- Ну да! Ясен пень, в лес, а куды ж ты могёшь еще ходить то!
- Вот и молчи, неча мне тут! – грозно сказал Флор, погрозил ей кулаком и решительно направился в лес.
- Ну да! Точно к Лизавете пошел лохматый, надоть слетать глянуть, как обновка Лизавете подойдет али нет! – хмыкнула ворона и полетела за Флором.
Флор шел и сердито оглядывал окрестности.
-Вечно эта ворона не в свои дела свой нос сует! – ворчал он.
Сделав большой крюк, Флор вышел к дому Лизаветы.
А Лизавета сегодня решила пирогов напечь, вроде как Мотька обещалась в гости прибыть.
- Счас мы тут праздник-то и устроим! – улыбаясь своим мыслям, Лизавета хлопотала на кухне.
- Слышь, хозяйка! – услышала она около дома голос Флор и выглянула в окно.
- О! И хто енто к нам в гости прибыл? Флорушка, ты прям, как чуешь! Я только пироги в печь поставила, Мотька обещалась, а тута ты! Проходи дорогой! Я гостям завсегда рада! – заверещала Лизавета.
- Дык я ж завсегда рад тебя попроведовать! – расплылся в улыбке Флор и присел на пне около стола.
- Молодца! – сказала Лизавета выскакивая из дома и ставя на стол чашки и кружки, - счас чаек пить бум! И не только! – и она хитро улыбнулась, - вот Мотька придет, погуляем! Она обещалась клюквенной наливочки принесть!
Флор немного помялся, а потом, когда Лизавета очередной раз выскочила из дома , кашлянул:
- Слышь, Лизавета, поготь чуток! – остановил он ее, - я тута недавно гулял и в кущах нашел кое чаво, вот думаю, прям на тебя шито! – сказал он и вытащил из корзинки футболку, кроссовки и бейсболку, - во, видал! Прям на тебя!
- Ух тыыыыы! - у Лизаветы аж глаза засияли, - Флорушка, родимый, неужто это минееее?!
- Ну дык а кому ж ещо то?! Не, ну еслив чаво я могу и Мотьке сосватать! – сказал Флор.
- Ну уж нет! – категорически сказала Лизавета, сгребая все это богатство, - я счас примерю! И фасончик мой и цвет! Ну все прям вот для меня! Какая Мотька? Молода ещо носить таку красоту! – и она умчалась в дом.
- Ты тока пироги не спали, с ентими шмотками! – засмеялся Флор.
- Не перживай я их уже вытащила , отдыхают апосля печки! – донеслось из дома.
Прошло минут двадцать.
-И чаво так долго с ентой одежкой возиться то? - недовольно ворчал Флор, уж больно ему пирогов охота было.
И вот из дома выплыла Лизавета.
- Тадаммммм!! – сказала она кокетливо.
- Етит…… - охнул Флор.
Лизавета была, в драных джинсах, красной футболке с глубоким вырезом спереди и блестящей дамой из блескушек спереди на самой футболке, в кроссовках, и бейсболке, из-под которой торчал зеленый хвост Лизоветиных волос. При этом губы у Лизаветы были накрашены яркой красной помадой.
- Ешкин пень! – услышали они голос Мотьки, которая подходила к дому Лизаветы, - ты енто откель таку красоту раздобыла то?
- Да вот, Флорушка принес, говорит, нашел ! – ответила Лизавета и поставила на стол тарелку с пирогами, - ну и как я тебе?
- Отпад! Таперича можно и на дискотеку сгонзать! – заворожено глядя на Лизавету сказала Мотька, - буш там самая модная!
- Ага! Давайте! Перепугайте всех парней и девок, на танцульках! – хохотнула ворона, сидящая на ветке и следившая за всем происходящим.
- Ой! Да ладно! – махнула рукой Лизавета, - ты чо не видела каки девки туды ходют? А парни? Срамота смотреть! Пацаны в исподнем в оптягон и в цветных футболках! На меня тама и внимания не обратят!
- А волоса зеленые то?! – не унималась ворона.
- Ооооо, я там видела и розовые и красные, а уж зеленых воопче полно! – засмеялась Лизавета, - так что, счас наливочки махнем и на танцульки пойдем!
- Ты тада мине то чавонить понаряднее дай нарядиться! – сквасилась Мотька, - чаво я такая то пойду.
- Нарядим, не переживай! – засмеялась Лизавета, - для тебя там всего полно!
- Ну нет, я не пойду! – сказал Флор, - нафиг мне енти танцульки! Толь я баб и мужиков пьяных не видел! Неее! Я вот с вами посижу немного да домой пойду!
- Ну и здря! – сказала Мотька, - там веселуха!
На следующий день, когда Флор вышел утром во двор, ворона ему сообщила, что в деревне был страшный переполох на танцах.
- Представляшь, Мотька-то наша, подкатывает к одному мужику, уж больно на тебя он похожий был, тожа в шляпе и лохмы торчали в разные стороны, и хвать его под руку ржет и говорит:
- Айда, лохматый, спляшем!
А мужик как глянул на Мотьку, да как заорет дурниной:
- Святы божи, кикимора! – ну все, с перепугу и сиганули в разные стороны. А Лизавета с Мотькой потом, когда бежали домой, так ржали, как сумасшедшие. Повеселились, называется! Надолго в деревне запомнят те танцульки! – хохотнула ворона.
- Ничо себе веселуха! – Флор неодобрительно покачал головой, - во я моду навел! Нарядил, называется, на свою голову Лизавету! Чаво творят, ох! Чаво творят!
